1
Я везу доски и стекло, чтобы заколотить выбитое окно в доме, которого нет ни на одной карте.
Сегодня соберу все необходимое – палатку, топор, спальник и прочие нужные в дальнем лесном походе вещи. Забрала из ремонта свой старенький джип. Еще побегает – обнадежил мастер. Что-то там было с электрикой.
В остальном можно не беспокоиться. Масло и другие жидкости заменили, запасных колеса два и ремкомплект в багажнике.
Ответственный предстоит переход. Примерно четыреста километров, из них около сотни по непролазной грязи и бездорожью.
По прогнозу дождей быть не должно, но всякое случается. Так что обязательно нужно положить в рюкзак непромокаемую куртку, теплую толстовку, пару-тройку смен сухого белья и носков.
Сегодня у меня не совсем обычная поездка. Там, куда я еду, на подступах к горе Шармалан, стоит избушка. Раньше еще баня была. Это для туристов, путешественников.
Год назад я посмотрела видео одного парня, проезжавшего на мотоцикле эти места, и вид становища меня неприятно поразил.
Баня сгнила и развалилась, домик еще цел, но окно выбито, двери нет. Печка рабочая, но тоже уже на ладан дышит.
И нельзя сказать, что народа там мало бывает. Журнал для записей, начатый еще при царе Горохе, закончился в прошлом году, так новый блокнот положили. Каждую неделю кто-то да приезжает.
Консервы оставляют на полке, пленкой обмотали четыре столба, сложили из оставшихся от развалившейся бани кирпичей каменку, тазик откуда-то взялся древний, с отбитой эмалью, в прошлом желтый – так что помыться можно.
Но выбитое окно и отсутствие дверей не давали мне покоя все это время.
И вот у меня в машине полмешка цемента, кое-какие инструменты, новый тазик, чайник, посуда, ведро для воды. А вода там, скажу я вам, чистейшая, можно не то что кипяченую - сырую пить. Горная речушка прозрачная, хариусы туда-сюда мелькают.
Другими словами, я еду приводить в порядок место, много лет верно служившее и продолжающее служить даже сейчас, невзирая на ветхость свою, укрытием от непогоды и пристанищем уставшим путникам в глухом лесу, где никакой связи в помине нет, а ближайшее человеческое жилище – балок лесорубов в пятидесяти километрах.
Поэтому, само собой, я везу запас лекарств и аптечку первой помощи, а также газовый баллончик, но не столько от лихих людей, потому что редко кто в те края добирается, а больше от дикого зверя, которого в тех местах хватает.
Страшно ли мне ехать? Вообще-то да. Раньше там только зоны были, но их закрыли много лет назад. Пара поселков есть в округе, но, судя по видосу, они на грани вымирания.
А если страшно, так чего тогда прешься? Резонный вопрос. Ну вот тянет что-то. Может, потому что там, в той тишине, наконец, перестаешь слышать гул города, собственных мыслей и голоса тех, кого больше нет?
К слову, я давно за рулем, и много езжу, приходилось и колесо менять, и в лесу бывала не раз, в том числе с ночевкой, в палатке. Но чаще все-таки в компании. Одна тоже ездила, и приятного в этом мало, особенно ночью, когда едешь в чистом поле, оставив города и заправки далеко позади, и ни одного фонаря, только фарами себе путь освещаешь.
Но волков, как известно, бояться – в лес не ходить. Так что хватит трястись, Ульяна, лучше пересмотри еще раз – все ли взяла.
Будильник прозвенит в пять утра. Поэтому ложиться надо пораньше. Не выспавшись в такую дорогу лучше не соваться.
Продолжение следует