1 февраля 1925 у поэта Марины Цветаевой родился долгожданный сын. Она трогательно описала в своей рабочей записной тетрали обстоятельства рождения ребенка .
"...Сын мой Георгий родился 1-го февраля 1925 г., в воскресение, в полдень, в снежный вихрь. В самую секунду его рождения на полу возле кровати загорелся спирт, и он предстал во взрыве синего пламени.
Sonntags, Mittags и Flammenkind
<Воскресный, полдневный и огненный ребенок (нем.)>
Родился в глубоком обмороке — откачивали минут 20.
Спас жизнь и ему <и> мне Г.И.Альтшулер, ныне, 12-го, держащий свой последний экзамен..."
Рядом живописно , между высокими холмами, извивалась река, окруженная лесами.
А совсем неподалеку, через полосу леса шириной километра два, располагалось соседнее село - Дольние Мокропсы, где в то время жил будущий врач Г.И. Альтшулер со своей женой и двумя маленькими дочерьми.
ОН начинал свою учебу еще в Москве, на медицинском факультете Мосевоского университета, и, как многие образованные люди в то время оказался в эмиграции. Благодаря заботам Чешского правительства, многие беженцы из России смогли бесплатно завершить свое образование. Более того, им всем чешское правительство выплачивало стипендии. Шиковать было нельзя, но все же можно было хоть как-то сводить концы с концами. Так, Марина Цветаева писала:
"...живем от 15-го числа до 15-го..."
Муж Марины Цветаевой, Сергей Эфрон, тоже учился в это время в Пражском университете на филологическом факультете,
Поэтому он проводил с семьей только выходные дни, а остальные дня жил где-то в Праге, то ли у знакомых, то ли в общежитии. Он, обычно, приезжал во Вшеноры к семье в пятницу вечером, а уезжал в Прагу - в понедельник утром.
Поэтому в воскресенье, 1 февраля он находился дома.
Роды у Марины Ивановнаы были преждевременными.
Об этом можно судить достоверно, так как за неделю до этого, еще 22 января 1925, Марина Ивановна ездила в Прагу - на консультацию в земский родильный дом. Врач акушер предложила Марине Ивановне рожать здесь же, в родильном отделении. Куда нужно было поступить примерно за неделю да предполагаемой даты родов.
Марина Цветаева писала:
"...мои сроки — от 15 — 20 февраля, но докторша утешает*, что часто случается на три недели раньше. — Vous voyez ca d’ici <Вы сами теперь увидите (фр.)>
<*утешает — какое яркое и цепляющее слово. И этот факт указывает, что беременность для Марины Цветаевой давалась нелегко, возможно были какие-то осложнения>
Как это довольно часто бывает, и как предупреждала врач, успокаивая Марину Ивановну, роды наступили раньше срока - 1 февраля 1925 года
Сама Марина Цветаева описывала так подробности этого дня :
"... Мальчик дал о себе знать в 8 1/2 ч. утра.
Сначала я не поняла— не поверила— вскоре убедилась— и на все увещевания "всё сделать чтобы ехать в Прагу" не соглашалась.
Знала что до станции, несмотря на. Знала что до станции, несмотря на все свое спартанство, из-за частоты боли — не дойду.
Началась безумная гонка С.<Сережи?> по Вшенорам и Мокропсам.
Вскоре комната моя переполнилась женщинами и стала неузнаваемой.
Чириковская няня вымыла пол, всё лишнее (т. е. всю комнату!) вынесли, облекли меня в андреевскую ночную рубашку, кровать выдвинули на середину, пол вокруг залили спиртом.
(Он-то и вспыхнул — в нужную секунду!)
Движение отчасти меня отвлекало.
В 10 ч. 30 мин. прибыл Г. И. Альтшулер,
а в 12 ч. родился Георгий.
Молчание его меня поразило не сразу: глядела на дополыхивавший спирт.
(Отчаянный крик Альтшулера: — Только не двигайтесь!! Пусть горит!!)
Наконец, видя всё то же методическое, как из сна, движение: вниз, вверх, через голову, спросила:
— "Почему же он не кричит?"
Но как-то не испугалась.
Да, что — мальчик узнала от В. Г. Чириковой <актриса — Валентина Георгиевна (1875 - 1966) — жена писателя Е.Н.Чирикова>, присутствовавшей при рождении:
— "Мальчик — и хорошенький!"
И, мысленно сразу отозвалось: — Борис!
Наконец, продышался. Выкупали.
В 1 ч. пришла "породильная бабочка".
Если бы не было Альтшулера погибли бы — я-то не наверняка, но мальчик наверное.
Никогда не забуду его доброго проникновенного голоса: — "Скоро родится, Марина Ивановна..."
<далее свободное место в несколько строк >
Говорят, держала себя хорошо. Во всяком случае, ни одного крика.
(Все женщины: — Да Вы кричите !— Зачем? —
И только одна из них на мое ( — Ну как?) тихое: "Больно". — И нужно, чтобы было больно. Единственное умное слово,
а любила меня — больше всех (А. И. А<ндреева>).)
В соседней комнате сидевшие утверждают, что не знай - что, не догадались бы..."
Марина Цветаева,
из записных книжек
1 февраля 1925 года