— Мы решили: на лето переезжаем к вам! — объявила Кристина, устраиваясь на диване так, будто собиралась остаться там до конца времён. — Квартиру свою сдадим посуточно, в Питере летом туристы — золотое дно! Зачем деньгам идти мимо нас? А у вас же дом большой, места полно! Детям на свежем воздухе полезно!
Марина перевернула последний сырник и выключила плиту. Медленно вытерла руки полотенцем. Посмотрела в окно, на участок, который они с Андреем последние пять лет обустраивали с нуля: газон, клумбы, беседка, детская площадка для дочки Маши.
— На всё лето, говоришь? — спокойно уточнила она, выходя в гостиную.
— Ну да! С июня по август. Может, до середины сентября, если хорошо пойдёт со сдачей, — Кристина махнула рукой, будто речь шла о паре выходных. — Мы с Вадимом посчитали: за три месяца можем тысяч шестьсот чистыми поднять! Квартира-то у нас в центре, у Невского. Туристы за такое расположение переплачивают. Правда, Андрюш?
Андрей сидел в кресле и кивал. Кивал он как-то неуверенно, но кивал.
— Ну... в принципе, логично, — пробормотал он, не глядя на жену. — Дом и правда большой. Комнаты есть свободные.
— Ну вот! — обрадовалась Кристина. — Нам одну, детям одну. Идеально! Мы вам, конечно, продуктами помогать будем. Ну, и по хозяйству что-то. Я могу цветы поливать!
Марина села на край кресла. Посмотрела на золовку. Кристине было тридцать два, она работала менеджером в какой-то фирме, занимавшейся непонятными оптовыми поставками, муж Вадим торговал стройматериалами. Детей у них было трое: Семён — десять лет, близнецы Кирилл и Денис — по шесть. Все трое, по наблюдениям Марины, были очень подвижными.
— Кристина, — начала Марина ровным голосом. — А вы со своими детьми куда-то выезжали на лето? К родителям, например?
— К каким родителям? — фыркнула золовка. — У мамы в Павловске квартирка однушка, там самой развернуться негде. А у Вадика предки в Выборге, но у них ремонт. Да и вообще, зачем нам куда-то ехать, если у вас такой шикарный дом? Участок, баня, мангал! Мы же родные, должны друг другу помогать!
— Помогать — это когда просят, а не когда объявляют, — Марина улыбнулась. — И потом, Кристина, ты же понимаешь, что дом большой — это не значит, что он резиновый. У нас свой режим, свои планы на лето.
— Какие планы? — Кристина недоверчиво прищурилась. — Вы же никуда не едете, Андрей говорил.
— Не едем, — подтвердила Марина. — Но это не значит, что мы готовы превратить дом в коммуналку. Кристина, у тебя трое детей. Активных. Шумных. Это нормально для детей, но...
— Ты хочешь сказать, что мои дети тебе мешают?! — голос золовки моментально взлетел. — Андрей! Ты слышишь?! Твоя жена считает, что твои племянники — это помеха!
Андрей поёрзал в кресле. Марина видела, как он мысленно прикидывает, на чью сторону встать, чтобы минимизировать скандал. Любимая тактика мужа: промолчать и переждать бурю.
— Мариш, ну они же ненадолго, — начал он примирительно. — Всего на лето. И правда, места много...
— Андрей, — Марина повернулась к мужу. — Мы можем поговорить наедине?
— Вот ещё! — возмутилась Кристина. — Чего это вы будете обсуждать втихую? Я что, чужая? Я сестра! Мы с Андрюшей всю жизнь друг другу помогали!
Марина вспомнила, как эта «помощь» выглядела. Три года назад Кристина «на недельку» приехала с близнецами, потому что «с ума сойду одна». Неделя растянулась на месяц. Марина стирала, готовила, вставала по ночам к чужим детям, пока золовка «восстанавливала нервную систему» — то есть спала до обеда и смотрела сериалы.
Или как два года назад Кристина попросила «просто на выходных посидеть» с детьми, а сама с мужем умотала в Сочи. На десять дней. Без предупреждения.
— Кристина, — Марина встала. — Ответ: нет.
Тишина. Даже Андрей оторвался от своей кружки и уставился на жену.
— Что — нет? — переспросила Кристина, явно не веря своим ушам.
— Нет, вы не переедете к нам на лето. Нет, вы не будете жить здесь три месяца. Нет, я не готова превратить свой дом в хостел для вашей семьи, пока вы зарабатываете на аренде.
