К 60-летию космической сенсации – обозреватель «Абзаца» Владимир Тихомиров.
Первый «Спутник», полет Юрия Гагарина, выход Алексея Леонова в открытый космос – обычно эти вещи вспоминаются в первую очередь, когда говорят о наших космических достижениях.
Но была еще одна победа СССР, заставившая американцев окатиться холодным потом. Ровно 60 лет назад – 3 февраля 1966 года – мировые массмедиа буквально взорвались сенсацией: советская автоматическая станция «Луна-9» совершила первую в истории мягкую посадку на поверхность нашего естественного спутника.
На его штурм советские и американские ученые отправились еще задолго до полета первого космонавта на орбиту.
Борис Черток, ближайший сподвижник Сергея Королева, писал в своей книге, что первые космические аппараты, посылаемые к Луне, хотели назвать «Лунниками» – дескать, на Западе уже выучили слово sputnik, теперь настала очередь учить слово lunnik. Но Королев воспротивился: уж слишком не по-русски звучит.
Первый старт состоялся 2 января 1959 года. Но, увы, станция «Мечта», она же «Луна-1», пролетела мимо в 6000 километров, но зато стала первым искусственным спутником Солнца.
Затем потерпела неудачу «Луна-2» – станция в сентябре 1959 года хоть и достигла лунной поверхности, но мягкой посадки не получилось. Аппарат разбился в районе Моря Дождей, что нисколько не смутило советскую прессу. Ведь так или иначе, но советский вымпел был доставлен на Луну.
Зато 4 октября 1959 года аппарат «Луна-3» впервые в мире облетел наш естественный спутник и сфотографировал его обратную сторону, которую никто и никогда не видел. Это событие только подстегнуло советско-американскую лунную гонку.
Причем державами двигал не только научный интерес или соображения престижа. Многие ученые были уверены в наличии на Луне редких металлов и минералов.
Академик Владимир Бармин, глава КБ «Спецмаш», по просьбе Сергея Королева разработал проект создания лунной базы «Звезда», получившей название «Барминград». Это был прототип первого глобального телевидения: Бармин планировал установить на нашем естественном спутнике гигантскую антенну-ретранслятор, чтобы телевизионный сигнал из «Останкино» по лазерному лучу шел сначала на Луну, а потом – по всей планете. Уверен, наши ученые додумались бы и до космического интернета, причем куда быстрее американцев.
В общей сложности всего за пять лет в СССР было осуществлено 11 запусков автоматических станций к Луне. Лишь пять из них вышли на заданную траекторию полета, однако задачу мягкой посадки решить не удалось.
Последней каплей стала катастрофа станции «Луна-8» в декабре 1965 года. Тогда сломался небольшой пластмассовый кронштейн, острый край которого проткнул надувной шар, который при прилунении должен был закрыть собой станцию и смягчить удар о камни. В итоге аппарат рассыпался на сотни обломков чуть западнее кратера Кеплер.
Советская лунная программа тогда оказалась на грани закрытия, поскольку новый генсек Леонид Брежнев призывал к экономии. «Экономика должна быть экономной» – главный лозунг эпохи.
Однако Королев, несмотря на тяжелое состояние здоровья, смог уговорить генсека дать космонавтике еще один шанс. По его инициативе на этот раз все работы по строительству станции «Луна-9» были переданы из ОКБ-1 в КБ им. Лавочкина. Дескать, «зазвездились» вы что-то, ребята, пора бы вернуть конкуренцию в отрасль.
И получилось! Все рабочие узлы отработали как надо, в штатном режиме.
«Луна-9» прилунилась в Океане Бурь – крупнейшем из «морских» образований на поверхности Луны. Спустя 4 мин 10 сек раскрылись антенны, а станция в течение трех дней передавала на Землю телевизионные изображения лунного ландшафта.
Первая телепередача с Луны вызвала шок в Белом доме. И президент Линдон Джонсон приказал, не считаясь ни с какими средствами, готовить полет американских космонавтов на Луну – дескать, делайте что хотите, но первой на спутник должна ступить нога американца.
Это и произошло всего три года спустя – в июле 1969 года.
В историю же советской космонавтики 1969 год вошел как полоса неудач, положившая конец советским программам освоения Луны и Марса. Первая ракета с первым советским марсианским зондом упала в степь, вторая взорвалась на старте, в итоге программа подготовки первой пилотируемой экспедиции на Марс была свернута. Как до этого была отменена и программа полета советской экспедиции на Луну.
Брежневская экономия спровоцировала подковерную борьбу между «космическими» конструкторскими бюро и отказ от многих перспективных направлений, которые могли бы быть востребованы и сегодня. Особенно в свете западных инициатив по ограничению вещания наших каналов.
Может быть, нам действительно стоит вернуться к идеям Бармина – транслировать наши каналы через космос? Пусть тогда вся эта европейская шелупонь попробует запретить Луну.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.