Анна впервые за пять лет позволила себе заплакать. Конверт с результатами ДНК-теста лежал на столе, как приговор.
— Ты знала? — голос Кати дрожал. — Все эти годы ты знала?
Младшая сестра стояла у окна, обхватив себя руками. Восьмилетний Максим играл в соседней комнате, не подозревая, что его мир вот-вот рухнет.
— Катюш...
— Не смей! — Катя вскочила, опрокинув чашку с остывшим кофе. — Не смей называть меня так, как будто ничего не произошло!
Девять лет назад
— Аня, ну пожалуйста, съешь хоть немного, — Катя ставила перед пятнадцатилетней сестрой тарелку с омлетом. — Тебе в школу через полчаса.
— Не хочу, — Аня уткнулась в телефон.
— Анечка, я понимаю, что тяжело. Мне тоже. Но жизнь продолжается, и нам нужно...
— Тебе двадцать три! — взорвалась младшая. — Ты должна гулять, встречаться с парнями, а не нянчиться со мной! Я тебя ненавижу за это!
Катя молча вышла на балкон закурить. Ненависть она переживёт. Главное — чтобы сестра выжила. Прошло всего три месяца после той аварии. Пьяный водитель, встречная полоса, две мгновенные смерти.
«Мама, папа, простите, — думала Катя, глядя на серое небо. — Я стараюсь».
Шесть лет назад
— Знакомьтесь, это Дмитрий, — Катя сияла, держась за руку высокого мужчины с добрыми карими глазами.
Аня критически оглядела жениха сестры. Дорогой костюм, уверенная улыбка, крепкое рукопожатие.
— А я думала, ты навсегда останешься старой девой, — съязвила она.
— Анна! — Катя покраснела.
— Всё в порядке, — рассмеялся Дмитрий. — Я понимаю, что для тебя это непросто. Но обещаю: я не заменю твоих родителей, и не буду мешать вам с Катей. Я просто... очень люблю твою сестру.
Аня фыркнула, но в глубине души почувствовала облегчение. Катя заслуживала счастья. Даже если это счастье выглядело подозрительно идеальным.
Пять с половиной лет назад
— Дим, я правда не хочу тебя обременять...
— Катюша, перестань. Аня — твоя сестра, значит, и моя тоже. Конечно, она будет жить с нами.
Они стояли на кухне огромной трёхкомнатной квартиры. Катя до сих пор не могла поверить, что это их дом.
— Ты слишком хорош для этого мира, — она обняла мужа.
— Просто я понимаю, что значит семья, — он поцеловал её в макушку. — И знаю, как ты любишь Аню.
— Иногда мне кажется, что больше, чем себя.
— Это нормально. Ты для неё всё — и мать, и отец, и сестра.
Аня слушала их разговор из коридора, чувствуя странную смесь благодарности и вины.
Пять лет назад. Та ночь
— Ещё по бокальчику? — Аня наливала вино, стараясь не смотреть Дмитрию в глаза.
— Наверное, хватит, — он усмехнулся. — А то Катя вернётся, а мы тут оба под столом.
— Ой, да ладно! Она только завтра приедет с твоими предками... то есть, с родителями, — Аня хихикнула. — Извини, вино развязывает язык.
— Ничего страшного. Они действительно немного... консервативны.
Они сидели в гостиной, за окном шёл дождь. Катя уехала на дачу к свёкрам два дня назад, Дмитрий должен был ехать за ними завтра.
— Знаешь, Дим, — Аня откинулась на диван, — ты реально крутой. Серьёзно. Катюхе повезло.
— Это мне повезло.
— Нет, ты не понимаешь, — она повернулась к нему, глаза блестели от выпитого. — Она отказалась от своей жизни ради меня. От карьеры, от молодости, от всего. А ты... ты принял это. Принял её со всем багажом.
— Аня, ты не багаж.
— А кто? — её голос дрогнул. — Обуза. Младшая сестра-подросток, которая мешает жить. Катя могла бы путешествовать, веселиться, а вместо этого...
— Эй, эй, — Дмитрий пересел ближе, обнял её за плечи. — Ты не виновата в том, что случилось с вашими родителями. И Катя не считает тебя обузой. Никогда.
Аня уткнулась ему в плечо и заплакала. Дмитрий гладил её по спине, шептал что-то успокаивающее. А потом она подняла голову, их взгляды встретились, и...
Утром они проснулись в его спальне. В Катиной спальне. Чужая простынь, чужая постель, чужой муж.
— Господи, — Аня схватилась за голову. — Что мы наделали?
Дмитрий сидел на краю кровати, уткнувшись лицом в ладони.
— Это не должно было случиться. Это... я виноват. Я старше, я женат, я...
— Мы оба виноваты, — Аня начала лихорадочно собирать разбросанную одежду. — Но Катя никогда не должна узнать. Слышишь? Никогда!
— Конечно, — он посмотрел на неё покрасневшими глазами. — Аня, прости меня. Я люблю Катю. Это была ужасная, непростительная ошибка.
— Знаю. Я тоже её люблю. Больше всех на свете.
Через неделю
— Я съезжаю, — объявила Аня за ужином.
— Что? — Катя уронила вилку. — Куда? Почему?
— К Максиму. Моему парню. Мы... мы решили жить вместе.
— Но тебе девятнадцать! Ты даже институт не закончила!
— Катюша, отпусти её, — вмешался Дмитрий, не поднимая глаз от тарелки. — Она взрослая.
— Ты тоже так думаешь?! — Катя была в шоке.
— Я думаю, что Аня имеет право на свою жизнь, — он всё ещё не смотрел на жену. Или на сестру. Или вообще куда-либо, кроме тарелки.
