Тамара была девушкой «городской», но, по сути, вполне «деревенской». Жила она с родителями в частном доме на окраине города . Родители хозяйство держали, огород был, так что многое умела- даже корову доить. Старшая ее сестра замужем была, а ей с женихами не везло. Вернее сказать, женихов у нее не было вовсе.
Была она невысокой, полной, «рыхлой» телом, скромной, малоразговорчивой и медлительной. Кроме того- «невидная с лица», как говорят порой.
Когда ей 24 исполнилось- совсем она загрустила на предмет своей женской невостребованности, но тут на дне рождения мужа сестры своей познакомилась она с Колей- симпатичным парнем. Муж сестры Лизы случайно его в городе встретил, да в гости пригласил. Служили вместе когда-то.
Николаю Мушкину около тридцати было, один жил- искал «спутницу жизни».
Чем Тамара его «зацепила», так она и не узнала, но стал он ей знаки внимания оказывать. Это было крайне приятно, только вот выяснила сестра Тамары, что женат был Коля уже дважды-у мужа выспросила, что за человек.
- Представляешь,- рассказала она ей.- Первый раз он женился аж на дочке начальника нашего аэропорта!
- Да ты что!
- Ага! Сам-то деревенский- родители его в поселке Зеленый Луг живут- час езды на электричке- а он решил после армии в городе закрепиться...Где уж он с ней знакомство свел, мой не знает, но на свадьбе был. Симпатичная, говорит, деваха была, с гонором. Это понятно, раз отец-начальник большой, а она у него одна. Жить стали, а она...бездельница полная. Так что ты думаешь- он ее отцу вернул!
Сестра рассмеялась.
- Как это...вернул?
- А вот так. За руку взял- домой привел и говорит ее отцу: « Ваша дочь ни приготовить, ни убраться не умеет", а тот только вздохнул: «Я так и думал, что этим кончится...». Вот такая история. Знал, папаня, что подсовывает бракованный товар.
- Так научиться же могла!
- Так не хотела! Лентяйка! Только красоваться и бегать веселиться... Зачем замахнулся на такую? По себе надо сук рубить! Сам деревенский, а гляди- ка!
- А вторая?
- А вторая вроде ниче была. Он ее в родительский дом поселил, надоело ему в городе в съемной хате- к своим перебрался. А там ее вроде мать его невзлюбила- всё придиралась. Он на работе весь день, а она от свекрухи получает люли...Надоело, просила его уехать куда, он не захотел, сама потом уехала, развелись быстро- детей не было...
-Ой, Лиза, а если он мне замуж предложит! Что мне тогда делать? Боязно как-то...
- А тебе чего бояться?- сестра улыбнулась. - Рукастая, все умеешь, спорить не любишь. У тебя не характер, а клад. Нравится он тебе?
- Ага,- засмущалась Тамара.- А если и меня его мама невзлюбит?
- Да как тебя можно не любить?- сестра искренне удивилась.- Он, конечно, характерный- по всему видно, ему как раз только такая, как ты и подходит. Он это сразу понял, по всему видно. И потом...чего ты! Ну, не слюбится- уйдешь, сейчас разводятся- ничего такого нет.
- Я хочу раз и навсегда.
- Все хотят,- сестра вздохнула,- да не у всех получается...
Что и говорить- Коля Тамаре нравился, и он к ней с вниманием. Да и замуж пора, родители одобряют. Любви ждать- так и состариться можно в одиночестве. Да и кто она такая? Не Софи Лорен, чтобы мужчины по ней с ума сходили!
Потому, когда Коля предложил ей пожениться, Тамара ему «да» ответила.
В ЗАГСе расписались, как положено. Услышала ненароком, как старший брат жениха спросил ехидно:
- Чего, брат! Ты тут частый гость! Не здороваются тут уже с тобой по -свойски?
Неприятно было. Подумала:
« Смейтесь. А со мной он счастливый будет, уж я постараюсь...».
Изменилась ее жизнь. Переехала за мужем в дом родителей Коли. Они ему часть участка выделили, чтоб рядом он свой дом поставил, пока жить вместе пришлось.
