– Кьяра, спасай! – бросилась мне на шею подруга, стоило мне переступить через порог её скромной квартиры. – Это катастрофа!
– И тебе доброе утро, моя дорогая, – рассмеялась я, ничуть не удивлённая столь эмоциональной встречей.
У Марии вечно что-то случалось. И даже если само происшествие не стоило и выеденного яйца, подруга заламывала руки и причитала о том, что всё потеряно и её жизнь кончена.
Всё-таки профессия актрисы накладывала определённый отпечаток, ничего с этим не поделать.
– Какое может быть доброе утро? – театрально всплеснув руками, возмутилась Мария, а я про себя отметила, что она немного переигрывает. – У меня тут жизнь рушится, а ты!..
– Быть может, хотя бы нальёшь мне чаю? – поинтересовалась я, отстраняя от себя этот сгусток драматизма и расстегивая пуговицы на шубе. – А заодно расскажешь, что у тебя такого случилось.
– Да, разумеется.
Лицо подруги тут же приобрело серьёзное выражение, а сама она направилась в сторону кухни.
Разувшись и повесив шубу на вешалку возле входной двери, я прошла за ней.
– Господин Вито не даёт мне отпуск! – капризно надув губы, пожаловалась Мария, одновременно наполняя водой небольшой жестяной чайничек и ставя его на плиту. – Он сказал, что на носу новогодние праздники и ему нужно, чтобы все артисты были под рукой. Но я даже не участвую ни в одном праздничном спектакле!
– Зато, насколько мне известно, пользуешься большой популярностью в качестве певицы на частных балах, – заметила я с мягкой улыбкой.
– Как будто я единственная актриса с хорошим голосом на весь Альсат, – отмахнулась она. – Старый скупердяй просто вредничает! Он узнал, что я собираюсь эти новогодние каникулы провести не как обычно с семьёй, а с Себастьяном. И теперь Вито боится, что я выскочу замуж и брошу сцену.
– А ты не собираешься этого делать?
– Пф! – фыркнула Мария, выкладывая на симпатичную расписную деревянную тарелку песочное печенье. – Сцена – моя жизнь. Даже если случится новогоднее чудо и Себ сделает мне предложение, я соглашусь только с условием, что он разрешит мне и дальше работать. И никак иначе!
Я одобрительно хмыкнула.
Большинство девушек в королевстве спали и видели, как бы поудачней выскочить замуж и осесть дома в окружении кастрюль, поварёшек и сопливых детей.
Даже знатные леди, имевшие возможность получить хорошее образование и устроиться на приличную работу, мечтали о счастливом замужестве, которое позволит им эту самую работу не искать.
Мы с Марией были из иного теста. Я с детства грезила работой в каком-нибудь Департаменте в Министерстве Магии, а она мечтала о сцене. Это нас и сблизило. И даже разница в социальном положении не помешала нам подружиться и пронести эту дружбу через года.
– В общем, Вито категорично заявил, что не собирается отпускать меня, потому что уже принял заказ на моё выступление на балу в доме мэра, – недовольно скривившись, сообщила Мария.
– И что, никто не может тебя подменить? – удивилась я. – Мероприятие наверняка будет весьма прибыльным. Неужели никто не хочет подзаработать?
– Мэр хочет видеть именно меня, – с тяжёлым вздохом объяснила подруга. – Точнее, не видеть, а слышать. Видите ли, он осенью присутствовал на представлении, где я пела, и был сражён моим сказочным голосом, – она презрительно скривилась. – И теперь не желает слышать никого другого.
– Да, это прискорбно, – признала я. – Если найти девушку с похожей внешностью не составит труда, в конце концов, оборотное зелье никто не отменял, то подделать голос также легко не получится.
– Подделать голос… – задумчиво протянула Мария, и тут в её глазах вспыхнул восторг. – Это же гениальная идея! – она прямо посмотрела на меня и спросила: – Кьяра, как ты смотришь на то, чтобы подменить меня на балу у мэра?
К моему счастью, Виктор на бал к мэру не поехал, отослав с посыльным небольшую записку с извинениями, в которой заявил, что приболел, хотя на самом деле просто не пожелал тратить время на неприятных ему людей.