Аня поймала его благодарный взгляд на секунду и быстро отвела глаза.
Через месяц
— Дмитрий Сергеевич?
Он обернулся. Аня стояла у входа в его офис, бледная, с синяками под глазами.
— Аня? Что случилось? Заходи, быстрее.
Когда дверь закрылась, она протянула ему тест на беременность.
— Две полоски, — её голос был пуст. — Максим думает, что это его. Я сказала, что да.
Дмитрий опустился в кресло.
— Ты уверена, что...
— Это могло случиться только той ночью. У нас с Максимом... мы всегда предохранялись. А мы с тобой...
— Господи.
— Я не знаю, что делать, — она начала плакать. — Я не могу сделать аборт. Не могу. Но и Кате сказать...
— Не скажем, — он подошёл к ней, взял за руки. — Слушай меня. Максим хороший парень?
— Да. Очень.
— Он любит тебя?
— Кажется, да.
— Тогда родишь. Скажешь, что это его ребёнок. Я буду помогать финансово, всем, чем смогу. Как дядя. Для Кати это будет племянник.
— А если он узнает? Когда вырастет? Дети имеют право знать правду.
— Тогда узнает, — Дмитрий тяжело вздохнул. — Но пока... пока будем молчать. Ради Кати.
Восемь лет спустя
— Тётя Катя! — маленький Макс вбежал в квартиру. — Смотри, я пятёрку по математике получил!
— Умница! — Катя обняла племянника. — А дядя Дима где?
— Тут я, — он вышел из кухни с подарком. — С днём рождения, чемпион!
Аня смотрела на них и чувствовала, как сердце разрывается. Максим-старший, её муж, добрый и любящий, растил чужого ребёнка как своего. Катя обожала племянника, не зная правды. А Дмитрий...
Дмитрий смотрел на мальчика с такой нежностью, что становилось страшно. Однажды кто-то заметит.
Три месяца назад
— Авария на Ленинском проспекте. Дмитрий Сергеевич Волков скончался на месте...
Катя рухнула на пол. Аня подхватила сестру, обе рыдали.
Через неделю позвонил адвокат.
— Анна Михайловна? Дмитрий Сергеевич оставил завещание. Существенная часть наследства предназначена вашему сыну, Максиму. Но мы обязаны провести тест ДНК для подтверждения родства.
Земля ушла из-под ног.
Сейчас
— Девять лет, — Катя ходила по комнате, как раненый зверь. — Девять лет вы лгали мне. Мой муж. Моя сестра. Вы спали друг с другом в моей постели!
— Катюш, это было один раз! — Аня плакала. — Я так жалею, ты не представляешь...
— ОДИН РАЗ?! — истерично рассмеялась Катя. — И родился ребёнок! Мой муж всё это время знал, что у него есть сын, и молчал!
— Мы не хотели делать тебе больно...
— Не хотели? — Катя остановилась, посмотрела на сестру. — Вы украли у меня девять лет. Украли у Димы возможность быть отцом. У Макса — знать правду. А у меня...
Голос сломался.
— Я хоронила мужа. Не зная, что хороню отца ребёнка своей сестры.Что она родила от него сына, пока я... пока мы...
Катя схватила сумку.
— Мне нужно время. Много времени. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь тебя простить.
— Катя, подожди! Ты же понимаешь, мы не планировали...
— А что вы планировали?! — сестра обернулась в дверях. — Молчать до смерти? Пусть Макс вырастет, думая, что его отец — чужой человек? Пусть я живу во лжи?
— Мы хотели защитить тебя, — прошептала Аня.
— Защитить? — Катя горько усмехнулась. — Знаешь, что самое страшное? Я вырастила тебя. Отказалась от своей молодости, от карьеры, от всего. А ты... ты отплатила мне, переспав с моим мужем.
— Я отдам всё наследство, — торопливо заговорила Аня. — Макс не получит ни копейки, я откажусь...
— Это деньги Димы для его сына. Его законного сына, как оказалось, — Катя вытерла слёзы. —Забирай. Покупай квартиру, машину, что хочешь. Только держитесь подальше от меня.
— А как же Макс? Он любит тебя, ты для него...
— Я ему кто? — перебила Катя. — Тётя? Или мачеха? Жена его отца, с которым его мать меня предала?
Повисла тишина.
— Скажи ему правду, — Катя открыла дверь. — Он имеет право знать, кто его отец. Даже если этот отец мёртв. И скажи, что тётя Катя его любит. Всегда будет любить. Но видеться мы не сможем. Я не настолько сильная.
— Катюша...
— Знаешь, что убивает больше всего? — голос старшей сестры дрогнул. — Дима не смог мне сказать. Девять лет носил эту тайну, и не смог. Значит, я была не той, с кем можно поделиться правдой. Не той, кому можно довериться.
— Он любил тебя! Безумно! Именно поэтому...
— Молчал? — Катя печально улыбнулась. — Аня, когда любишь, говоришь правду. Даже когда она разрушает всё.
Дверь закрылась.
Аня опустилась на пол и разрыдалась. В соседней комнате Макс спросил у бабушки, мамы Максима-старшего:
— Баб, а почему мама плачет? И тётя Катя ушла грустная?
— Взрослые проблемы, родной.
— А правда, что дядя Дима мой настоящий папа? Я в школе слышал, как дети говорили...
Старушка замерла с книжкой в руках.
— Кто тебе это сказал?
— Никто. Но я уже большой. И я похож на дядю Диму. Все говорят.
В зале Аня закрыла лицо руками. Ложь имеет свойство всплывать.
Всегда.
Рано или поздно.