Ангелина Дядчук — о спектакле Елены Павловой «Мой друг Лапшин» на Новой сцене Александринского театра:
Как и у Чехова, время в спектакле Павловой возникает как отдельный герой. В начале спектакля под едва слышное тиканье часов все персонажи выходят на сцену и, заняв места на площадке, несколько мгновений остаются в состоянии «публичного одиночества», погружённые в собственные мысли. На протяжении действия клубок человеческих переживаний разматывается, сильнее втягивая зрителя в личную драму героев. Действующие лица с тоской и печалью говорят о событиях прошлого, а музыка вторит их внутреннему состоянию и пережитой боли. Так, фраза артистки Адашовой о том, что «в этом городе на каждого человека по оркестру», приобретает наглядное воплощение. Низкий тембр трубы и мягкое звучание фортепиано возникают в монологе Ханина о смерти жены; похожие музыкальные мотивы появляются в рассказе «перекованной» проститутки Катьки-Наполеон (Елена Немзер) об утрате своей первой любви; протяжный, глубокий звук трубы ненавязчиво проскальзывает в репликах Лапшина о женитьбе и собственной упущенной возможности.
Читайте полный текст на нашем сайте.