Мне это его решение было только на руку. Теперь шанс быть раскрытой равнялся нулю.
Последние десять лет я провела в институте благородных девиц Венлинг на острове Лан, так что людей в королевстве, знающих, как я выгляжу сейчас, можно было пересчитать по пальцам одной руки.
К предстоящему балу я подготовилась основательно: запаслась защитным артефактом на случай, если кто-нибудь из гостей будет вести себя неподобающим образом и распустит руки, приняла универсальный антидот, который не позволит меня опоить каким-нибудь дурманящим или приворотным зельем.
Удача между тем продолжала мне улыбаться: накануне бала господин Вито подхватил простуду и не смог сопровождать свою «певчую птичку». Так что в дом мэра мы с музыкантами приехали одни. А те с Марией лично знакомы не были, так что подмену не заподозрили.
В просторном бальном зале, освещённом многоярусными хрустальными люстрами, для музыкантов был подготовлен небольшой закуток, в котором рядком стояли неудобные деревянные стулья, а чуть впереди располагался квадратный постамент, очевидно, для меня.
«Буду стоять, точно статуя в музее, – недовольно подумала я. – А главное одно неосторожное движение, и да здравствует пол и куча ушибов».
Музыканты расселись и извлекли свои инструменты, я же занялась распевкой.
К тому моменту, как в зале появились первые гости, заиграла нежная мелодия, а я взошла на постамент и начала петь.
По договорённости с распорядителем бала, мне предстояло исполнить десять арий с перерывом в десять минут между каждой.
Гости между тем всё прибывали и прибывали. Кто-то сразу же расположился возле фуршетного стола и сосредоточился на закусках и шампанском. Несколько пар заняли центр зала и закружились в вальсе, благо музыка позволяла.
Мой первый перерыв между песнями прошёл спокойно: я отошла к небольшой нише позади музыкантов, в которой для нас с ними был установлен низенький столик с графином с водой и одним стаканом на всех.
Попив воды и дав голосовым связкам немного отдохнуть, я вновь вернулась к работе. И уже спустя минуту почувствовала направленный на себя пристальный взгляд.
Мужчина в ярко-синем костюме с позолоченными пуговицами и в бархатной чёрной полумаске стоял шагах в десяти от моего постамента и без стеснения смотрел прямо на меня.
От тяжести его взгляда у меня по спине пробежали мурашки, однако я смогла не подать вида, что заметила чужое внимание, и, как ни в чём не бывало, продолжила петь.
Стоило мне уйти на перерыв, мужчина в маске решительно подошёл ко мне.
– У вас дивный голос, – проговорил он вкрадчиво.
– Благодарю за комплимент, – ответила я максимально вежливо, но при этом холодно, чтобы этот странный господин не решил, что я пытаюсь с ним заигрывать.
– Как насчёт индивидуального концерта? – между тем прямо предложил незнакомец. – Скажем, сегодня у меня в спальне.
– Не можете заснуть без колыбельной? – не смогла удержаться я от ехидного ответа, до глубины души возмущённая его фривольным предложением. – Сожалею, но это не ко мне.
– Разве я говорил о колыбельной? – притворно удивился мой собеседник.
– А какие ещё песни можно петь в спальне? – изобразила наивную дурочку я.
– Песню страсти, разумеется.
«Каков наглец!»
– Боюсь, эта песня мне тоже неизвестна.
– О, не волнуйтесь, моя дорогая, я вас с радостью научу, – не унимался этот настырный тип.
– Я не привыкла выступать без должной подготовки. А сейчас простите, мне нужно вернуться к работе.
– Разумеется, – губы мужчины изогнулись в снисходительной улыбке. – Пой, пташка. А я послушаю.
И было в его голосе что-то зловещее, отчего у меня по коже пробежал мороз, а сердце принялось выстукивать испуганное стаккато.
«Всё будет хорошо, – постаралась я успокоить себя. – Этот бал закончится, я вернусь домой и забуду об этом вечере, как о страшном сне».
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Новогоднее чудо для лорда-дракона, или Истинная в подарок", Ксения Винтер❤️
Я читала до утра! Всех Ц.