Свекровь оказалась, действительно, не простой. Маленького росточка, с тихим голосом своим мужем управляла она «железной рукой», с сыновей тоже спрашивала, а из невесток только жену старшего сына привечала. Доставалось Тамаре по- первости! Работой домашней завалила, все недовольство проявляла ее медлительностью. Тамара мужу не жаловалась, лишь однажды не выдержала- заплакала. Тут он вскипел, из комнаты вышел, мать его сидела за столом- крупу перебирала. Как кулаком шваркнул по столу- полетела крупа фейерверком.
- Всё, маманя! Светку выжили, всё вам не так и не этак! Это моя жена теперь- так что к сведенью этот факт примите!
Свекровь это к сведению приняла, мягче стала. А уж когда Тамара забеременела- отношения их стали хорошими. Оценила свекровь ее характер кроткий. Иллюзий по поводу сыновей своих у свекрови не было. Стали разговаривать частенько. Тамара свекровь перестала бояться, даже жалела- «досталось ей, что и говорить...раскулачили семью, пока в Сибирь перевозили- по дороге половина семейства сгинула...братьев своих младших тянула...теперь сыновья проблем подбрасывают, да и муж- не подарок...».
Когда дочь родилась, свекровь сказала ей с некоторой завистью:
- Повезло тебе! Дочь- это же помощь какая всю жизнь. Я бы всех своих сыновей на одну дочь поменяла! Пока росли- еще ничего...старший- умный, учебой всё занимался, серьезный был, Васька- тот болел без конца, но тоже с талантами к музыке, Колька твой спортом всё занимался- первый спортсмен в школе. А потом...только и огребаю! То женятся они, то разводятся, то попивать стали... вроде жалеют- приедут-помогут с огородом, а потом...сама знаешь- вечно разборки какие-то устраивают...и душевно ни поговорить, не пожаловаться...Девочка она завсегда к матери ближе...
Свекровь помолчала.
- Я же знаешь, Кольку-то обменять хотела!
- Как это?
- Так родила, лежу- горюю- опять сын, а рядом на койке женщина плачет- тоже третьего ребенка родила, да девчонку! А муж всё сына ждет. Она в расстройстве. Я ей и говорю: «Давай поменяемся!» Можно было обтяпать это дело-никто бы и не прознал...
- И почему не поменяли?
- Да сомнение у меня было...уж шибко женщина та была рыжая да конопатая...побоялась...у меня-то все чернявые, а тут девочка вдруг рыжая...оставила Кольку! Из всех братьев самый рукастый оказался...
Это было правдой! У Коли "золотые руки" были- всё умел. Даже в дом, который он построил- вместо печки батареи поставил- по городскому чтоб. В "пристрое" котел, из него тепло в дом поступало. Мебель тоже сам делал. Обживались понемногу. Вскоре вторая дочь родилась.
Вроде живи и радуйся. Да только слишком уж Коля оказался норовистым. Как выпьет в праздники- с братьями разругается, в драку лезет с отцом- какие-то старые обиды вспоминает. И ей в такие моменты доставалось порой. И так за ее медлительность называл он ее всегда «квашней», просмеивал, сам он – "живчик" был. Но она если начинала быстро что-то делать ему в угоду- плохо выходило, из рук всё валилось. А еще- благодетелем себя выставлял, что женился на ней- никому более не нужной, а ведь какие красавицы вроде на него заглядывались раньше.
Она в пререкания не вступала, плакала потом тихонечко, но обижалась жутко. И что- что не красавица? Чем она не жена? Детей родила, хозяйством занимается, пусть и медленно, но все домашние дела на ней. Слова плохого ему никогда не сказала, всё с почтением к нему. Были у нее кроме того подозрения и на предмет его верности, но гнала их от себя.
« Ладно, смолчу. Живем и живем...дети растут, деньги на заводе хорошие получает. Куда я рыпнусь? К родителям своим ни за что не вернусь, своего ничего нету. Даже профессию теперь потеряла...такой перерыв в стаже-кто возьмет? Ничего- перебесится сейчас, спокойнее станет».
