Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Поколение победителей: Нина Дмитриевна Шешунова, Сургут

Ветеран Великой Отечественной войны Нина Дмитриевна Шешунова отметила 88 день рождения. Она родилась в Ленинграде в 1938 году. После начала войны отец ушёл на фронт, а мама, Екатерина Васильевна, отказалась от эвакуации и осталась работать на заводе, делала снаряды. Семья жила на территории этого же завода. Приближалась зима. В городе исчезли продукты, по хлебным карточкам снизили норму до 600 граммов рабочим и инженерно-техническим работникам, детям и иждивенцам полагалось по 300 граммов. «Помню, как мама стала продавать вещи, потому что норму по хлебным карточкам урезали. 200 граммов на взрослого и 125 граммов на иждивенцев. Она уходила на работу, делила его на весь день и всегда отрезала и оставляла мне хлеб от своего пайка. Жмых, целлюлоза, отруби — такой был хлеб», — вспоминала Нина Дмитриевна Шешунова. Нина в свои три года первой блокадной зимой перестала ходить, она целыми днями безучастно лежала на кровати и даже приход мамы с работы не вызывал у нее никаких эмоций — дистрофия

Ветеран Великой Отечественной войны Нина Дмитриевна Шешунова отметила 88 день рождения.

Она родилась в Ленинграде в 1938 году. После начала войны отец ушёл на фронт, а мама, Екатерина Васильевна, отказалась от эвакуации и осталась работать на заводе, делала снаряды. Семья жила на территории этого же завода.

Приближалась зима. В городе исчезли продукты, по хлебным карточкам снизили норму до 600 граммов рабочим и инженерно-техническим работникам, детям и иждивенцам полагалось по 300 граммов.

«Помню, как мама стала продавать вещи, потому что норму по хлебным карточкам урезали. 200 граммов на взрослого и 125 граммов на иждивенцев. Она уходила на работу, делила его на весь день и всегда отрезала и оставляла мне хлеб от своего пайка. Жмых, целлюлоза, отруби — такой был хлеб», — вспоминала Нина Дмитриевна Шешунова.

Нина в свои три года первой блокадной зимой перестала ходить, она целыми днями безучастно лежала на кровати и даже приход мамы с работы не вызывал у нее никаких эмоций — дистрофия была такой сильной, что организм перестал принимать воду.

Нина с мамой пережили первую блокадную зиму. Весной стало легче: собирали первую зелень на проталинах в районе пивоваренного завода «Красная Бавария» и машиностроительного, где работала мать. А однажды летом сама принесла её на линию фронта, и солдаты накормили кашей и американской тушенкой.

После войны семья Шешуновых переехала в другой район города — на Черную речку. Вернулся с фронта отец, а Нина пошла в школу.

Из тех воспоминаний осталась сильнее всех встреча с Ольгой Берггольц — музой блокадного города — они жили в одном доме, в соседних подъездах.

Читать в источнике