Лесоруб Михалыч сидел на пне и смотрел, как китайцы сгребают хвою в мешки. Огромные мешки, каждый — с него ростом. Уже третий день работают. Не останавливаются.
— Вань, — крикнул он бригадиру, невысокому китайцу в оранжевой жилетке. — Ты че, серьёзно? Иголки собираете?
Вань улыбнулся, показал пачку купюр:
— Хорошая цена. Очень хорошая.
Михалыч почесал затылок. Тридцать лет в лесу работает. Видел всякое. Но чтобы иголки собирать — это новое.
А Вань уже командовал своей бригаде на китайском. Люди двигались быстро, слаженно. Грузили биг-бэги в фуру. Фура уезжала. Приезжала новая.
Михалыч подумал: с ума сошли. Но деньги платят настоящие. Значит, кому-то это нужно.
Делянка после вырубки: наш мусор — их золото
Представьте типичную сибирскую делянку после вырубки леса. Срубили сосну, распилили на брёвна, вывезли. На месте остался хаос:
- Вершинки деревьев
- Сучья и ветки
- Кора пластами
- Иголки — горы иголок
- Шишки
- Мелкие щепки
По санитарным нормам всё это надо убирать. Обычно либо сжигают в больших кучах, либо просто бросают гнить. Никому это не нужно. Мусор.
До тех пор, пока не приехали китайцы.
Они приезжают с совершенно ненормальным предложением: «Мы купим вашу делянку после вырубки. Заплатим. Уберём всё сами».
Лесорубы думают — издеваются? Там же нечего брать! Брёвна мы уже увезли. Осталось только барахло.
— Не барахло, — говорит китаец. — Сырьё. Очень хорошее сырьё.
И начинают собирать. Вручную. Бригады по 10-15 человек. Сгребают хвою граблями в кучи. Загружают в мешки. Мешки — в биг-бэги (огромные мягкие контейнеры по тонне каждый). Биг-бэги — в фуры.
Фуры уходят одна за другой. Набитые до отказа тем, что мы выбрасываем.
Что они берут и сколько платят
Китайцы забирают всё. Буквально всё, что осталось на делянке:
Сосновые иголки — главная ценность. Свежие или подсушенные — неважно. Собирают тоннами. Это основной товар.
Ветки — даже мелкие, толщиной с палец. Обрубают, складывают отдельно.
Кора — особенно ценится кора лиственницы (красноватая, медленно гниёт), но и сосновую берут.
Шишки — и пустые, и с семенами. Тоже идут в дело.
Опилки — если есть. Если лесорубы пилили на месте — китайцы соберут даже стружку.
Цены — вот что удивляет:
- Сосновая хвоя (сухая): 1500-2000 рублей за килограмм оптом
- Ветки: 500-800 рублей за килограмм (сухие, измельчённые)
- Кора лиственницы: 2500-3000 рублей за килограмм
- Шишки: 300-500 рублей за килограмм
Для сравнения: брёвна сосны продаются по 5000-7000 рублей за кубометр. Это примерно 10 рублей за килограмм дерева.
То есть сухая хвоя стоит в 150-200 раз дороже брёвен по весу!
История Сергеича: «Думал, шутят»
Сергей Иванович, 58 лет, бригадир лесозаготовительной бригады в Томской области:
— В 2019 году приехали китайцы к нам на базу. Говорят: «Где у вас делянки? Мы хотим купить». Я думаю — брёвна хотят. Говорю: «У нас контракты уже есть, продано всё». Они: «Нет-нет, не брёвна. Нам иголки нужны».
Я офигел. Думал, переводчик неправильно перевёл. Переспросил. Они подтвердили: «Да, иголки. Ветки. Кора. То, что вы оставляете».
Я говорю: «Ребята, это мусор. Мы это жжём или бросаем». Они: «Для вас мусор. Для нас — товар. Мы заплатим».
Назвали сумму. Я не поверил. Они показали контракт. Настоящий. С печатями. Сумма реальная.
Мы попробовали. Закончили вырубку, оставили делянку как есть. Приехала китайская бригада — человек двенадцать. С ними переводчик, русскоговорящий кореец.
