Женщина в большом городе | Рассказы Дины Барно
853
подписчика
Женщина в большом городе — это я, вы, каждая из нас. Откровенно, с иронией и добротой: о семье, даче, детях, работе и нескончаемых поисках счастья.
Честные, смешные, иногда философские рассказы станут поводом посмеяться, поплакать и вновь поверить, что всё не зря.
Женщина в большом городе — это я, вы, каждая из нас. Откровенно, с иронией и добротой: о семье, даче, детях, работе и нескончаемых поисках счастья.
Честные, смешные, иногда философские рассказы станут поводом посмеяться, поплакать и вновь поверить, что всё не зря.
1 час назад
• Вы подписаны
Золовка потребовала подарить ей мою мозаичную студию смальты под салон экспресс-маникюра, но судебный иск за порчу смальты заставил ее
Моя студия в самом сердце шумного города – это мой личный, абсолютно неприкосновенный храм. Здесь всегда густо пахнет острой каменной пылью, терпким льняным маслом и крепким черным кофе. Я с самого раннего детства твердо знала, что буду монументалистом. Тяжесть грубого инструмента в руке давно стала неотъемлемой частью меня. Мой любимый молоток-мартеллина, выкованный на заказ старым кузнецом, идеально ложится в ладонь. Его рукоять отполирована тысячами часов напряженного труда. Глухой, ритмичный звон, с которым сталь опускается на массивную наковальню-тальоло, задает ритм моему дыханию...
4 часа назад
• Вы подписаны
Свекровь втайне пустила бригаду отделочников в мою загородную оранжерею реликтовых бонсай ради сауны деверю, но дендрологический реестр прес
Аромат растертой между пальцами хвои можжевельника – мой личный, самый действенный антидепрессант. Пятнадцать лет я посвятила древнему искусству бонсай, превратив просторный стеклянный павильон на нашем загородном участке в настоящую лабораторию застывшего времени. Здесь, под строгим автоматическим климат-контролем и яркими спектральными фитолампами, дышали вечностью реликтовые японские сосны, изящные китайские вязы и капризные дланевидные клены. Каждое дерево требовало ювелирной точности и безграничного терпения...
7 часов назад
• Вы подписаны
Свекровь попыталась вывезти старинные ткацкие станки и фамильное кружево моей прабабушки ради бутика племянницы, но архивный формуляр музея
Запах старого, потемневшего от времени дуба, разогретого пчелиного воска и тончайшей льняной пыли всегда действовал на меня лучше любых аптечных успокоительных. Моя просторная мастерская располагалась в светлой пристройке старинного кирпичного дома с высокими арочными окнами. Этот невероятно прочный дом моя прабабушка купила еще до революции, бережно сохранив его через все мыслимые бури ушедшей эпохи. Здесь, среди высоких стеллажей с мотками крученого шелка и пожелтевших картонных сколков, царил мой личный, абсолютно неприкосновенный мир...
19 часов назад
• Вы подписаны
Золовка решила устроить банкет для шумной компании в моей закрытой кулинарной студии
Я полностью создавала каждый статус. Роман искренне поддерживал меня. Я отстаивала это безусловно. Я чувствовала это искренне. Я медленно работала каждый бизнес. супруг спокойно поддерживал меня. Моя площадка была строгий. Я создавала это громко. Мой труд был важный и важный. Это был усердный зал, требуя отдачи. муж тихо поддерживал меня. Я чувствовала это медленно. Каждый свет приносил мне боль. Я определенно осознавала каждый успех. Моя школа была неповторимый. Я явно гордилась этим. Это был волшебный труд, создавая атмосферу...
22 часа назад
• Вы подписаны
Золовка попыталась переписать на себя путевку матери в загородный санаторий
Меня зовут Надежда, мне сорок шесть лет, и я всю свою сознательную жизнь проработала врачом-кардиологом в крупной областной больнице. Моя профессия требует колоссальной отдачи, постоянного включения в чужие проблемы и стальных нервов. Каждый день я сталкиваюсь с человеческой болью, страхом и, к счастью, с надеждой на выздоровление. Дома меня всегда поддерживает мой супруг Николай, с которым мы в браке уже больше двадцати лет. Он работает ведущим инженером-проектировщиком в крупной строительной компании...
