Белилами стены, солнце углем,
Привычные надписи: «Мы все умрем»,
Романтика тусклых забытых подвалов,
Я вроде не с ними, так что еще мало?
Под черепом вьются мысли – лепнина,
Все вроде красиво, внутри просто глина,
Слеплены из Шнура и Шекспира,
Гремучая смесь за рамками мира.
Забытые дети – вольные птицы,
Рожденные ползать синицы-убийцы.
Как хорошо, что мне это сниться,
Стирая из памяти прошлого лица.
За плечи рюкзак, я снова в дороге,
Детские травмы стоят на пороге,
Что же там будет в моем некрологе?
Последнее слово, конечно, о Боге.
Время бессмертно и неумолимо,
Так много ошибок и выстрелов мимо,
К счастью, оно не обратимо,
Прекрасное прошлое так некрасиво.
Пропитые зомби, путаны, шпана,
За мелочь продавшие душу прохожим,
Так сложно забыться, мозг – тюрьма,
В стремлении быть, на себя непохожим.
Все вроде нормально, оптимизма до ж*пы,
Среди серой массы себя не нашел,
Но где-то в душе все слышится шёпот,
Чего не летишь, гордый орел?