— Ничего себе, — Валентина замерла в дверях переговорной, уставившись на мужчину у окна. — Сергей Витальевич?
Он обернулся, и на его лице отразилось ровно то же изумление.
— Валя? Валентина Степановна?
Они стояли, разглядывая друг друга с таким видом, будто встретились привидения из прошлой жизни. Впрочем, так оно и было — двадцать три года назад они работали в одном отделе маркетинга крупного холдинга и конкурировали за место начальника.
— Простите, что прерываю воссоединение выпускников, — в переговорную вошла Ольга Петровна, директор по развитию. — Но у нас мало времени. Как вы поняли из моих писем, компания находится в критической ситуации. Банк даёт нам три месяца, чтобы привлечь инвестора. Иначе — процедура банкротства. У вас обоих безупречная репутация в отрасли, поэтому именно вы будете вести этот проект. Вместе.
— Вместе? — переспросили они хором и недовольно покосились друг на друга.
— Именно. И желательно без личных счётов. Если не справитесь — поверьте, рынок об этом узнает.
Когда Ольга Петровна ушла, Валентина демонстративно открыла ноутбук, не глядя на бывшего коллегу.
— Значит, так. Я возьму презентацию для инвесторов, ты — финансовую модель. Встречаемся раз в неделю, синхронизируемся и всё.
— Подожди, — Сергей прищурился. — Презентация — это лицо проекта. Думаешь, я доверю тебе главное?
— А финмодель — основа, — парировала Валентина. — На твоих цифрах держится вся концепция. Или ты до сих пор путаешь EBITDA с чистой прибылью?
— Это было один раз! И двадцать три года назад!
— Зато запомнилось.
Первые две недели они общались исключительно через корпоративный чат, причём формулировки становились всё суше. "Данные получил. СВ", "Ознакомилась. ВС". Валентина специально приходила в офис к девяти утра, зная, что Сергей появляется не раньше десяти. Он задерживался допоздна, когда она уже уезжала.
Но проблема заключалась в том, что проект требовал постоянной координации. Цифры не сходились с презентацией, презентация не отражала реальность бизнеса, а сроки поджимали.
— Нам надо поговорить, — написал Сергей в пятницу вечером.
"В понедельник", — отбила Валентина.
"Сейчас. Я в переговорной."
Она пришла с таким лицом, будто её вызвали к следователю.
— Слушаю.
— Садись, пожалуйста, — Сергей устало потёр переносицу. — Валя, давай начистоту. Мы работаем как идиоты. Дублируем функции, теряем время на согласования. А главное — избегаем друг друга, хотя должны действовать как единый организм.
— И чья в этом вина?
— Наша обоих, — он посмотрел ей в глаза. — Слушай, я понимаю. Тогда, в две тысячи втором, получилось некрасиво. Я занял ту должность, хотя ты была впереди по всем показателям.
Валентина сжала губы.
— Ты использовал связи. Твой свояк сидел в правлении.
— Да, использовал. Мне было тридцать один, я только развёлся, платил алименты и ипотеку. Мне нужны были деньги. А ещё я боялся, что не выдержу конкуренции с тобой в честной борьбе, потому что ты всегда была сильнее.
Она молчала, переваривая услышанное.
— Знаешь, что самое обидное? — наконец произнесла Валентина. — Не то, что ты получил место. А то, что после этого ты делал вид, будто ничего не произошло. Хлопал меня по плечу, предлагал кофе, советовался по мелочам. Как будто я должна была радоваться твоему успеху.
— Я не знал, как себя вести.
— Можно было просто извиниться.
— Да, можно было, — он кивнул. — Прости. Правда прости, Валя. Я был амбициозным карьеристом, который думал только о себе. И за эти годы я много раз мысленно возвращался к той ситуации, пытаясь понять, что бы я сделал иначе.
Валентина отвернулась к окну. За стеклом начинался осенний вечер, фонари зажигались один за другим.
— У меня тогда была возможность уйти в другую компанию, — тихо сказала она. — Хедхантер звонил, условия предлагали отличные. Но я решила остаться. Доказать всем, что могу быть полезна и без громкого титула. И знаешь что? Через три года я всё равно стала начальником отдела. Правда, уже в другой фирме.
— Я знаю. Следил за твоей карьерой. Ты выстроила имя в отрасли без чьей-либо помощи.
— Тогда почему ты до сих пор думаешь, что я держу на тебя зло?
Сергей моргнул.
— А ты не держишь?
