Марина сверилась с электронным расписанием. Июнь обещал быть жарким во всех смыслах. Её график напоминал тетрис на последнем уровне сложности: ни одной свободной ячейки. Подготовка к IELTS, бизнес-английский для топ-менеджеров, интенсив для поступающих в зарубежные вузы. Час её времени стоил как бюджет небольшой поездки за город на выходные, и желающие всё равно стояли в очереди.
Она только налила себе кофе, планируя насладиться редкими пятью минутами тишины, как в дверь позвонили. Настойчиво, требовательно, словно за дверью стояла налоговая инспекция или спецназ.
На пороге обнаружилась Света — старшая сестра, которую Марина про себя давно окрестила «женщиной-катастрофой». Рядом с ней, уткнувшись в смартфон и жуя жвачку, нависал пятнадцатилетний Артем.
— Ну, принимай гостей! — Света по-хозяйски впихнула в прихожую огромный чемодан на колесиках. — Мы к тебе.
Марина удивлённо захлопала глазами.
— В смысле «к тебе»? Свет, я работаю. У меня через десять минут созвон с Китаем.
— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась сестра, скидывая туфли. — Китай подождет. Тут дело государственной важности. У Темы в году «пара» по английскому. Училка — мымра, завалила парня. Сказала, если за лето не подтянет, в девятый класс не переведет.
Артем, не вынимая наушников, прошел в гостиную и плюхнулся на диван, закинув ноги в грязных кроссовках прямо на журнальный столик.
— Свет, убери его ноги со стола, — процедила Марина сквозь зубы. — И вообще, у меня нет времени. У меня ученики.
— Вот именно! — Света победно подняла палец. — У тебя ученики, мажоры твои. А это — родная кровь! Артем поживет у тебя все лето. Ты его подтянешь. Тебе же практика нужна, а то засиделась в своем онлайне, жизни не видишь.
— Ты сейчас серьезно? — Марина почувствовала, как внутри всё закипает. — Я репетитор высокого класса. Мой график расписан до сентября. Я не нянька и не исправительная колония для ленивых подростков.
— Ах, вот как мы заговорили? — Света уперла руки в боки. — Зазналась? Деньги глаза застили? Мать-сердечница ночами не спит, переживает за внука, а ты...
— Не приплетай маму.
— А я и не приплетаю! — голос сестры перешел на ультразвук. — Если Тему оставят на второй год, маму удар хватит. Ты этого хочешь? Хочешь маму в гроб загнать? И вообще, если ты откажешься, я всему городу расскажу, какая ты «профессионалка». Что даже родного племянника научить не можешь. Шарлатанка, которая только бабки с лохов стричь умеет. Посмотрим, кто к тебе потом запишется.
Марина посмотрела на сестру. «Не родственник, а недоразумение», — подумала она. Света блефовала, но скандал мог действительно подпортить нервы, а мама и правда чувствовала себя неважно.
— Ладно, — сказала Марина, чувствуя, как совершает ошибку. — Но у меня условия. Он подчиняется моим правилам. И убирает за собой.
— Ой, да больно надо, — фыркнула Света. — Кормить его не забывай. Растущий организм, ему мясо нужно. Ну всё, я побежала, у меня маникюр. Тема, слушайся тетю!
Дверь хлопнула. Марина осталась наедине с «растущим организмом».
— Эй, теть, — подал голос Артем, не отрываясь от экрана. — Есть чё пожрать? А то мать дома только кабачки готовит. Закажи пиццу, а? Только с ветчиной.
Марина подошла к дивану и выдернула у него один наушник.
— Ноги со стола. Быстро.
Артем лениво сполз, смерив её взглядом, в котором читалось абсолютное презрение.
— Ты чё такая дерзкая? Мать сказала, ты меня учить должна, а не строить. Давай, учи. Speak English или как там у вас.
Так начался её персональный филиал сумасшедшего дома.
Марина пыталась. Честно. Первую неделю она тратила свои законные перерывы на то, чтобы объяснить Артему разницу между Present Simple и Present Continuous. Но это было всё равно что объяснять квантовую физику хомячку. Артем откровенно саботировал. Он зевал, рыгал, ковырял в носу и демонстративно смотрел ТикТок во время объяснений.
— Это для лохов, — заявлял он. — Зачем мне твой английский? Сейчас нейросети всё переводят.
Вечерами звонила Света.
— Ну как там мой гений? — спрашивала она тоном инспектора. — Почему он говорит, что вы ничего не делали? Марина, я предупреждаю. Если он к августу не заговорит бегло, я тебя уничтожу. Я напишу во все инстанции, что ты налоги не платишь. Я тебе такую рекламу устрою — век не отмоешься.
— Он не хочет учиться, Света. Он хамит.
— Ты педагог или кто? Найди подход! Заинтересуй! Ты просто ленивая эгоистка, которой плевать на семью!
После очередного такого звонка Марина сидела на кухне, глядя на пустую коробку из-под пиццы, которую Артем «забыл» выбросить. Внутри зрела холодная ярость.
«Заинтересовать, говоришь? — подумала она. — Найти подход? Хорошо, сладкий пирожочек. Будет тебе подход».
Она вошла в комнату к племяннику. Тот лежал на кровати и ржал над каким-то видео.
— Слушай, Артем, — сказала Марина совершенно другим тоном. Спокойным, деловым, даже немного заговорщическим. — А ведь ты прав.
Артем насторожился и вытащил наушник.
— В смысле?
— Школьная программа — это реально для лохов. «London is the capital of Great Britain» — так говорят только бабушки в библиотеке. Реальные пацаны в Лондоне так не общаются.
В глазах подростка впервые промелькнул интерес.
— А как они общаются?
— О, это закрытая тема. Элитный сленг. Язык улиц, гангста-районов, но сейчас это тренд среди самой крутой молодежи. Рэперы, блогеры-миллионники — все на нем сидят. Но в школе такому не научат. Учителя сами этого не знают.
— А ты знаешь? — недоверчиво спросил Артем.
— Я же стажировалась в Брикстоне, — солгала Марина, не моргнув глазом. — Это жесткий стиль. Там каждое слово — как выстрел. Хочешь, научу? Приедешь в школу, скажешь пару фраз — училка в обморок упадет, а пацаны зауважают. Будешь королем района.
Артем сел на кровати.
— Ну... можно попробовать. Типа, для общего развития.
— Только уговор, — Марина прищурилась. — Свете ни слова. Мать не поймет. Скажем ей, что учим классику. И зубрить придется жестко. Это тебе не «мяу-мяу», тут интонация важна. Ошибешься — засмеют.
— Заметано, — кивнул Артем.
Марина улыбнулась. Это была не ледяная улыбка, а улыбка хищника, загнавшего добычу в угол.
— Тогда начнем завтра. Готовься, будет жарко.