— Я... я не понимаю, — Кристина вскочила с дивана. — Андрей! Ты это слышишь?! Твоя жена выгоняет твою родную сестру!
— Я не выгоняю, — спокойно возразила Марина. — Потому что вы ещё не въехали. Я просто не пускаю.
— У тебя нет права голоса! — Кристина ткнула пальцем в сторону Марины. — Это дом моего брата! Он здесь хозяин! Андрей, скажи ей!
Андрей открыл рот. Посмотрел на сестру, потом на жену. Марина видела, как в его голове идёт сложный процесс выбора между сестрой и семейным миром.
— Андрюш, — ласково протянула Кристина. — Ну ты же понимаешь, что мне правда нужно. Мы же не просто так. Нам реально эти деньги важны! Мы кредит за машину выплачиваем, Сёмке за секции платим... А тут такая возможность! И потом, я же твоя сестра. Мы с тобой всегда были вместе!
Марина стояла молча и ждала. Она знала, что сейчас решается не только судьба лета, но и судьба их брака. Потому что если Андрей согласится — она съедет. Не потому что обиделась, а потому что не выдержит. Три месяца чужой семьи в доме, три месяца готовки на семь человек, стирки, уборки, криков, беготни и Кристининых «Мариночка, а ты можешь посидеть с детьми, мы с Вадимом в кино сбегаем?».
— Криста, — Андрей тяжело вздохнул. — Марина права.
Золовка замерла.
— Что?
— Я говорю: Марина права. Это наш дом, наше пространство. Мы никуда не уезжаем, потому что Марина весь год работала без отпуска, а летом хочет отдохнуть. Здесь. В тишине. Без гостей на три месяца.
— Но мы же… не чужие! — голос Кристины дрогнул.
— Именно поэтому я не могу позволить, чтобы ты использовала наш дом как базу для своего бизнеса, — Андрей встал. — Ты хочешь сдавать квартиру — сдавай. Это твоё право. Но это не значит, что мы обязаны тебя приютить.
— Бизнеса?! — взвизгнула Кристина. — Я что, просила денег?! Я просила жильё! У родного брата!
— На три месяца. Впятером. Бесплатно. Чтобы заработать шестьсот тысяч, — подытожила Марина. — Кристина, если бы ты снимала дом на лето для пятерых, сколько бы это стоило?
Золовка молчала.
— Я скажу: тысяч сто пятьдесят минимум, — продолжила Марина. — Плюс коммуналка, которую мы платим. Плюс еда на семерых — это ещё тысяч пятьдесят за три месяца. Итого двести тысяч. Ты хочешь, чтобы мы подарили тебе двести тысяч рублей, пожертвовав своим комфортом, чтобы ты заработала шестьсот? Так?
— Ты... ты считаешь деньги с родни?!
— Нет. Я просто объясняю, почему твоя «просьба» на самом деле наглость, — Марина подошла к окну. — Знаешь, Кристина, если бы ты приехала и сказала: «Ребята, у нас сложная ситуация, нам негде жить, помогите», — мы бы помогли. Но ты приехала и объявила, как будто мы обязаны. Как будто наш дом — это филиал твоей квартиры.
— Андрей... — Кристина обернулась к брату, в глазах блестели слёзы. — Ты правда на её стороне?
— Я на стороне своей семьи. Которая состоит из жены и дочери. Извини, Крис.
Кристина схватила сумку, выбежала в коридор. Хлопнула дверь. Послышался звук заводящейся машины — Вадим, видимо, всё это время ждал в машине и мудро не лез.
Андрей опустился обратно в кресло. Провёл рукой по лицу.
— Она теперь обидится на полгода, — сказал он.
— Переживёт, — Марина села рядом. — Зато мы проживём это лето нормально.
— Я думал, ты согласишься, — неожиданно признался муж. — Ты же обычно не конфликтуешь.
— Не конфликтую, когда речь о выходных или неделе. Но три месяца, Андрей, — это слишком. Я люблю твою сестру, но любить и жить под одной крышей — разные вещи.
Андрей кивнул. Обнял жену.
— Прости, что сразу не сказал «нет».
— Ничего. Главное, что ты не сказал «да».
Квартиру они всё-таки сдали. На лето сняли дачу в Ленобласти. Маленькую, на двоих взрослых и троих детей. Тесную. Дорогую.
А Марина с Андреем и Машей провели лето в своём доме. В тишине, с комфортом. Без гостей, без чужих детей и без чувства вины.