— Держала. Лет пятнадцать точно. Потом устала. Злиться на прошлое — всё равно что таскать за собой чемодан с кирпичами. Рано или поздно руки отваливаются.
Они рассмеялись одновременно, и напряжение в переговорной будто растворилось.
— Ладно, — Валентина придвинула стул к столу. — Показывай свою финмодель. Если там полный бред, как обычно, я тебя прямо сейчас уволю с проекта.
— Попробуй только, — ухмыльнулся Сергей, открывая файл.
Следующий месяц они работали как сыгранная команда. Сергей оказался дотошным аналитиком, который видел риски там, где Валентина строила оптимистичные прогнозы. Валентина умела находить нестандартные решения и подавать информацию так, что даже скучные цифры выглядели захватывающей историей.
— Знаешь, в чём твоя главная проблема? — спросила она как-то вечером, когда они в очередной раз засиделись за полночь.
— В чём?
— Ты слишком осторожничаешь. Видишь угрозу в каждой мелочи. Вот смотри, здесь ты закладываешь десятипроцентный риск на форс-мажор. Это перебор.
— А ты, наоборот, витаешь в облаках, — парировал Сергей. — Обещаешь инвесторам золотые горы, а потом как расплачиваться? Вот здесь ты пишешь, что окупаемость наступит через два года. При текущих условиях рынка это нереально.
— Тогда давай найдём середину.
Они спорили, ругались, переделывали презентацию по пять раз. Но каждый раз результат становился лучше. Валентина научилась видеть подводные камни, Сергей — не бояться смелых решений.
— Помнишь, как мы тогда боролись за проект по запуску нового бренда? — однажды спросила Валентина, разглядывая старую фотографию отдела, которую случайно нашла в архиве.
— Ещё бы. Я предлагал консервативную стратегию, ты — агрессивную. В итоге руководство выбрало твою.
— И она провалилась, — горько усмехнулась Валентина. — Мы не учли сезонность спроса. Если бы тогда мы работали вместе, а не соперничали, возможно, бренд бы выжил.
— Зато научились. Пусть и через двадцать три года.
Презентация для инвесторов состоялась в середине декабря. Валентина вела основную часть, Сергей отвечал на вопросы по финансам. Они дополняли друг друга так естественно, будто репетировали годами.
Когда трое представителей инвестфонда вышли на совещание, Валентина и Сергей остались в переговорной. Молчали, боясь сглазить. Через сорок минут вернулась Ольга Петровна. Лицо у неё было непроницаемое.
— Они согласны, — наконец произнесла она. — Более того, хотят увеличить сумму инвестиций на тридцать процентов. Говорят, не видели настолько цельного проекта уже давно. Вы оба остаётесь вести его реализацию. С повышением зарплаты, естественно.
Когда директор ушла, Сергей протянул Валентине руку.
— Спасибо, коллега. Без тебя я бы не справился.
— Без тебя я бы наобещала невыполнимого, — она пожала его ладонь. — Так что мы квиты.
— Значит, продолжим работать вместе?
— Попробуем. Если не передушим друг друга на первой же неделе.
Выходя из офиса, Валентина обернулась. Сергей стоял у окна, глядя на ночной город. И она вдруг подумала: странно, как иногда складывается жизнь. Чтобы стать командой, им потребовалось двадцать три года разлуки, два десятка пройденных проектов и один общий страх потерпеть неудачу.
Может, всё вовремя. Тогда они были слишком молоды и амбициозны. Теперь — достаточно опытны, чтобы ценить чужую экспертизу. И достаточно мудры, чтобы понять: конкуренция уничтожает, а сотрудничество создаёт.
— Кстати, — окликнул её Сергей. — В следующий раз ты ведёшь финансовый блок, а я презентацию. Посмотрим, кто кого.
— Договорились, — рассмеялась Валентина. — Но учти: я буду придираться к каждому слайду.
— А я буду спорить с каждой твоей цифрой.
Они спустились в лифте, обсуждая планы на следующий квартал, и кто-то из проходящих мимо сотрудников услышал обрывок их диалога.
— Слышал, эти двое раньше не выносили друг друга?
— Ну да. А теперь не разлей вода. Говорят, лучшая команда в компании.
— Вот уж действительно чудеса случаются.
Чудеса — или просто жизнь, которая даёт второй шанс тем, кто готов его принять. Валентина и Сергей приняли. И оказалось, что работать с бывшим соперником не так уж страшно. Особенно когда понимаешь: сила не в том, чтобы победить другого, а в том, чтобы вместе победить обстоятельства.