Несколько дней спустя Полина сидела в будуаре Кассандры, обсуждая выкройку корсета, когда дверь распахнулась. В комнату влетела запыхавшаяся Арвен, служанка Кассандры, с лицом, пылающим от важности сплетни.
-Миледи! Простите, что врываюсь! Я только что в коридоре слышала, как его светлость граф говорил с сенешалем! Нас приглашают! На бал в честь именин графа де Монтень в его замке! Через десять дней! И граф де Лярош с семьёй тоже будут!
Кассандра замерла, кусок пряника застыл у её рта. Затем лицо её осветилось восторгом, который сменился паникой.
-Через десять дней?! Но у меня же нет платья! Ничего подходящего для такого бала!- Она устремила на Полину взгляд, полный отчаяния и мольбы.- Полина, ты же можешь? Умоляю! Сделай мне платье! Из того, что есть! Я буду носить что угодно, лишь бы не ударить в грязь лицом перед будущим свёкром!
Полина посмотрела на её перепуганное лицо, потом мысленно представила склады в своей мастерской. Кремовый шёлк для свадьбы трогать нельзя. Но был тот самый рулон затхлого, но благородного бархата… и остатки серебряной парчи… и несколько метров отличного бледно-голубого атласа, который она припрятала.
Десять дней. Безумный срок. Но в глазах Кассандры стоял такой неподдельный ужас, что отказать было невозможно. Да и вызов был что надо. А ещё... бал и отъезд графа. Мысль молнией пронеслась в голове Полины. Пока он будет на балу... его покои будут пусты.
-Ладно,- тяжело вздохнула Полина, и в её голосе прозвучала новая, стальная нота. -Успокой свою буйную головушку. Платье будет. Не свадебное, но такое, что все обзавидуются. Но с условием: никаких капризов, никаких «хочубантиков». Делаю, как знаю. Согласна?
Кассандра кивнула так быстро, что чуть не слетели шпильки из волос.
-Согласна! На всё согласна!
-Ну, тогда поехали,- Полина встала, в её глазах зажёгся знакомый азартный огонёк, смешанный теперь с холодным расчётом. -Десять дней на платье для будущей графини. Потопали мерки снимать, красотка!- Швея в шутливом реверансе пропустила Кассандру вперед и они пошли в мастерскую.
-А как ты это делаешь?- девушка стояла на стуле перед зеркалом, которое по ведению швеи притащили в мастерскую. -Ну, в смысле, ты меня ни разу не уколола даже, прикладывая ткань. Все портнихи, с которыми я виделась, имели неосторожность колоть меня булавками, а потом тысячу раз извиняться…
-А должна была уколоть? Душенька, ты ток скажи - мне не сложно!- Полина посмеялась.
-А твоя речь… у вас так принято? В тех местах, откуда ты родом все так разговаривают? И эти словечки, непонятные…
-Не все там так говорят, но есть те еще фрукты… И похлеще выдадут! А то, что я говорю - эт мелочи. Могу таким словцом огреть - уши в трубочку завернутся!
-Завернутся? Уши?- Кассандра растерялась.
-Ну завянут! Позеленеют!
-Позеленеют от слов… Полина, скажи мне правду, я никому не скажу, честно-честно!- графиня заговорчески подкралась и полушепотом спросила: -Ты чародейка? Ведьма? Кто ты?
-Ты что городишь!- швея отшатнулась и махнула на девушку тканью. -Нет конечно! У нас… в замке, много кто так говорит и тоже моет голову и чистоту любит… Это вы для меня здесь все как с луны свалились! Может вы это? Гоблины?
Теперь отшатнулась Кассандра.
-Что же ты так! Я из уважаемого, знатного рода!- Кассандра выпрямилась, вся напыжившись от обиды. -Я - фон Даркенхольм. И моя матушка, и её предки - все из рода фон Вир! Никакие мы не гоблины!
Имя «фон Вир» ударило по воздуху, и кольцо на пальце Полины дёрнулось, будто её невидимой иглой кольнули прямо под ноготь. Не больно, но остро, ясно. Вир. Алкур твердил про это искажение от Весперов. Еще и кольцо отреагировало. Так и есть. Мать этой девчонки - своя в доску, а значит…
В голове у Полины всё встало на свои места с глухим, зловещим щелчком, но виду она не подала.
-Фамилия это еще не всё! У нас на деревне самый знатный мужик был - дядя Фёдор Козодоев. Так он, между прочим, коз доил так, что те песни пели! А фамилия-то, фамилия! Тоже вроде как с прибабахом. Так что не важничай. Все мы под богом в одной телеге едем!
Кассандра открыла рот, глаза округлились от возмущения, но Полина её снова перехватила. Она подошла, обхватила графиню за плечи и деловито развернула к зеркалу.
-Смотри-ка лучше, какая у тебя спинка-то ровная, аж залюбоваться! Настоящая графининская спина! У нас таких - раз-два и обчёлся, все больше в три погибели от огорода. Ну, снимай давай эту тряпицу, а то я тут с ножницами заскучала.
Пока Кассандра, сбитая с толку этим водоворотом простодушия и фамильярности, позволяла служанке её раздевать, Полина отвернулась и украдкой посмотрела на кольцо. Темное. А в голове гудело: «Фон Вир. Родня. Значит, граф её мамашу, свою жену, из этого же гнезда взял. И за девчушкой тоже надо приглядеть…».
Она обернулась, и на лице её снова расцвела широкая, хитрая ухмылка.
-Так, графинюшка, дело сделано. Теперь ты у меня свободная пташка, лети, делай что положено. А мне главный вопрос,- Полина приложила ладонь к животу и жалобно крякнула. -У меня тут внутри желудок на рёбрах бренчит, как погремушка. Когда обед-то? А? Не будет ли там, чай, той кулебяки, что с прошлого раза аж слюнки бегут? Та, что с дичинкой, да с луком, да такая, что аж за ушами трещит?
Кассандра, окончательно сражённая этим гастрономическим натиском, засмеялась, забыв про аристократические обиды.
-Через час подадут! И да, кулебяка будет! Я сама распорядилась!
-Ну, вот и славно!- Полина хлопнула в ладоши, будто получила царский подарок. -Тогда я сейчас так шарахну по этой работе, что ткань сама в платье превращаться начнёт, лишь бы к столу не опоздать! А ты, душечка, не мешай мастеру творить. Иди и делай свои графинские дела!
Когда дверь за Кассандрой закрылась, Полина перевела дух. Ухмылка сползла с её лица, как маска. Она поднесла руку с кольцом к глазам.
-Ну, предок,- тихо прошипела она. -Гляди-ка, как ты меня уделал. Прямо в семью, в самое пекло. Да еще и какая семья! Кому в Нижних Вершках рассказала бы, что во мне графская голубая кровь - засмеяли бы и не поверили! Теперь еще и за эту кису-графинюшку, получается, отвечать. Родня ведь, блин, дальняя, а своя кровь.
Она вздохнула, плюхнулась на табурет и потёрла лицо грубыми ладонями. А потом резко встала, тряхнула головой.
-Ладно! Сперва - есть. Потом - шить. А уж тогда и буду думать, как из твоей семейной мышеловки выбираться. И с этим графом-папашей разбираться.
Бархат покорно расступился под острым лезвием. Мысли о тайнах, кольцах и опасных родственниках она задвинула подальше, как задвигала в сарае особенно упрямый, не помещавшийся на полку инструмент. «Придёт время — разберусь». А пока что её ждала легендарная кулебяка. И это было прекрасно.
Следующая глава:
#МираГрани
#Рассказы
#Фэнтези
#магия
#приключения