Я стояла у плиты в футболке, которую перешила из Сашиной рубашки. Пять лет назад я зарабатывала 180 тысяч в агентстве недвижимости «Столица» и носила костюмы от Massimo Dutti. Сейчас я жарила сосиски и пыталась вспомнить, когда последний раз покупала себе одежду. Год назад. Кофта со скидкой 70%. За окном барабанил дождь, но я его даже не слышала.
Брат Саши Игорь заявился без звонка, плюхнулся за стол и начал: “Женька лодку купил, давай на выходных махнём на рыбалку”. Саша оживился впервые за день. “Не, денег нет. Одни расходы”. Я сжала вилку. Этот разговор я слышала сто раз. Маша делала уроки на кухне, Лера играла с куклами под столом. Обычный вечер в моей жизни, которая превратилась в бесконечный список дел: забрать детей, приготовить ужин, помочь с домашкой, постирать, погладить.
Игорь хмыкнул: “Может, Ксюха наконец на работу выйдет? Сколько можно дома сидеть в шоколаде?” Я почувствовала, как горячая волна поднимается от груди к горлу. Сидеть в шоколаде. Значит, стирка, готовка, уроки, врачи, кружки — это шоколад. “А что ей делать? С детьми же кто-то должен,” Саша пожал плечами, словно извинялся за меня перед братом. “Ну так садик есть, школа. Моя Ирка работает, и ничего”.
Саша посмотрел на меня: “Вообще можно было бы что-то придумать. Машину, например, продать. Всё равно стоит без дела”. Я уронила вилку. Звук показался оглушительным. “Какую машину?” спросила я тихо. “Ну твою. Белый Солярис. Ты на ней год не ездила. Зато налог платим, страховка. А так хотя бы тысяч 500 получим, долги закроем”.
Маша подняла глаза от тетради. Лера выглянула из-под стола, прижимая к груди плюшевого зайца.
“Ты на мои деньги живёшь!” Саша повысил голос, моё молчание его явно раздражало. “Я вкалываю как проклятый, а ты весь день дома. И машина твоя простаивает на моём парковочном месте, которое я оплачиваю!” Игорь довольно кивал. “Вот правильно. Женщина должна понимать, кто в доме хозяин”.
Саша ударил кулаком по столу так, что подпрыгнул стакан. Вода расплескалась на скатерть. Маша вздрогнула и уронила ручку. У Леры глаза стали огромными, она вот-вот заплачет. “Хватит молчать! Продашь машину и точка. Или думаешь, у тебя тут какие-то права есть?”
Что-то внутри меня переключилось. Холодная решимость, чёткая и спокойная. Я медленно отодвинула стул. Звук скрежета ножек по полу прозвучал громко в наступившей тишине. Встала, подошла к шкафу, достала папку с документами. Положила на стол перед Сашей.
“Ты прав, Саш. Почти во всём прав. Только один нюанс упустил”.
Открыла папку.
“Эта квартира. Трёшка на Академической, 82 квадрата. Куплена в 2019 году за 8 миллионов 200 тысяч. Наследство от моей бабушки. Она оставила мне двушку на окраине, я её продала. Все деньги до копейки. Ты тогда работал менеджером за 45 тысяч и снимал однушку с другом”.
Достала следующий документ.
“Ремонт. 620 тысяч рублей. Моя премия за 2019 год. Я закрыла три крупные сделки подряд. Ты как раз уволился, искал себя”.
Игорь уже не выглядел таким самодовольным. Он смотрел в тарелку.
“Машина. Белый Солярис 2020 года. Подарок моих родителей на рождение Леры. Оформлена на меня, все документы на моё имя”. Я сделала паузу. “Стартовый капитал на твой бизнес. 300 тысяч на закупку оборудования. Мои накопления. Я сняла деньги, которые копила на чёрный день”.
Саша побелел. Открыл рот, но не издал ни звука.
“Пять лет я молчала. Сегодня закончилось”.
Повернулась к детям: “Маша, Лера. Собирайте вещи. Одежду на три дня, любимые игрушки. Быстро”.
“Ксюх, постой,” из горла Саши вырвался хрип.
“Узнай, сколько стоит няня на полный день. 50 тысяч минимум. Уборщица три раза в неделю — 12 тысяч. Повар, который готовит завтраки, обеды и ужины — 30 тысяч. Репетитор по математике для Маши — 8 тысяч. Это я ей помогаю каждый вечер. Психолог для девочек после того, что они сегодня услышали — ещё 15 тысяч. Итого 115 тысяч рублей ежемесячно. Это минимум, чтобы заменить меня”.
Взяла со стола свою чашку, допила остывший чай.
“Когда посчитаешь свою зарплату минус эти расходы, пришли мне остаток. Обсудим, кто на ком сидит”.
Через пятнадцать минут я складывала документы в сумку. Паспорта, свидетельства о рождении, документы на квартиру, документы на машину, мой диплом, трудовая книжка. Руки не дрожали. Внутри была странная пустота, но не больная. Просто место, где раньше жила надежда на то, что он поймёт сам.
Маша и Лера стояли в прихожей с чемоданами. Лера прижимала к себе зайца, Маша держала меня за руку. Игорь ушёл, не попрощавшись, как только я начала доставать документы.
Саша стоял посреди коридора. Осунувшийся, растерянный. “Ксюх, я не это имел в виду”.
“Именно это. И дети слышали. Каждое слово”.
Маша смотрела на отца широко раскрытыми глазами. Потом перевела взгляд на меня. Лера прошептала: “Мама сильная”. Я присела перед ней, обняла обеих: “Да, солнце. Мама сильная. И вы будете сильными”.
Мы вышли на улицу. Прохладный октябрьский вечер, мелкий дождь. Я вызвала такси, мы молча загрузили чемоданы. Села на заднее сиденье между девочками. “Мама, мы не вернёмся?” тихо спросила Маша. “Пока нет, зайка”.
Я не чувствовала злобы. Только невероятную лёгкость. Будто сняла рюкзак, который тащила на плечах пять лет в гору, и наконец распрямила спину.
Прошла неделя.
Саша приехал в субботу утром. Красные глаза, мятая рубашка, букет роз. “Ксюш. Прости. Я был полным идиотом. Я всё понял”. Я открыла дверь, но не пустила дальше порога. “Девочки скучают. Забери их сегодня из школы, сводите в кино”.
“А ты?” его голос дрожал.
Я посмотрела ему в глаза.
“Я уже не та Ксюша, которая молчала пять лет. Если хочешь строить что-то новое, будешь строить с новой версией меня. Той, которая знает себе цену. Той, которая не боится уйти. Или не будешь вообще. Выбор за тобой”.
Он кивнул. Сглотнул. Впервые за все годы брака сказал: “Спасибо”.
Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Выдохнула. Медленно, глубоко. Впервые за пять лет я снова могла дышать полной грудью.
На телефоне пришло сообщение. Саша: “Посчитал. Ты права. 140 тысяч в месяц, чтобы заменить тебя. Прости”.
Я поставила галочку. Больше ничего не написала.
Директор агентства «Столица» принял меня на следующий день. “Хорошие специалисты всегда в цене, Ксюш. Даже после перерыва”. Оклад 120 тысяч плюс проценты. Я подписала договор и в тот же вечер купила себе новое пальто. Не со скидкой. Просто потому, что могла.
Девочки спросили вечером, почему я улыбаюсь. Я ответила: “Потому что мама вспомнила, кто она на самом деле”.