Как только дочери подросли, на работу вышла- не по своей квалификации, но свою «копеечку» стала зарабатывать, а то Коля с годами всё прижимистей становился- денег не выпросишь. Так вот и жили, пока свекровь не умерла. Тамара очень горевала- сдружились за эти годы. А теперь еще свекор на них свалился, а он такой- со странностями большими. Жена с ним управлялась, а теперь...вроде и старый уже, а характерный!
«Будет с ним морока , сердцем чувствую».
Так и вышло. Полгода не прошло после смерти жены- свекор вдруг... загулял! Давай в дом женщин водить! Выпивать! Против людей стыдоба! Женщины Тамару удивляли- «неужто не видят, что не в себе человек? За 70 уже- какой он жених?». Они, конечно, тоже не молоденькие- но его-то моложе. На кой им это надо? На дом, понятно, зарятся!»
Коля с отцом ругался ужасно:
- Взбесился что ли на старости лет? Я их отсюда всех метлой поганой гнать буду! Чего тебе не хватает? Тамара и готовит и стирает тебе! Внучек бы хоть постеснялся! Смеются все в деревне над тобой!
Отец с ним спорил до хрипоты, но побаивался уже- понимал, что как раньше оплеуху не дашь- слабый он против сына крепкого. Тамара свекра обедать- ужинать звала- он кочевряжился. Тогда сама ему еду носила. Прибиралась в доме, дед ел, ворчал непрестанно:
- В доме своем теперь не хозяин, указчик нашелся! Дом-то мой! Возьму, вот, и продам. Поеду к Ваське в Калугу, с ним жить буду!
Тамаре было его жаль.
« Какой Васька? Живет там в однокомнатной квартире, непутевый по жизни, хорошо хоть к женщине хорошей пристроился...блажит свекор...и старший сын ему не помощник- недавно сам разошелся, попивает. Надо же! Пока свекровь жива была- держалась семья, ее сыновья и любили и слушались, а сейчас...всё развалилось».
Но молчала по обыкновению.
Свекор, зная, что сын обещания держит- сам тогда перебрался к Алевтине- что на их улице через три дома жила. Коля бушевал, но сказала ему:
- Ее знаем, она- женщина порядочная. Не знаю уж, зачем он ей- уже сколько одна живет, но не вмешивайся! У нее такой сын- прознает, приедет, сам его выпрет».
Муж удивил- согласился с ней- что крайне редко бывало.
Так и вышло, как говорила! Трех месяцев не прошло- вернулся свекор несолоно- хлебавши. Но на сей раз твердо решил- дом продать и к Ваське! И ведь сделал по- своему! А что с ним сделаешь? Вроде в своем уме, даже на какую-то экспертизу возили его покупатели- признали вменяемым. Продал он дом, поселились рядом люди посторонние. Грустно было...
После всех этих перемен и Коля вдруг задурил- в пригород, где завод его был надумал перебраться. Эта мысль его и раньше посещала. Одно время старшему брату завидовал:
- Вот живет! Квартира городская- ни забот, ни проблем! Сиди, после работы- телик смотри! Снег убирать всю зиму не надо, в магазине купил чего надо- пахать в этом огороде нужды нет...
- Дак то он, наукой какой-то занимается, а ты-то...у тебя и мастерская, и вон, инструментов, добра всякого- в квартиру это не попрешь! Всё придется по ветру пустить!
Но ее вполне разумные рассуждения мужа только злили, еще больше в своей мысли укреплялся.
- Да пусть мама,- сказали ей подросшие дочери, которые уже в городе в училищах учились.- Мы разъедемся, чего ты в доме этом одна?
Уступила. Продали дом, перебрались в городскую квартиру с удобствами. Как ни странно- ей городская жизнь понравилась. Красота! Кран открыл- вот тебе вода горячая, машинка стирает. Плита на кухне- знай, готовь. А муж заскучал. Знала ведь его деятельную натуру. Пока ремонтом квартиры занимался- ничего, а потом...вернется, развалится на диване перед телевизором...скучно ему, начинает поучать ее, да дочерей.
