– Ну, и куда я его дену? В камеру хранения сдам? Олег, у меня горит путевка… то есть, командировка! Очень важная конференция по развитию бизнеса, ты же знаешь, как сейчас все нестабильно, – женский голос в трубке срывался на визг, заставляя мужчину морщиться и отводить телефон от уха.
Олег сидел на краю дивана, ссутулившись, словно ожидая удара. Напротив, в кресле, расположилась Марина. Она неторопливо листала журнал по ландшафтному дизайну, но ее внимательный взгляд поверх очков выдавал, что она ловит каждое слово. В комнате висело напряжение, густое, хоть ножом режь. За окном промозглый ноябрьский ветер швырял в стекла мокрый снег, создавая идеальный фон для неприятного разговора.
– Света, послушай, – попытался вклиниться Олег. – Мы же договаривались. Ты берешь Егора на каникулы, а я забираю его летом. У меня сейчас отчетный период, на работе завал, я просто физически не смогу быть с ним с утра до вечера.
– А твоя эта? – перебила бывшая жена, даже не потрудившись назвать Марину по имени. – Она же вроде дома сидит, цветы свои разводит? Вот пусть и проявит чудеса педагогики. Или ей сложно стакан воды ребенку подать?
Олег покраснел. Ему было стыдно перед нынешней женой за хамство бывшей. Светлана всегда считала, что весь мир вращается вокруг её персоны, а остальные – лишь обслуживающий персонал.
– Марина работает, Света. Удаленно, но работает. Она не обязана…
– Ой, всё! – рявкнула трубка. – Короче так. Завтра в восемь утра я привожу Егора. Девайте его куда хотите. Не возьмешь – оставлю у двери подъезда, пусть опека потом с тобой разбирается, папаша года.
Олег растерянно посмотрел на телефон, потом на Марину. В его глазах читалась паника пополам с виной. Он любил сына, восьмилетнего Егорку, но внезапные налеты Светланы всегда выбивали его из колеи. Она умела манипулировать так виртуозно, что Олег всегда чувствовал себя виноватым, даже если правда была на его стороне.
– Она привезет его завтра, – глухо сказал он. – Марин, я не знаю, что делать. Я могу попробовать взять отгулы, но шеф меня съест.
Марина аккуратно закрыла журнал и положила его на журнальный столик. Она знала, что Светлана рассчитывает на скандал. Бывшая жена была уверена: новая пассия мужа встанет в позу, начнет кричать «выбирай: или я, или твой прицеп», и тогда Олег будет вынужден либо платить няне бешеные деньги, либо унижаться перед Светланой, умоляя перенести поездку. Это была старая игра, правила которой Марина изучила за три года брака.
Но сегодня Марина решила сменить правила.
– Пусть привозит, – спокойно сказала она.
Олег удивленно моргнул.
– Ты серьезно? Но она же… Она на две недели улетает. Говорит, конференция, а сама наверняка в Таиланд собралась, я же слышал про путевку. Тебе придется с ним возиться, кормить, уроки делать. Это же тяжело, Марин.
– Я сказала: пусть привозит, – повторила Марина, и в уголках её губ появилась едва заметная улыбка. – Только перезвони ей и скажи, чтобы привезла все документы на ребенка. Свидетельство, полис, загранпаспорт, если есть. Скажи, что это для поликлиники, мол, справка нужна для школы.
– Зачем? – не понял Олег.
– Делай, как я говорю. И еще. Скажи ей, что мой ответ её удивит.
На следующее утро звонок в дверь раздался ровно в восемь. Светлана стояла на пороге, благоухая тяжелыми сладкими духами. На ней была дорогая шуба, явно купленная не на алименты скромного инженера, а рядом, понурив голову, стоял Егор. Мальчик выглядел как маленький нахохлившийся воробей: куртка была явно маловата, рукава едва доходили до запястий, а кроссовки выглядели так, словно в них играли в футбол кирпичами.
Светлана даже не переступила порог. Она просто подтолкнула сына в спину.
– Ну всё, принимайте сокровище, – бросила она, поправляя прическу. – Вещи в рюкзаке. Учебники он, кажется, забыл, но вы там сами разберетесь, интернет есть. Лекарства, если заболеет, купите, вы же не бедствуете. Олег, деньги переведешь как обычно, пятнадцатого числа.
Она уже развернулась, чтобы уйти, цокая каблуками по кафелю подъезда, когда Марина вышла вперед.
– Светлана, постой, – голос Марины был мягким, но в нем звучала сталь.
Бывшая жена обернулась, всем своим видом выражая нетерпение.
– Ну что еще? Инструкцию по эксплуатации оставить? Он ест всё, что не приколочено.
– Нет, я просто хотела сказать тебе спасибо, – Марина улыбнулась так искренне, что Светлана на секунду опешила.
