Оружие старше своих владельцев. Согласитесь, в этом небольшом предложении уже прячется огромный диссонанс?
В это сложно поверить, но за последние 60 лет на рынке появились винтовки с карбоновыми ложами, цифровой оптикой, баллистическими компьютерами. А вот идея «основной армейской снайперской винтовки» в российской армии почти не сдвинулась с места. СВ-98, СВ-99, СВДМ, импортные Accuracy International и Barrett. Десятки разработок выходили с одной целью – занять место «плетки», но каждый раз, когда формируются новые снайперские пары, по каким-то «неведомым причинам» в восьми случаях из десяти выдают именно СВД.
Странно, не находите?
Что самое интересное, происходит это не из-за нехватки денег. Не по привычке, как можно подумать. Просто винтовка Драгунова решает задачу, которую современные аналоги решить не могут, и дело тут вообще не в надежности, хотя она, конечно, тоже на высоте.
Так что же такого спрятано в легендарной СВД, что она до сих пор занимает первое место среди снайперских винтовок? Давайте скорее разбираться.
Для начала нужно рассказать о том, почему вообще возникла идея заменить винтовку образца 1963 года. Для этого нам необходимо вернуться к логике развития оружия, чтобы понять суть проблемы.
Начнем с того, что СВД создавалась в начале 1960-х, в эпоху стали, дерева и чистой механики. Современные винтовки стали компактнее, технологичнее, главное – заметно точнее. Их кучность выше в два-три раза, ведь тот самый прогресс не стоит на месте. А эффективная дальность стрельбы спокойно доходит до 1000–1500 метров, тогда как у СВД этот показатель ограничен примерно 800 метрами...
Принятая на вооружение в 2003 году СВ-98 показывает кучность 0,5–0,7 MOA, что уже считается снайперским стандартом XXI века. На этом фоне СВД с ее 1,2 MOA действительно выглядит архаично, тут ничего не скажешь.
Логика кажется очевидной – заменить устаревшую технику на современную, правильно? Но именно здесь и начинается ключевая ошибка. СВД и все эти винтовки изначально создавались для разных видов боевых действий. Многим может показаться это какой-то «аброй-кадаброй», но на самом деле все максимально просто.
Все становится понятно, если посмотреть на задачу, которую поставили перед легендарным Евгением Драгуновым еще в 1958 году. Конкурс того года имел предельно четкое требование: создать винтовку для армейского снайпера. Не для спецподразделений, обратите внимание, а для обычного армейского.
Армейский снайпер – это часть пехотного подразделения, это городские бои, постоянно меняющаяся обстановка и отсутствие роскоши долго выбирать идеальную позицию. Поэтому Драгунов проектировал оружие не для рекордной точности на километровых дистанциях, а совсем для другого сценария. Способность его оружия поразить несколько целей за минимальное время на реальных боевых дистанциях 300–600 метров – вот в чем фишка…
Из вышеописанных требований логично вытекают магазин на 10 патронов, газоотводная автоматика и высокий темп стрельбы. Учитывая, что в 1963 году все снайперские винтовки в мире были с ручной перезарядкой после каждого выстрела, такое решение выглядело настоящей революцией, по крайней мере для того времени уж точно…
Столкнулись с реальностью уже позже, когда современные снайперские винтовки пошли по совершенно другому пути. И именно это объясняет их феноменальную точность, кстати говоря. СВ-98, Accuracy International, Remington M24 строятся по классической схеме bolt-action с продольно-скользящим затвором. После каждого выстрела стрелок вручную передергивает затвор, извлекая гильзу и досылая новый патрон.
Благодаря отсутствию подвижных частей автоматики ствол не испытывает вибраций от отвода газов. Каждый выстрел фактически происходит в одинаковых условиях. Это и дает кучность 0,5–0,7 MOA и уверенную работу на дистанциях до 1000–1500 метров.
Но следствием этого технического решения становится цена, которую приходится платить. Темп стрельбы падает в разы, а на перезарядку уходит 2–3 секунды, стрелок теряет цель из прицела и сбивает дыхание, а в реальном бою это ощущается куда острее, чем на стрельбище, напомню…
И вот здесь начинается реальность, которая сильно отличается от полигона, от той картинки, которую все привыкли видеть. Анализ боевого применения снайперов в Афганистане, Чечне и Сирии показал, что около 90% контактов происходят на дистанциях от 300 до 800 метров. На этих дистанциях точности СВД вполне достаточно для поражения ростовой фигуры. Зачем тогда больше?
Но куда важнее другое: армейский снайпер почти никогда не работает по одной неподвижной цели на предельной дальности. Его задачи – подавление огневой точки, прикрытие штурмовой группы, контрснайперская работа в условиях динамики, где цели появляются и исчезают за секунды. В такой обстановке критичной становится не кучность 0,5 MOA, а способность быстро переносить огонь и поражать несколько целей подряд.
Bolt-action винтовки идеально подходят для задач спецназа по формуле «один выстрел – одна цель – эвакуация», но для пехоты они оказываются слишком медленными, слишком неповоротливыми, мягко говоря. СВД же изначально создавалась именно для удержания огневого превосходства в бою, а не для каких-то там рекордов на полигоне. Хотя и они важны.
Так что если разложить секрет ее долгожительства по шагам, картина становится предельно ясной.
- Во-первых, СВД до сих пор остается единственной в мире массовой снайперской винтовкой с самозарядной схемой и газоотводной автоматикой. Все современные снайперские системы используют bolt-action с ручной перезарядкой.
- Во-вторых, именно эта схема дает скорострельность порядка 30 выстрелов в минуту против примерно 10 у bolt-action винтовок. При всем при этом точность в диапазоне 1–1,5 MOA остается достаточной для поражения целей на 800 метрах, где и происходит около 90% боевых контактов армейских снайперов, как уже говорилось выше.
И, наконец, финальный момент заключается в том, что СВД занимает уникальную нишу баланса между точностью и скорострельностью. Современные винтовки вынуждены выбирать что-то одно – либо максимальную точность ценой темпа, либо высокий темп без снайперской точности. Этот компромисс СВД закрывает задачи армейского снайпера так, как не закрывает ни одна другая винтовка…
Следующим пунктом идет понимание того, почему за 60 лет СВД пытались заменить. Не потому, что она плоха. А потому, что снова и снова не понимали, какую именно задачу она решает. Вроде как все понятно на бумаге, а на практике – нет.
Итог, на мой взгляд, крайне простой – заменить СВД может только винтовка с той же концепцией баланса. То есть, по сути, все та же СВД, нового образца. Все, точка! Ставьте палец вверх, если понравилась статья и вы согласны с моим мнением. Не согласны? Буду рад услышать его в комментариях.
Ну а на сегодня все. Увидимся в следующих «сериях». Подпишитесь, чтобы их не пропустить.