А тут еще... отец от Васьки вернулся! У старшего сына в холостяцкой квартире поселился сначала, тот у них быстро «нарисовался», одурел от такой перспективы.
- Я же езжу в командировки, а его одного не оставить. Недавно плиту оставил включенной, а три дня назад вышел, вроде как в магазин и потерялся. Я по всему району бегал-еле нашел...давайте думать, что с ним делать!
Решили его в дом престарелых определить. А куда деваться? Свой дом продали, а тут три комнатенки- даже во двор не выйти, пристройку какую не соорудить Привез его брат мужа к ним, пока документы все оформляли- теснились в квартире с полоумным свекром- страшно вспомнить.
А потом...
Было тесно- стало пусто. Деда определили, дочь старшая замуж вышла, причем в их Зеленый Луг. Младшая уехала по распределению. Вдвоем с Колей остались в квартире.
Отношения совсем испортились. Приходил поздно, спать бухался. А если чуть раньше являлся- ворчал, по пустякам придирался. Деньги ей совсем давать перестал. Как ей это надоело- не передать!
Подумала однажды:
« А зачем мне вот это всё? Я старалась хозяйкой хорошей быть, верной женой была, не перечила, терпела все его выходки. А теперь? Что это- жизнь семейная? Живем, как сведёныши какие-то, дети выросли, сама работаю, на кой мне под старость лет эти придирки? Чувствую- гуляет ведь опять с кем-то...ни черта он не оценил!»
Как-то пришел муж в добром настроении, чуть под хмельком.
Ужин ему поставила, сама села за стол.
- Ну и как, Коля, дальше жить будем?
Удивился.
- Чего это ты?- во все глаза уставился.
- А что? Надо определяться как-то... Женился тогда- спасибо! Но ведь не любил- жену искал работящую и покорную...и что? Жили, семья была, дети, а теперь- они выросли, а ты всё бурчишь. А мне уже на пенсию скоро, надоело мне... "Квашня" я для тебя была и есть, сердишься вечно, да поздно мне меняться...
Задумался.
- Слушай, – продолжила она.- Ты, вон, еще какой видный, сил у тебя полно- найдешь кого по сердцу , а, может, и нашел уже кого- так и хорошо. Домой не будешь, как на каторгу какую ходить...
- И чего предлагаешь?- спросил на полном серьезе.
- Разойдемся, давай! Квартиру разменяем на две маленькие. У меня жилье будет, у тебя. Захочешь если, еще дом построишь, или купишь какой...переделаешь...Думай!
Встала из-за стола, ушла в свою комнату, спать легла с чистым сердцем. Сказала все, что хотела- легче на душе стало.
Разошлись через три месяца, с трудом, но все же разменялись.
Помог ей Коля с переездом, зять с дочерью, да сестра с мужем обустроиться помогли. Сестра ее решение одобрила. Хоть и не было у Тамары привычки жаловаться, сестра видела, как порой тяжело ей живется.
- А и ничего! Замужем была, ведь вроде и неплохой парень Коля был, а видишь как- не оценил, что не жена ты- а клад...где еще найдешь такую! Покуролесил и хватит! Для себя поживи!
Непривычно было поначалу- то ведь всё какие-то обязанности были- ужин чтобы и порядок, а тут...три дня иной раз не готовила- никто слова не скажет. А уж медленно или быстро дела делает- вообще никого не касается! Не надо ждать-гадать- в каком настроении, да откуда муж явится. Временем никто не распоряжается- хочешь, до обеда спи в выходные! Захотела- к дочери в деревню поехала, захотела- в город за покупками или к сестре. Немного денег, но все свои.
« Господи, счастье-то какое оказывается себе хозяйкой быть! Оценил- не оценил...какая разница...я себя мало ценила- вот это правда».
Жила- радовалась. А Коля? Иногда забегал в гости- о детях поговорить, по имени звал! Ужинать иной раз оставался! А чего такого? Кормила! Родня ведь...