– Спасибо? За что? – брови Светланы поползли вверх. Она ожидала претензий, кислого лица, требований денег, но никак не благодарности.
– За то, что доверила нам сына. И за то, что освободила нас от необходимости согласовывать с тобой некоторые вопросы. Хорошего отдыха, Света. Наслаждайся морем, говорят, на Пхукете сейчас отличная погода.
Светлана открыла рот, чтобы что-то съязвить, но не нашла слов. Откуда эта клуша знает про Пхукет? И почему она так довольна? Но такси внизу уже ждало, счетчик тикал, и Светлана, фыркнув, побежала вниз по лестнице. «Ненормальная какая-то», – подумала она. – «Ну и ладно, главное – спихнула».
Дверь закрылась. Егор стоял в прихожей, не решаясь снять грязные ботинки. Он исподлобья смотрел на мачеху, ожидая привычного: «Опять грязи натащил».
– Ну что, боец, – Марина присела перед ним на корточки. – Добро пожаловать в штаб. Завтрак будешь? У нас сегодня оладьи с яблоками.
Глаза мальчика округлились.
– С яблоками? – тихо переспросил он. – Мама говорила, что вы меня только кашей кормить будете. На воде.
– Мама пошутила, – подмигнула Марина. – Снимай куртку, мой руки. Нам с тобой предстоит большая работа.
Дни потекли своим чередом, но для Егора это время стало открытием. Он привык, что дома маме вечно некогда: она то на телефоне, то на встречах, то просто «устала, не лезь». Еда чаще всего была из доставки или полуфабрикаты. Здесь же всё было иначе. Марина, несмотря на свою работу за компьютером, умудрялась создавать уют, который обволакивал, как теплое одеяло.
Вечерами, когда Олег возвращался с работы, они втроем ужинали. Не перед телевизором, а за столом, обсуждая, как прошел день. Сначала Егор молчал, дичась такого внимания, но к среде уже взахлеб рассказывал о школьных делах.
– А еще у меня кроссовки жмут, – как-то признался он, когда они собирались на прогулку. – Палец болит.
Марина нахмурилась, осмотрела обувь.
– Олег, посмотри. У него тридцать пятый размер, а нога уже, наверное, тридцать шестой полный. Как Света этого не заметила?
Олег лишь тяжело вздохнул. В субботу они поехали в торговый центр. Марина деловито выбирала мальчику новую куртку, нормальные ботинки, джинсы и несколько свитеров. Олег пытался возразить, что это дорого, и что Светлана должна сама покупать вещи с алиментов, но Марина его остановила.
– Мы одеваем твоего сына, Олег. Не для Светы, а для него. Чтобы ему было тепло и удобно.
Пока Егор радостно крутился перед зеркалом в новой одежде, Марина достала телефон.
– О, смотри-ка, наша бизнес-леди выложила фото, – она показала мужу экран.
Светлана в купальнике позировала на фоне бирюзового моря с коктейлем в руке. Подпись гласила: «Тяжелые трудовые будни. Конференция в разгаре».
– Да уж, заработалась, – горько усмехнулся Олег. – А мне вчера написала, чтобы я перевел деньги пораньше, мол, у Егора репетитор требует оплаты. Какой репетитор? Егор сказал, что он ни к кому не ходит.
– Ничего, – Марина убрала телефон. – Мы это исправим.
Неделя пролетела незаметно. Марина заметила, что Егор плохо читает и совсем не знает таблицы умножения, хотя во втором классе её уже должны зубрить. Она выделила час в день, чтобы заниматься с ним. Без криков, спокойно, объясняя на примерах с яблоками и машинками. Мальчик оказался смышленым, просто запущенным. Ему не хватало элементарного внимания.
– Тетя Марина, а можно я у вас останусь? – спросил он однажды вечером, когда она укладывала его спать.
Сердце Марины сжалось.
– Мы подумаем, Егор. Мы обязательно что-нибудь придумаем.
На четырнадцатый день вернулась Светлана. Она позвонила не утром, а ближе к вечеру, заявив, что заедет за сыном через час.
Олег нервничал. Он ходил по комнате из угла в угол.
– Сейчас начнется, – бормотал он. – Опять скажет, что мы его испортили, что не так кормили. Денег попросит за моральный ущерб.
– Успокойся, – Марина сидела за столом, перед ней лежала аккуратная стопка бумаг. – Садись и молчи. Говорить буду я.
Звонок в дверь прозвучал резко и требовательно. Светлана вошла в квартиру загорелая, отдохнувшая, но с недовольным выражением лица, которое, казалось, приклеилось к ней навсегда.
– Ну где он? – с порога начала она. – Егор! Собирайся! У меня такси ждет, счетчик капает. Надеюсь, вы его тут не закормили булками? А то ему на плавание ходить, в форму не влезет.
