Вышедшая в ряде федеральных источников 28 января 2026 года статья «Время гвардейских танковых дивизий безвозвратно ушло» стала первой попыткой поднять важную тему «Каким будет подход к вооружению Российской армии после окончания СВО«. В нашем сегодняшнем материале поговорим о том, нужны ли в России в недалеком будущем танки и вертолеты, которые автор упомянутой статьи предлагает считать отжившими своё и сменить акцент на сегмент беспилотных систем поля боя.
Начнем с того, что после 2022 года и начала специальной военной операции в применении на поле боя видов вооружения в России произошли серьезные изменения. Сотни, тысячи разного рода беспилотников и роботизированных комплексов используются на фронте. Вокруг них сформировалась новая среда специалистов по производству/ремонту дронов и их эксплуатантов. Здесь стоит сразу отметить такой момент как электронно-компонентная база, благодаря которой всё это существует.
Наш медиаресурс регулярно рассказывает о развитии отечественной микроэлектроники, и всем, кто читает наши публикации, известно, что в России пока далеко до современного массового производства своих процессоров и сложных микроконтроллеров. Запущены и осуществляются разные программы по созданию технологий, необходимых для ликвидации этой проблемы. Но до того упущены десятилетия — вначале из-за либерально-рыночной шизы («продадим сырьё — купим всю электронику за границей»), затем из-за историй о «дружественном» Китае, который «всё продаст«. Лишь бы не делать своё. Те же российские предприятия, кто реально занимаются созданием электронно-компонентной базы, в 2026 году находятся как правило в состоянии долгосрочных проектов, запущенных по сути в начале 2020-х годов, без приоритетного финансирования, с постоянными непонятными движениями вокруг форм собственности и т.д.. Без 100%-собственной электроники ни о какой технологической независимости и говорить не стоит. А армия незавсимой страны, стоит напомнить, это обязательно независимый, построенный на собственных критических технологиях, сложный организм. Откройте те самые дроны, которые сегодня подаются как некое «чудо-оружие», и вы увидите в них, в основном, компоненты made in China. Для тех, кто еще не понял: переходя на массовое использование БПЛА и полевой робототехники, Россия остается в зависимости от поставок ключевых компонентов для них из Китая. Посмотрите любой из репортажей из зоны СВО: какая техника используется для управления этими дронами?
Китайские ноутбуки, мониторы, VR-очки и т.д. Собственно, можно дальше и не продолжать эту линию рассуждения. Война на территории бывшей Украины показала, что на дворе реально эпоха микроэлектроники и современных цифровых технологий, но насколько мы готовы сами делать на потоке «начинку» для дронов? Не просто собирать из китайских компонентов, а именно из российских? И когда будут готовы собственные технологии для производства своих российских процессоров и микроконтроллеров, микросхем, видеопроцессоров и т.д.? То есть на данном этапе (2026 год) в России нет как такового даже нацпроекта по решению этой важной проблемы. Почему? Потому что в прекрасных столичных офисах не понимают, что привычная политика «взять всё и купить» может однажды кончиться, и придется воевать без цифровых технологий со странами, которые ими владеют и могут производить сами. Кстати, «ложиться под Китай» еще одна чудная перспектива, к которой нас тащат некоторые умники. Достаточно посмотреть, как в России относятся к 100%-собственной разработанной линейке процессоров «Эльбрус» (МЦСТ) и как пытаются сюда ввезти китайские процессоры с российскими наклейками…
К чему этот длинный экскурс в микроэлектронику, если мы тут собрались про оружие говорить? Танки, вертолеты, самолеты… А что внутри того же боевого самолета российского производства? Мы как-то разбирали в одном материале, что было до 2022 года. Так там импортная электроника снова:
Дроны. Массовой отечественной электроники к ним нет. Зато беспилотники и роботизированные системы расходуются тысячами на фронте. По сути мы кормим Китай и подвязываемся под его готовые решения. Не нужно иллюзий, что например в России на десятках предприятий научились делать платы сами. Во-первых, какие компоненты используются на этих платах? Во-вторых, на каком оборудовании в РФ эти платы изготавливают? Проецируем эту тему на войска, которые потребляют всю эту электронику. Ситуация пока не вызывает оптимизма.
Получается, что рассуждения авторов статей про то, что наступила эпоха дронов и пора отказываться от развития прежних видов вооружения, крайне непродуктивны. Это пахнет хрущевским идиотизмом начала 1960-х годов — «теперь всё заменят ракеты». Давайте избавимся от вертолетов, танков и чего-то там еще, всех подключим к сети, выдадим дроны, а потом — раз и тысяча крылатых ракет со стороны потенциального противника, сотни боевых самолетов и вертолетов, плюс много еще каких видов «устаревшего» вооружения. И сверху тысячи дронов иностранного производства. Получается какой-то тупиковый вариант. Иначе бы в тех же США и ЕС уже давно уничтожили бы все свои танки, «классическую» авиацию и т.д. Но по факту: в 2025 году как раз в этих недружественных краях запустили/запускают производство новых танков, продолжают выпуск самых обычных истребителей и бомбардировщиков и не только.
