В военной истории есть моменты, когда трагедия настолько тесно переплетается с фарсом, что становится трудно различить, где заканчивается драма и начинается черная комедия. Англо-бурская война 1899–1902 годов — именно такой случай. Это был конфликт, в котором самая могущественная империя планеты, владычица морей и повелительница колоний, решила наказать горстку фермеров на юге Африки.
Лондон был уверен: это будет легкая прогулка. Рождественские каникулы с элементами сафари. 70 тысяч отлично экипированных солдат в красных (ну, или почти красных) мундирах против бородатых мужиков в мятых шляпах, вооруженных охотничьими ружьями. Что могло пойти не так?
Оказалось, что пойти не так могло абсолютно всё. И причиной тому стали не козни врагов, не сложный ландшафт и даже не жара. Главным врагом британской армии оказался её собственный генералитет. Это была плеяда людей, которые считали, что наличие карты — признак трусости, рытье окопов портит пейзаж, а война не должна мешать послеобеденному чаю.
Мы погрузимся в удивительный мир викторианского командования, где храбрость заменяла интеллект, а личная ванна была важнее артиллерийской поддержки. Это история о том, как «львы» под командованием «ослов» учились современной войне самым болезненным способом.
Герцог, который не верил в мозги
Чтобы понять атмосферу, царившую в штабах той эпохи, нужно взглянуть на человека, который десятилетиями формировал облик британской армии. Герцог Кембриджский, кузен королевы Виктории, занимал пост главнокомандующего почти сорок лет, вплоть до 1895 года.
Это был мастодонт. Реликт. Человек-скала, о которую разбивались любые попытки реформ. Он искренне полагал, что армия достигла совершенства во времена Веллингтона и Ватерлоо, и менять что-либо — только портить. Герцог ненавидел офицеров, которые читали книги (кроме Библии и устава), и презирал тех, кто изучал военную науку.
Однажды он сделал комплимент одному из своих генералов, сказав фразу, которая могла бы стать эпитафией всей той эпохе: «Мозги! Я не верю в мозги. У вас их нет, я знаю, сэр». И это было сказано с уважением! В его системе координат отсутствие интеллекта компенсировалось происхождением, осанкой и умением держаться в седле.
Именно в такой атмосфере выросли и получили свои погоны те люди, которые осенью 1899 года высадились на берегах Южной Африки, чтобы преподать урок бурам.
Редверс Буллер: Генерал «Реверс» и его полевая кухня
Во главе экспедиционного корпуса стоял генерал сэр Редверс Генри Буллер. Внешне он был воплощением британской мощи: огромный, плечистый, с тяжелым взглядом и репутацией человека, который не знает страха. Он действительно был героем. В войне с зулусами 1879 года Буллер получил Крест Виктории — высшую военную награду — за то, что спасал своих людей из-под града копий.
Современники писали о нем с восторгом: «В британской армии нет более сильного командира, чем этот решительный, независимый и всегда энергичный человек». Казалось, лучшего кандидата не найти.
Но у Буллера было два крошечных недостатка. Во-первых, он был великолепным полковником, но никудышным генералом. Он умел выполнить приказ, но совершенно не умел их отдавать, когда речь шла о стратегическом планировании. Во-вторых, он был эпикурейцем гаргантюанских масштабов.
Буллер любил поесть. И выпить. Злые языки (и не только злые) утверждали, что он был алкоголиком. Отправляясь на войну в дикую африканскую саванну, он взял с собой не столько карты и разведданные, сколько обоз с шампанским и специально сконструированную чугунную полевую кухню.
Эта кухня была монстром. Она весила тонны. Солдаты, проклиная всё на свете, тащили её за генералом по бездорожью, через реки и горы, чтобы Его Превосходительство могло откушать горячего супа и жаркого в любой точке фронта.
Подготовка Буллера к кампании была под стать его гастрономическим пристрастиям. Ему прислали пакеты с разведывательной информацией о местности, о численности буров, о их вооружении. Буллер вернул пакеты нераспечатанными. Он заявил: «Я знаю о Южной Африке столько, сколько о ней вообще можно знать». Видимо, он считал, что знания, полученные в войне с зулусами (которые воевали копьями), идеально подойдут для войны с бурами (у которых были новейшие немецкие винтовки «Маузер»).
Его методы тренировки тоже вызывали оторопь. На учениях он запрещал солдатам рыть окопы. Аргумент был железным: «Это портит ландшафт английской сельской местности». Прятаться за укрытиями? Нельзя, мундир испачкается. Воевать? Только с 9 утра до 5 вечера, потому что офицерам нужно переодеться к ужину и сыграть в вист.
Лорд Китченер, другой знаменитый британский военачальник, позже язвительно заметил, что Буллер вел войну «как игру в поло, с перерывами на послеобеденный чай». И эта игра стоила Британии очень дорого.
Джентльмены против фермеров
Буллер и его штаб исходили из простой, но ошибочной предпосылки. Они считали, что раз буры — потомки европейцев (голландцев, французов, немцев), то и воевать они будут «по-европейски». То есть, встанут в красивые линии в чистом поле и будут ждать, пока британцы их перестреляют или сомнут штыковой атакой.