Егор вышел из комнаты с рюкзаком. На нем были новые джинсы и свитер. Светлана осеклась, оглядев сына.
– Это что за шмотки? – подозрительно спросила она. – Олег, ты что, в лотерею выиграл?
– Здравствуй, Света, – Марина вышла в прихожую. – Пройди на кухню, пожалуйста. Нам нужно поговорить.
– Мне некогда разговаривать, я с самолета, у меня джетлаг! – фыркнула Светлана. – И вообще, о чем говорить? Алименты пришли, всё нормально.
– Это касается денег, – спокойно произнесла Марина. – И твоей... свободы.
Слово «деньги» подействовало магически. Светлана, хоть и закатила глаза, но прошла на кухню и плюхнулась на стул, даже не сняв шубу.
– Ну? Давайте быстрее. Вы хотите денег за то, что посидели с собственным ребенком? Олег, это уже дно. Я думала, ты мужик.
Марина села напротив и пододвинула к Светлане стопку бумаг.
– Посмотри, пожалуйста.
– Что это? – Светлана брезгливо взяла верхний лист. – Чеки? Вы что, серьезно? Собирали чеки за еду?
– Не только, – Марина говорила ровным, деловым тоном, как на совещании. – Здесь чеки за одежду, так как в том, что ты привезла, ходить было невозможно. Чеки за лекарства – у Егора был запущенный конъюнктивит, который ты, видимо, не заметила. И справка от стоматолога – мы вылечили два пульпита.
– И что? – Светлана швырнула листок на стол. – Это обязанность отца – содержать ребенка. Вычтите из алиментов, если такие жадные.
– А вот следующий документ, – Марина положила поверх чеков распечатанный лист с таблицами. – Это выписка из Семейного кодекса и расчеты. Смотри, Света. Ты получаешь алименты в размере двадцати пяти процентов от зарплаты Олега. Это приличная сумма, учитывая его должность. Плюс ты постоянно просишь сверху на «репетиторов» и «врачей», которых, как выяснилось, не существует.
Светлана покраснела, её загар пошел пятнами.
– Ты меня в чем-то обвиняешь? Да ты знаешь, сколько сейчас стоит жизнь?!
– Знаю, – кивнула Марина. – Я прекрасно знаю цены. Но дело не в этом. За эти две недели мы собрали доказательную базу. Показания соседей, что ты часто оставляешь Егора одного. Скриншоты из твоих соцсетей, где ты на курорте, хотя суду говорила, что у тебя нет денег на стоматолога ребенку. И самое главное – желание самого Егора.
– Какое еще желание? – голос Светланы дрогнул. – Он маленький, его никто не спросит!
– С десяти лет мнение ребенка учитывается в суде обязательно, а до десяти – по усмотрению опеки и психолога, – Марина говорила жестко, отчеканивая каждое слово. – Мы проконсультировались с юристом. У нас есть все шансы определить место жительства ребенка с отцом. Учитывая, что у нас полноценная семья, у ребенка здесь своя комната, обустроенный быт, и мы реально занимаемся его здоровьем и образованием. А у тебя – съемная квартира, неподтвержденные доходы и постоянные разъезды.
В кухне повисла тишина. Слышно было только, как гудит холодильник. Олег смотрел на жену с восхищением и страхом. Он никогда не видел её такой.
– Вы... вы хотите отнять у меня сына? – прошептала Светлана. Вся её напускная бравада слетела, как шелуха.
– Нет, – Марина смягчила тон. – Ребенку нужна мать. Но нам не нравится, что ты используешь Егора как инструмент для выкачивания денег и средство для манипуляций. Поэтому предложение такое. Мы не подаем в суд на определение места жительства. Но мы пересматриваем порядок общения и выплат.
– Как это? – Светлана насторожилась.
– Егор будет проводить у нас каждые выходные и половину всех каникул. Это обязательно. Ты не будешь препятствовать. Алименты Олег продолжает платить официально, но никаких «дополнительных» переводов на карту по первому требованию. Все крупные покупки – одежду, технику, оплату кружков – мы делаем сами, напрямую. Ты предоставляешь чеки, если тратишь алименты на что-то серьезное для ребенка. Если нет – мы подаем иск об изменении порядка уплаты алиментов, чтобы пятьдесят процентов перечислялось на личный счет ребенка до совершеннолетия. Закон это позволяет, если есть подозрение в нецелевом расходовании средств.
Светлана молчала. Она лихорадочно соображала. Половина алиментов на счет? Это означало, что её «зарплата» урежется вдвое. Самим покупать одежду? Значит, она не сможет просить деньги на куртку, покупать дешевую на распродаже, а разницу класть в карман.
– А если я не соглашусь? – прищурилась она.