За две недели собрали всё. Я смотрел — работают как муравьи. Организованно. Быстро. Ни одного перекура. Обед — двадцать минут и снова за работу.
Хвою сгребали граблями, грузили в мешки. Мешки — в биг-бэги. Ветки обрубали секаторами, складывали отдельно. Кору сдирали с остатков брёвен, которые мы бросили как брак.
Увезли восемь фур. Восемь! Набитых этим... мусором.
Заплатили как договорились. Наличными. Евро. Мы пересчитали — всё сходится.
С тех пор работаем постоянно. Они нам даже предложили: «Не жгите опад, оставляйте. Мы всё заберём и ещё доплатим». Для нас — мечта! Не надо тратить время на уборку делянки, ещё и деньги получаем.
Сейчас они каждый месяц приезжают. Собирают на наших делянках. Платят. Все довольны.
Я до сих пор не понимаю, зачем им иголки. Но раз платят — значит, есть спрос.
Зачем китайцам сосновые иголки
Ответ многослойный. У китайцев несколько способов использования хвои:
1. Народная медицина и чай
Главное направление. В Китае сосновые иголки заваривают как чай. Это древняя традиция китайской медицины.
Напиток называется «Song Zhen Cha» (松针茶) — «Чай из сосновых игл». Считается, что он:
- Очищает кровь
- Укрепляет иммунитет
- Снижает давление
- Улучшает работу сердца
- Продлевает жизнь
- Богат витамином С (в 4-5 раз больше, чем в апельсиновом соке)
- Содержит антиоксиданты
Каждый китаец носит с собой термос. В термосе — кипяток. Туда бросают горсть сосновых игл. Через час — готов оздоровительный напиток.
Это не прихоть. Это образ жизни. Пенсионеры пьют — для долголетия. Офисные работники — для бодрости. Студенты — для концентрации.
В Китае говорят: обычный чай — это напиток. Сосновый чай — это лекарство.
Цены в Китае на сосновый чай для заваривания:
- Оптом: $15-20 за килограмм
- В магазинах: $25-30 за 100 граммов
- Элитный: $40-50 за 100 граммов
То есть розница — до $500 за килограмм! А сырьё закупают в России по $1,5-2 за килограмм.
Разница — в 250 раз.
2. Удобрение для черники
Второе направление — сельское хозяйство. Китайцы подсели на чернику. Ягода считается суперфудом, богатым антиоксидантами.
Проблема: чернику сложно выращивать. Ей нужна кислая почва, специальные условия.
Решение: засыпать плантации сосновым опадом (хвоей, ветками, корой).
Хвоя:
- Подкисляет почву (черника любит pH 4,5-5,5)
- Удерживает влагу
- Защищает корни от мороза и жары
- Убивает сорняки
- Обогащает почву при разложении
Результат: урожайность черники вырастает на 30-40%. Ягоды становятся размером с вишню — крупные, сочные, сладкие.
Потратив копейки на хвою из России, китайские фермеры зарабатывают десятки процентов дополнительной прибыли.
Экономика простая и убедительная.
3. БАДы и экстракты
Третье направление — фармацевтика. Из хвои делают:
- Экстракты для БАДов
- Эфирные масла (сосновое масло — популярный продукт)
- Хвойные ванны и косметику
- Ароматические подушки
Один килограмм сухой хвои даёт примерно 50-100 мл эфирного масла. Цена соснового эфирного масла в Китае — $200-300 за литр.
4. Корм для животных
Четвёртое направление — животноводство. Хвоя богата каротином и витаминами. Её добавляют в корм скоту (особенно в зимний период, когда не хватает зелёной массы).
В СССР, кстати, тоже использовали хвою как витаминную добавку для животных. Но потом забыли. А китайцы — нет.
Почему мы не используем
Парадокс. Россия — самая богатая лесами страна мира. У нас 20% всех лесов планеты. Сосны растут от Калининграда до Владивостока.
После каждой вырубки остаются тонны хвои. Мы её не используем. Она гниёт или сжигается.
Почему?
Первое: менталитет. Мы не привыкли видеть ценность в отходах. Хвоя — это мусор. Зачем с ним возиться?
Второе: нет культуры потребления. Русские люди не пьют сосновый чай. Не знают о его пользе. Нет внутреннего рынка.
