Пробуждение было резким, как удар током. Три часа ночи. В квартире стоял грохот. Басы били по ушам, кто-то визжал и смеялся.
Дарина накинула халат и вышла в коридор. Дверь в гостиную была нараспашку. Там горел свет, на столе (её рабочем столе из массива!) стояли бутылки, а Назар танцевал что-то похожее на брачные игры бегемотов с девицей весьма сомнительного вида. Девица была в колготках в сетку и топе, который держался на честном слове.
— Опа! Сеструха проснулась! — заорал Назар, увидев Дарину. — Знакомься, это Кристина! Крис, это Даринка, она у нас зануда, но хата её... то есть наша, семейная!
Кристина хихикнула, хлопая длинными ресницами, и икнула.
— Приветики! А есть еще выпить?
Дарина подошла к музыкальному центру и выдернула шнур из розетки. Тишина ударила по ушам еще сильнее, чем музыка.
— Вон, — сказала она.
— Чё? — Назар перестал дергаться. Лицо его налилось красным. — Ты чё, попутала? Я гостей привел. Имею право.
— Это моя квартира. Вон отсюда. Оба.
Назар подошел к ней вплотную. От него разило перегаром так, что можно было опьянеть, просто постояв рядом. Он ткнул пальцем ей в плечо.
— Слышь, ты. Не борзей. Это и мой дом тоже. Родители нам обоим помогали, забыла? Так что не будь стервой, дай мужику расслабиться. Иди к себе и не отсвечивай, не обламывай кайф.
Дарина посмотрела ему в глаза. Родители не дали ни копейки. Квартиру она купила сама, выплачивая ипотеку пять лет, отказывая себе во всем. Мать тогда сказала: «Зачем тебе хоромы? Лучше бы Назарчику на машину добавила».
— Твой дом? — переспросила она тихо.
— Конечно. Я тут прописан... ну, в смысле, морально прописан. Семья же. Всё, вали спать. Крис, наливай!
Назар развернулся к ней спиной, уверенный в своей победе. Он считал, что сестра — это просто обслуживающий персонал, который побухтит и уползет в нору.
Дарина не стала кричать. Не стала бить посуду. Внутри неё что-то щелкнуло и встало на место. Холодная, звенящая ясность.
Она развернулась и ушла в спальню. Плотно закрыла дверь. Спать? Нет. Сегодня она спать не будет. У неё много дел.
Операция «Возмездие» началась в семь утра.
В гостиной стоял храп. Назар и его ночная фея спали вповалку на диване, прямо в одежде. Амбре стояло такое, что мухи дохли на подлете.
Дарина двигалась бесшумно, как ниндзя. Она достала рулон больших черных мешков для строительного мусора.
Первым делом она собрала одежду Назара. Всю. Грязную, чистую, ту, что валялась на полу, и ту, что висела в шкафу. Всё полетело в мешок. Туда же отправились его зарядки, зубная щетка и бритва. Она не сортировала. Она зачищала территорию.
Три полных мешка. Дарина вынесла их на лестничную клетку, вызвала лифт и спустила вниз, к мусорным бакам. Вернулась.
Взяла телефон. Глубоко вздохнула, настраиваясь на роль. Набрала номер Светланы, жены Назара.
— Светка! — зашептала Дарина в трубку, делая голос дрожащим и полным трагизма. — Светка, спасай! Это ужас ужасный!
— Что случилось? — сонно спросила Света.
— Назар... Он тут такое устроил! Всю ночь не спал, метался в бреду, температура, наверное! Рыдал, Свет! Представляешь, Назарка рыдал! Твое имя шептал. Говорит, жизни без тебя нет, что он дурак, ошибся, погибает мужик!
— Да ты что? — голос Светы потеплел. — А чего сам не звонит?
— Так гордый же! Ты ж его знаешь, он скорее удавится, чем позвонит. Но я вижу — край. Он на грани, Свет. Приезжай срочно, пока он чего с собой не сделал. Забери его, отогрей. Любит он тебя, дурак, сил нет!
— Еду! — коротко бросила Света. — Через полчаса буду!
Дарина положила трубку. Улыбка тронула уголки губ. Первый акт сыгран.
Она зашла в гостиную. Пнула ножку дивана.
— Подъем! Вокзал отходит!
Назар замычал и натянул плед на голову. Кристина приоткрыла один глаз, размазывая потекшую тушь.
— Девушка, — ласково сказала Дарина. — У вас ровно три минуты, чтобы слинять.
— А то чё? — вяло огрызнулась девица.
— А то сейчас сюда приедет жена моего брата. Она женщина нервная, весит сто килограмм, и у неё два брата-боксера в машине сопровождения. Я им сказала, что тут какая-то дама Назара насильно удерживает. Они уже в лифте.
Глаза Кристины округлились. Фраза про братьев-боксеров сработала как катализатор. Она подскочила, схватила туфли и сумочку.
— Я не при делах! Сами разбирайтесь!
Через минуту входная дверь хлопнула.
Назар проснулся окончательно, когда в квартиру, как ураган, ворвалась Света.
— Назарчик! Бедный мой! — она кинулась к мужу, который сидел на диване в трусах и ничего не понимал. — Даринка позвонила, всё рассказала! Как ты страдал, как звал меня!
— Чё? — Назар вылупил глаза. — Кого звал?
— Ну всё, всё, не притворяйся! — Света обняла его, прижимая к необъятной груди. — Я тоже погорячилась. Поехали домой, борща сварю, пирогов напекла. Хватит тебе по чужим углам мыкаться.
Назар посмотрел на Дарину. Дарина стояла у стены, скрестив руки на груди, и смотрела на него с выражением абсолютной невинности.
— А где мои вещи? — спросил он подозрительно.
— Света всё купит новое, правда, Свет? — перебила Дарина. — Ему новую жизнь начинать надо. А старое я... утилизировала. Энергетику плохую убрала.
— Правильно! — подхватила Света. — Купим тебе костюм, Назарчик! Поехали!
Света подхватила мужа под руку и потащила к выходу. Назар, все еще ошарашенный напором и похмельем, не сопротивлялся. Перспектива борща и возвращения в привычное русло перевесила желание скандалить.
Когда за ними закрылась дверь, Дарина сползла по стене. Тишина. Благословенная тишина.
Она достала телефон.
— Алло, мастер? Да, замена личинки замка. Срочно. И клининг. Генеральная уборка с дезинфекцией. Бюджет не важен. Хоть как годовой ВВП небольшой страны. Мне нужно, чтобы здесь пахло стерильностью.
Она подошла к окну. Внизу Света запихивала Назара в такси. Дарина помахала им рукой.
Больше никаких родственников. Никогда.