Но буры не читали британских уставов. Они были фермерами, охотниками, людьми, живущими на земле. Они носили одежду цвета хаки (слово, кстати, пришло из хинди и означает «пыльный»), которая идеально сливалась с африканским велдом. Они умели стрелять белке в глаз с трехсот шагов. И они совершенно не собирались умирать красиво.
Тактика буров была простой и эффективной: занять господствующую высоту, спрятаться за камнями, вырыть окопы (да, они не боялись испачкаться) и методично отстреливать людей в красных мундирах, которые маршируют внизу как на параде.
Буллер был возмущен. Он жаловался в Лондон на «неспортивное поведение» противника. Это было нечестно! Это было подло! Но это работало.
Всего за одну неделю в декабре 1899 года, которую британская пресса окрестила «Черной неделей», армия Буллера потерпела три сокрушительных поражения. План по быстрому освобождению осажденных городов Ледисмит, Кимберли и Мафекинг рухнул.
Генерал «Болит Спина» и его ночная прогулка
Одним из подчиненных Буллера был генерал Уильям Гатакр. Солдаты дали ему прозвище «Backacher» (от backache — боль в спине), что довольно точно описывало ощущения от службы под его началом. Гатакр был фанатиком фитнеса. Он мог пройти пешком десятки миль и требовал того же от своих людей, забывая, что солдаты несут на себе тяжелые ранцы, винтовки и патроны, а он едет на лошади.
Ему поручили захватить важный железнодорожный узел Стормберг. Гатакр решил действовать дерзко. Ночной марш-бросок, внезапная атака на рассвете, славная победа. План был неплох, если бы не одна деталь.
Гатакр забыл взять карту.
Ну, или взял не ту. Или проводники подвели. Суть в том, что отряд из 2700 человек всю ночь плутал по каменистой пустыне. Солдаты выбились из сил. Они хотели спать, пить и убить своего генерала, но приходилось идти.
Когда солнце взошло, британцы обнаружили себя в очень интересном месте. Они стояли у подножия отвесной скалы. А на вершине этой скалы сидели буры, которые как раз завтракали и варили кофе.
Увидев внизу толпу уставших англичан, буры, наверное, поперхнулись своими сухарями от удивления, а потом схватились за винтовки. Начался тир.
Нормальный командир приказал бы отступить и перегруппироваться. Но Гатакр не искал легких путей. Он скомандовал: «В атаку!». Солдаты, изможденные ночным марафоном, полезли на отвесную скалу под пулями. Это было безумие.
Когда Гатакр наконец понял, что штурмовать гору без альпинистского снаряжения и под огнем — плохая идея, он скомандовал отступление. Армия начала отходить.
И тут выяснилась еще одна деталь, характеризующая стиль командования Гатакра. В суматохе отступления он... забыл 634 человека.
Целый батальон остался под скалой. Им забыли передать приказ об отходе. Солдаты сидели, прижавшись к камням, и ждали команд, пока основные силы уходили в пыльную даль. Буры, перебив завтрак, спустились вниз и взяли их в плен тепленькими.
Итог битвы при Стормберге: десятки убитых, сотни пленных, полный разгром. Буллер, узнав об этом, отправил Гатакру телеграмму в духе: «Ну, в следующий раз повезет больше».
Магерсфонтейн: Фейерверк для зрителей
Сам Буллер в это время тоже не скучал. Он пытался прорваться к Кимберли и уперся в холмы Магерсфонтейн. Разведка (которую он презирал) донесла, что буры укрепились на вершине холма.
Буллер решил размягчить оборону артиллерией. Британские пушки несколько часов утюжили вершину холма. Камни летели во все стороны, дым застилал небо. Это было красиво и громко.
Проблема была в том, что буров на вершине не было.
Буры, люди неглупые, понимали, что англичане будут стрелять по верхушкам. Поэтому они вырыли окопы у подножия холма, в мертвой зоне обстрела. Они сидели там, пили кофе и с интересом наблюдали за тем, как британские снаряды перепахивают пустую землю над их головами.
Когда обстрел закончился, генерал Метуэн (подчиненный Буллера) отправил в атаку знаменитую Хайлендскую бригаду. Шотландцы в килтах, под звуки волынок, плотным строем двинулись вперед по открытой местности. Они были уверены, что враг уничтожен артиллерией.
Буры подпустили их на убойную дистанцию. И открыли огонь.
Это была бойня. 900 шотландцев полегли за несколько минут. Командир бригады генерал Воучоп был убит одним из первых. Остатки бригады пролежали под палящим солнцем весь день, не в силах поднять головы, пока ночью не отступили.
Сэр Чарльз Уоррен: Джек Потрошитель и ванна
Но, пожалуй, самым колоритным персонажем в этой трагикомедии был заместитель Буллера — генерал сэр Чарльз Уоррен.
Уоррен был личностью загадочной. До войны он возглавлял лондонскую полицию (Скотланд-Ярд) как раз в то время, когда в Ист-Энде орудовал Джек Потрошитель. Уоррен так и не поймал маньяка, зато прославился тем, что использовал ищеек (которые потеряли след) и конфликтовал с прессой. Видимо, решив, что ловить преступников у него не получается, он вернулся в армию.