– Тогда мы идем в суд, – просто сказала Марина. – С фотографиями с Пхукета, справками о состоянии здоровья Егора на момент приезда к нам и показаниями школьного учителя, который подтвердит, что маму в школе не видели ни разу за год. Думаю, органы опеки очень заинтересуются, почему ребенок ходит зимой в осенней куртке при живом отце, который исправно платит.
Светлана посмотрела на Олега. Тот расправил плечи и твердо кивнул, поддерживая жену.
– Хорошо, – процедила Светлана сквозь зубы. – Но алименты платите полностью мне на карту. Никаких счетов.
– Если ты будешь покупать ему нормальную еду и вещи – договорились, – кивнула Марина. – Но мы будем следить. Егор теперь будет часто у нас, и мы всё увидим.
Светлана резко встала.
– Егор! Пошли!
Мальчик вышел в прихожую. Он обнял отца, потом подошел к Марине и, стесняясь, прижался к ней.
– Спасибо за оладьи, – шепнул он.
– Приезжай в пятницу, – сказала она ему, погладив по голове. – Мы купим тот конструктор, который ты хотел.
Когда дверь за ними закрылась, Олег обессиленно опустился на стул.
– Марин... ты просто космос. Я бы никогда не решился ей всё это высказать. Я думал, она нас разорвет.
– Она трусиха, Олег, – Марина сняла очки и потерла переносицу. – Такие люди смелые только тогда, когда чувствуют безнаказанность. Как только им показывают зубы и закон – они сразу сдуваются.
– Но ты действительно готова? – Олег взял её за руку. – Каждые выходные? Это же конец твоей спокойной жизни. Никаких романтических вечеров, постоянная готовка, уроки...
Марина посмотрела на мужа с теплотой.
– А разве это не стоит того? Ты видел, как он смотрел на тебя сегодня? Он впервые почувствовал, что за ним есть стена. Что папа – это защита, а не просто банкомат для мамы.
Олег притянул жену к себе и уткнулся лицом в её ладонь.
– Спасибо тебе. Я даже не знаю, чем я тебя заслужил.
– Оладьями с яблоками, – рассмеялась Марина. – Иди ставь чайник. Нам еще нужно придумать, куда поставить кровать для Егора. Диван в гостиной – это не дело, если он будет у нас жить три дня в неделю.
Жизнь их действительно изменилась. Было непросто. Светлана еще несколько раз пыталась взбрыкнуть, устраивала мелкие пакости, «забывала» собрать вещи сына или звонила в неурочное время. Но каждый раз натыкалась на спокойный, вежливый, но железобетонный отпор Марины.
Егор расцвел. Он подтянул учебу, записался с отцом в секцию робототехники. Он перестал быть забитым зверьком, вечно ожидающим окрика. И хотя он всё еще любил маму – какой бы она ни была, – он знал, что в доме отца его всегда ждут, накормят, выслушают и не предадут.
А через полгода случилось то, чего Марина, честно говоря, ждала. Светлана встретила нового мужчину. "Бизнесмена", как она выразилась. И, собираясь переезжать к нему, сама предложила, чтобы Егор пожил у отца "пока они там устроятся".
– Ну, ты же не против? – щебетала она по телефону, уже совсем другим тоном, забыв про былую вражду. – Тебе же с ним интересно, Марина, правда? Ты же у нас такая правильная.
– Конечно, Света, – ответила Марина, глядя, как Олег и Егор собирают на ковре сложную модель космического корабля. – Привози. Ему здесь самое место.
Она положила трубку и подошла к окну. Весна вступала в свои права, снег таял, обнажая черную землю, готовую принять новые семена. Марина подумала, что иногда чужие дети становятся своими не по крови, а по вложенной в них душе. И что самый неожиданный ответ на наглость – это не крик, а спокойная уверенность в своей правоте и любовь, которая обезоруживает любого врага.
Олег поднял голову и посмотрел на жену. В его взгляде было столько благодарности и любви, что Марине стало тепло, несмотря на сквозняк от окна.
– Кто звонил? – спросил он.
– Света. Егор переезжает к нам насовсем. Ну, или очень надолго.
Егор замер с деталью в руке.
– Правда? – его глаза сияли надеждой.
– Правда, – улыбнулась Марина. – Так что, мужчины, достраивайте свой корабль, и пойдем ужинать. У нас сегодня пирог.
– С яблоками? – хором спросили они.
– С вишней, – ответила она. – Для разнообразия.
В этот вечер в их квартире было особенно шумно и весело. И никто из них не вспоминал о прошлом, потому что будущее, которое они строили своими руками, нравилось им гораздо больше.
Благодарю, что дочитали историю до конца. Если рассказ нашел отклик в вашей душе, буду признательна за подписку на канал и ваши мысли в комментариях.