Элитные подразделения всегда существуют в двух измерениях: в ореоле мифов для общества и в суровой, часто безмолвной реальности для самих бойцов. Про них снимают блокбастеры, но редко говорят о том, что происходит после того, как снят краповый берет, а тело, израненное в дальних командировках, начинает требовать покоя и простых человеческих радостей. История российского спецназа - это не только история побед. Это также история глубочайшего личного опыта, разочарований и трудного возвращения к мирной жизни, о которой ветераны десятилетиями предпочитают молчать. Лишь иногда, прервав обет молчания, они делятся историями, которые переворачивают представление о героизме, государстве и цене, которую они заплатили.
Подвиг и забвение: цена одной руки и молчания семьи
Валерий Емышев, один из основателей легендарной «Альфы», штурмовавший дворец Амина в Кабуле, сейчас живёт в подмосковной деревне и обрабатывает огород одной рукой. Правую ему ампутировали после того ранения. Жена долгие годы считала, что он слесарь в горсовете, а командировки - это ремонтные работы. Об ампутации ей сказали, что это «несчастный случай в горах». Такова была степень секретности. В те времена на могилах павших в Афганистане писали «трагически погиб» - страна не была готова знать о войне.
Сейчас, за рюмкой, ветеран откровенничает: его «Альфа» сегодня, по его словам, не только освобождает заложников, но и является одновременно охраной и «гарантом» для одного из кавказских лидеров. Он с горькой иронией вспоминает август 1991-го, когда от его подразделения зависела судьба страны, и с нескрываемым презрением отзывается о Горбачёве и Ельцине, виня их в «упадке и безнравственности». Его кумир - «мудрый» Андропов. Фигура, олицетворяющая для него силу и порядок, которых так не хватает сегодня.
Капитализм как новая миссия: от «Стингера» к яичной фабрике
Не всем судьба уготовила участь забытого пенсионера. Владимир Ковтун, офицер ГРУ со ста за спиной и семью пулевыми ранениями, сумел построить успешный бизнес. Его птицефабрика в 240 км от Москвы поставляет яйца, в том числе и в администрацию Кремля. С американским оптимизмом он заявляет: «Я люблю капитализм, там клиент всегда король».
Ирония судьбы в том, что именно Ковтун в 1987 году в Афганистане добыл для СССР материальное доказательство помощи США моджахедам - зенитный комплекс «Стингер» с инструкцией на английском. Тот самый, что сбивал советские вертолёты. Сегодня он, в отличие от многих сослуживцев, хвалит Путина: «При нём общество повернулось к армии лицом, а не задницей». Войну в Афганистане, куда их послал «старый пердун» Брежнев, считает большой ошибкой, пророча американцам тот же финал.
Бунтарь и идеолог: тюрьма вместо наград
Совершенно иной путь избрал Владимир Квачков, ветеран трёх войн, осуждённый за покушение на Чубайса и попытку переворота. Для него нынешняя власть - «глист-червяк», а Россия находится под «еврейской оккупацией». Его откровенно антисемитские и радикально-патриотические взгляды находят отклик у многих спецназовцев, особенно у молодых, ностальгирующих по сильной руке СССР и ненавидящих Запад. Квачков стал для них символом несломленного бунтаря, заплатившего свободой за свои убеждения.
Разочарование в системе: «Мы - инструмент в руках политиков»
Пожалуй, самые горькие слова принадлежат Александру Михайлову, участнику штурма «Норд-Оста». Его оценка той операции беспощадна: «В конечном счёте, мы, русские, выставили себя полнейшими идиотами». Он перечисляет фатальные промахи: телевизионная трансляция передвижений по крыше, нехватка противогазов у штурмующих, катастрофическая нехватка антидота для заложников, отсутствие медиков. «Организация была катастрофической... умерло 130 человек, хотя большую часть можно было спасти».
Его вывод универсален и печален: «Мы являемся инструментом в руках политиков, заложниками их решений. Так было и так будет». Он ненавидит всех политиков, вспоминая, как в первую чеченскую его группу из 20 человек отправили «захватить лидеров» в контролируемый боевиками Грозный - задание, заведомо обречённое на провал.
Своя награда для забытых героев: мозг на ладони и пенсия в 125 евро
Сергей Илларионов, майор из Новочеркасска с краповым беретом, сегодня работает телохранителем. Его пенсия - около 125 евро. Его история - о личном подвиге и государственном равнодушии. Во время штурма Комсомольского в Чечне он добровольно пошёл на переговоры с боевиками Гелаева об обмене телами. Боевики избили его, выбили зубы, вставили пистолет в рот, но в итоге согласились.
Забирая тела товарищей, он снял шлем с головы одного из них, и «череп раскололся пополам, мозг вытек мне на ладонь». За эти переговоры, которые командование сочло почти предательством, его так и не наградили «Орденом Мужества». Тогда он придумал свою медаль - «Забытым героям спецподразделений».
На звонке его телефона звучит песня Сергея Трофимова, которая стала неофициальным гимном многих таких, как он: «Россия нас не жалует ни славой ни рублём, но мы ее последние солдаты».
Героизм после боя
Эти истории сшиты из одной ткани: беспредельная преданность делу и товарищам в бою и горькое, а иногда и яростное разочарование в системе, которую они защищали. Они - последние солдаты империи, которая исчезла, и государства, которое не всегда знает, что с ними делать. Их жизни после службы - это такое же испытание на прочность, как и сама служба. Кто-то находит себя в бизнесе, кто-то - в оппозиции, кто-то - в тихой деревне с огородом. Но всех их объединяет память о той цене, которую они заплатили, и глубокое, выстраданное знание о том, как всё было на самом деле. Знание, которое они носят в себе, как осколки.