Максим приехал из командировки в пятницу вечером. Открыл дверь своим ключом, разулся в прихожей и сразу почувствовал - что-то изменилось. Запах другой. Не Лениного крема и детской присыпки, а табака и какого-то резкого одеколона.
Из кухни донесся мужской голос:
«Ну что ты там возишься? Неси уже, остывает все».
Максим прошел на кухню. За столом сидел пожилой мужчина в спортивном костюме, перед ним дымилась тарелка с жареной картошкой. Тесть. Виктор Семенович.
«А, Максим приехал», - буркнул он, не вставая. «Здорово».
«Здравствуйте».
Лена выглянула из комнаты с Мишкой на руках. Улыбнулась виновато.
«Привет. Ты рано приехал, я думала только к ночи будешь».
«Отпустили пораньше. А что... твой отец...»
«Да приболел он малость, - перебил Виктор Семенович, хлебая чай. - Лена забрала меня на недельку. Мать моя в деревне у сестры, одному скучно».
Максим кивнул. Прошел в комнату, кинул сумку на кровать. На его половине дивана лежала подушка и сложенное одеяло. На тумбочке - пепельница с окурками, хотя они с Леной не курили никогда.
Вечером ужинали втроем. Виктор Семенович рассказывал про соседей, про дачу, про то, как ему в поликлинике нахамили. Лена кивала, подливала чай. Максим молчал, ел и думал: неделька.
Всего неделька.
Ночью они легли спать в половине двенадцатого. Максим привычно потянулся к выключателю торшера, но Лена его остановила:
«Подожди. Отец еще не спит, свет ему мешает».
«Дверь же закрыта».
«Ну он видит из-под двери. Говорит, не может заснуть, когда где-то светится».
Максим лег в темноте, уставившись в потолок. Слышал, как за стеной тесть включил телевизор - громко, на всю квартиру. Какое-то ток-шоу, крики, музыка. Лена повернулась на бок, устроилась поудобнее.
«Лен, а долго он у нас?»
«Я же сказала - недельку. Мама вернется из деревни, заберет его».
«А нельзя было... ну, не знаю, к вам бы он поехал?»
Она приподнялась на локте.
«Максим, он мой отец. Ему плохо. Куда я его отправлю?»
«Да я не про то. Просто... у нас ребенок маленький, места мало».
Продолжение ниже 👇