Если вы всё ещё думаете, что Великая Тартария — это миф, а не реальность, вот один из самых убедительных документов эпохи.
В 1403–1406 годах испанский посол Руи Гонсалес де Клавихо совершил путешествие ко двору Тамерлана в Самарканд и оставил подробнейший дневник. Это не пересказ, а день за днём: десятки городов, имена наместников, обычаи, базары, еда, достопримечательности, история завоеваний и присоединений к огромной империи. Самарканд в его описании — одна из столиц этой супердержавы, которую он называет империей Тамерлана.
Клавихо лично видел Тамерлана — высокого, светлокожего, с русыми волосами, красивого и величественного. По внешности и манерам — типичный европеец того времени, а не степной кочевник. Испанец прибыл с ответной миссией от короля Кастилии: европейские монархи даже на краю континента считали себя союзниками (или в крайнем случае вассалами) этого гигантского государства.
Дневник полон деталей процветающей цивилизации:
роскошные сады, каналы, пиры с рекой вина, шёлковые одежды, университеты, ремесла, медицина, астрономия. Города утопали в зелени и достатке. И самое удивительное — религиозная картина.
Правители и большинство населения придерживались христианства, но очень особого: безобрядового, свободного от жёсткой иерархии, философских доктрин и борьбы «князей церкви» за власть. Цари строили и церкви, и мечети, поклонялись Единому Богу в обеих традициях. Они жёстко пресекали любые попытки сектантства: если одна группа (христианская или мусульманская) начинала притеснять другую — разрушали и храмы, и мечети, карали наместников. Тамерлан даже вызывал константинопольского патриарха и грозил казнью за разжигание розни.
В дневнике нет ни одного упоминания о муллах или священниках как отдельной касте
Нет описаний религиозных праздников или обрядов. Люди молились просто: заходили в храм или мечеть, благодарили Бога — и шли дальше жить полной жизнью. Вино на пирах лилось рекой, но ради уважения к непьющему послу высокие чины переходили на нектар.
Это христианство сильно отличалось от византийско-ватиканского: никакого аскетизма, нищеты, уныния как идеала. Напротив — процветание, радость, наука, богатство считались проявлением Божьей милости. Быть с Богом означало жить красиво и достойно.
Почему же эту картину «слили»? Потому что такая традиция была неподконтрольна Ватикану и Византии. Она не допускала, чтобы церковь ставила себя выше царя. Когда на Русь пришла Софья Палеолог, она принесла именно византийскую модель — с сильной церковной иерархией и отделением от «восточного еретического» христианства Великой Тартарии. Так Святая Русь оказалась отрезана от своей огромной цивилизации.
Дневник Клавихо — прямое свидетельство: в XIV–XV веках огромная часть Евразии жила в мире, где христиане и мусульмане разных традиций спокойно сосуществовали под властью Белых царей. Это была наша реальность — роскошная, свободная, процветающая Святая Русь.
И она точно была.