Если пытаться вывести формулу уже не СВО, а реальной большой войны 21 века, то это всё та же «третья мировая» конца 1980-х годов, но с новыми серьезными добавками — дронами, гиперзвуковыми ракетами, спутниковыми технологиями и др. В связи с этим получается, что подобный гипотетический сценарий должен предполагать гарантированное уничтожение или нанесение одной из сторон максимального ущерба, после которого она не сможет вести боевые действия. И вот здесь наверное для России, как страны, которую потенциальный противник (противники) рассчитывает вывести из строя навсегда, возникает наиболее логичный вариант — развитие системы стратегических вооружений с ядерными боевыми частями. Причем наши оппоненты должны чётко понимать, что это оружие реально будет применено и уничтожит их потенциал в случае начала войны. А второй, дополнительный вариант, это применение принципиально новых видов вооружения (неядерных) для выведения из строя «цифровой цивилизации», когда дорогостоящие системы управления и высокоточного оружия нельзя будет использовать в полной мере. Вопрос тут один: где те самые фантастические решения типа электромагнитного оружия, о которых так много говорят с 1980-х годов как об «альтернативе» ядерным боеприпасам?
Получается, что у нас на повестке дня фактически два разных направления развития военной техники в нынешних реалиях: 1) для локальных и «суперлокальных» войн типа СВО, где дроны постепенно вышли на первый план 2) для глобальной (мировой) войны, где упор делается на стратегическое оружие и всевозможные средства его доставки. Тогда и категоричность насчет того, что «теперь всё нужно делать по опыту СВО» не совсем уместна. На СВО война идет по-прежнему в ограниченных масштабах, это не мировая война. Когда мы говорим, что воюем с НАТО (США + ЕС) на фронте спецоперации, то это всё равно «суперлокальная» война, в которой не используется весь набор вооружений, а если и используется что-то «дороже дронов», то только по причине, что всё в этом конфликте нельзя заменить на роботов и БПЛА. То, что Россия применяет стратегическую авиацию и часть ракетного вооружения в СВО, вовсе не означает, что перед нами «новый формат мировой войны». Просто используется то, что можно применять с учетом ситуации и сберечь людские ресурсы, не устраивая наступления в стиле Великой Отечественной войны, когда 100 тысяч человек прорывают фронт на узком участке, а потери измеряются в одной операции также десятками тысяч человек за одну неделю.
Теперь о ситуации в развитии военной техники после СВО. Очевидно, что после завершения боевых действий Россия будет вынуждена серьезно подходить к оснащению своих воинских частей новыми видами вооружений. Дроны всё не заменят, пилотируемая авиация, танки, артиллерия никуда не денутся. ПВО и спутники — тем более. Но движение в сторону автоматизации и повышения автономности систем будет продолжаться. Для всех систем перспективного вооружения незаменимо создание собственного производства компонентов. С учетом того, что всё теперь связано с микроэлектроникой и цифровыми системами связи, без отрыва от китайской зависимости говорить не о чем. Наша страна должна выпускать сама всю современную электронную «начинку» для армии. Это огромные объемы деятельности в научно-технической сфере и тот сегмент, который уже сегодня должен стать приоритетным для военного и гражданского секторов. Не забудем и про системы ПВО/ПРО — необходимость появления полноценной защиты из эшелонированных районов новых зенитных ракетных и пушечных систем вокруг центров производства, военных баз и крупных городов России — даже обсуждаться не должна. Как раз про этот бесценный опыт СВО все должны говорить и решать такую задачу.
В России умеют делать современное и качественное оружие. Необходимо, чтобы оно состояло полностью из своих компонентов. А у тех, кто мечтает уничтожить нашу страну в финальной большой войне, не должно оставаться иллюзий, что они умрут вместе с нами. В этом плане применение безъядерной версии «Орешника» как раз на это намекает — кроме таких ракет у нас много других, с куда более страшными характеристиками и возможностями.
- Евгений Белкин, специально для медиаресурса «Техносфера. Россия»
- Обращаем ваше внимание: При использовании наших материалов в СМИ и других медиа АКТИВНАЯ ССЫЛКА НА ИСТОЧНИК «ТЕХНОСФЕРА. РОССИЯ» СТРОГО ОБЯЗАТЕЛЬНА!
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ наши материалы:
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ ДЗЕН-КАНАЛ и вступайте в наши группы в ВК и Телеграм: https://vk.com/tehnoomsk и https://t.me/tehnoomsk.
ВНИМАНИЕ! Теперь у нас есть канал в MAX: https://max.ru/tehnorussia
Спасибо за вашу поддержку, друзья!