У Уоррена была странность: он любил мыться. В этом нет ничего плохого, но генерал возвел гигиену в культ. Он мылся всегда и везде.
Во время битвы за Гусарский холм Буллер, приехавший проверить позиции, обнаружил своего заместителя не с биноклем и картой, а в походной ванне, плещущимся посреди лагеря. Вокруг рвались снаряды, свистели пули, а генерал намыливал мочалку. Это не было проявлением хладнокровия. Уоррен находился достаточно далеко от передовой, чтобы не рисковать жизнью, но достаточно близко, чтобы его поведение выглядело, мягко говоря, неуместным.
Спион-Коп: Гора ошибок
Кульминацией некомпетентности стала битва за Спион-Коп в январе 1900 года.
Спион-Коп — это высокий холм, господствующий над рекой Тугела. И Буллер, и Уоррен решили, что это ключ к прорыву блокады Ледисмита. Почему именно этот холм? Никто толком не знал. Просто он был высоким и выглядел важным.
Операцию поручили Уоррену. Первым делом генерал потратил 26 часов (!) на то, чтобы переправить через реку свой личный багаж. Включая, разумеется, любимую ванну, гардероб, ящики с вещами.
Пока Уоррен занимался логистикой своих кальсон, буры, которые все это видели, успели перебросить подкрепления. Вместо 600 ополченцев холм теперь защищали 6000 стрелков.
Ночью британский штурмовой отряд начал подъем. Командовать восхождением Уоррен назначил сначала офицера со сломанной ногой (гениально!), а когда тот вежливо отказался, выбрал 55-летнего полковника, который тоже не отличался здоровьем.
Британцы взобрались на вершину в тумане. Они выбили небольшой бурский дозор и начали окапываться. И тут выяснилось страшное.
Во-первых, грунт на вершине был сплошным камнем. Лопат у них было всего двадцать штук на две тысячи человек.
Во-вторых, никто не взял с собой мешки с песком, чтобы построить брустверы.
Солдаты скребли камень штыками, пытаясь создать хоть какое-то укрытие.
Когда туман рассеялся, британцы поняли, что совершили фатальную ошибку. То, что они считали вершиной, оказалось лишь промежуточным плато. Настоящие вершины окружали их с трех сторон, и там сидели буры.
Британцы оказались на «футбольном поле» посреди амфитеатра, где зрителями были снайперы.
День бойни
Начался ад. Буры расстреливали британцев перекрестным огнем. Артиллерия била прямой наводкой. Окопаться было невозможно. Солдаты лежали за телами своих товарищей.
Уоррен наблюдал за этим с безопасного расстояния. Связи с вершиной не было (про телефонный кабель забыли, сигнальщиков перебили). Он просто смотрел в бинокль и ничего не делал.
На холме в это время находился молодой военный корреспондент Уинстон Черчилль. Он, видя, что происходит катастрофа, спустился вниз, нашел Буллера и сказал ему: «Генерал, ваших людей убивают как в тире. Сделайте что-нибудь!».
Буллер, не любивший выскочек, приказал арестовать Черчилля.
Битва продолжалась весь день. Британцы несли чудовищные потери, но держались. Ночью, не дождавшись помощи и воды, остатки отряда отступили.
Итог: 650 убитых, более 500 раненых, 170 пленных. Гора трупов на маленьком пятачке земли.
На следующий день Буллер написал жене письмо, в котором свалил всю вину на заместителя: «Мы сражались всю неделю, но старина Уоррен — болван, он упустил мой хороший шанс».
Уоррен в своем отчете тоже не растерялся. Он заявил, что буры «получили хорошую взбучку» и были готовы бежать при виде британских штыков. Это была ложь. Буры победили, и они это знали.
Закат эпохи
Поражения в Южной Африке стали шоком для британского общества. Газеты, которые раньше воспевали подвиги Буллера, теперь называли его «Сэр Реверс» (Сэр Задний Ход).
Буллера сняли с командования. Его заменили на лорда Робертса и Китченера — людей жестких, жестоких, но умеющих воевать по-новому. Они принесли в Южную Африку тактику выжженной земли, концлагеря для бурских семей и колючую проволоку. Это была уже другая война, война XX века, без шампанского и ванн на передовой.
Буллер вернулся в Англию с позором. Его отправили командовать учебным лагерем в Олдершоте — почетная ссылка для тех, кого нельзя уволить, но нельзя подпускать к настоящему делу.
Историки часто приводят карьеру Буллера как классический пример «Принципа Питера»: человек в иерархии поднимается до уровня своей некомпетентности. Буллер был отличным майором. Он был храбрым полковником. Но как генерал он был катастрофой.
Его история — это памятник эпохе, когда война считалась джентльменским спортом. Эпохе, которая умерла в пыли Южной Африки под прицельным огнем бурских маузеров. Британская армия выучила урок, но цена за обучение была оплачена кровью тысяч простых парней, которых вели в бой любители ванн, пикников и красивых, но бесполезных атак.
Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!