Третье: низкая добавленная стоимость. Мы привыкли продавать сырьё, а не готовый продукт. Легче продать брёвна, чем возиться с иголками.
Четвёртое: сложная логистика. Хвоя — лёгкая, объёмная. Нужны специальные мощности для сбора, сушки, упаковки. Вложения требуются.
Пятое: незнание рынка. Большинство лесозаготовителей даже не знают, что хвоя — это товар.
А китайцы знают. И зарабатывают.
Сколько мы теряем
Давайте посчитаем.
Ежегодно в России вырубается около 200 миллионов кубометров леса. Примерно 40% — хвойные породы (сосна, ель, лиственница).
Это 80 миллионов кубометров хвойной древесины.
С каждого кубометра остаётся примерно 50-70 кг хвои (иголки, мелкие ветки).
Итого: 80 млн м³ × 60 кг = 4,8 миллиона тонн хвои ежегодно.
Даже если собирать только 10% (остальное труднодоступно или нерентабельно), это 480 тысяч тонн.
При оптовой цене $1,5/кг это $720 миллионов потенциального дохода. Ежегодно. От мусора, который гниёт в лесу.
Для сравнения: весь российский экспорт круглого леса в 2023 году — около $2 миллиардов.
То есть от «иголок» мы могли бы зарабатывать треть от экспорта брёвен! Просто собирая мусор.
Как работает китайская схема
Китайцы выстроили чёткую логистику:
Шаг 1: Разведка. Посредники (часто русскоговорящие корейцы или китайцы) ездят по лесозаготовительным компаниям. Предлагают купить делянки после вырубки.
Шаг 2: Договор. Подписывают контракт. Обычно платят наперёд — задаток 30-50%. Остальное — после вывоза.
Шаг 3: Сбор. Приезжает бригада. 10-20 человек. Живут на месте в вагончиках. Работают быстро — 2-3 недели на среднюю делянку.
Шаг 4: Упаковка. Хвою сушат (если нужно) прямо на месте — раскладывают на брезентах под солнцем. Упаковывают в биг-бэги по тонне.
Шаг 5: Вывоз. Фуры везут биг-бэги на склады в приграничных городах (Благовещенск, Хабаровск, Владивосток). Оттуда — в Китай.
Шаг 6: Переработка. В Китае хвою сортируют, досушивают, фасуют в красивые упаковки. Продают как готовый продукт — чай, удобрение, сырьё для БАДов.
Шаг 7: Прибыль. Закупили по $1,5/кг. Продают по $20-500/кг (в зависимости от формата). Разница — их заработок.
Что говорят таможенники
Андрей, таможенник на российско-китайской границе (имя изменено):
— Я сначала не верил, когда увидел декларацию. Груз: «Сосновая хвоя, ветки, кора. Вес: 22 тонны». Думал — ошибка в документах.
Открыли фуру. Реально — биг-бэги с иголками. Я спрашиваю у водителя (китаец): «Вы серьёзно? Иголки везёте?» Он кивает, улыбается: «Да, очень ценный товар».
Проверили документы — всё чисто. Фитосанитарный контроль пройден (хвоя обработана от вредителей). Оформление правильное.
Пропустили. Фура уехала в Китай.
Это был 2018 год. С тех пор таких фур сотни. Каждую неделю идут.
Я спросил у знакомого китайца, что с этим делают. Он объяснил про чай, про удобрения. Показал на телефоне — в китайских магазинах пакетики с сосновыми иголками стоят как хороший алкоголь. Дорого.
А мы это выбрасываем. Жжём в кострах. Считаем мусором.
Смешно и грустно одновременно.
История повторяется
Это не первый случай, когда мы не видим ценности в своих ресурсах:
Кедровые орехи. Растут в сибирской тайге. Мы продаём по $5-8/кг. Италия закупает, перерабатывает, продаёт масло по $80-120/кг. В 15 раз дороже.
Лимонник китайский. Ягоды растут дикарём на Дальнем Востоке. Мы собираем, продаём китайцам по $15-20/кг. Они делают лекарства, продают по $300-500/кг. В 20-30 раз дороже.
Круглый лес. Экспортируем брёвна за $63,7 млн. Китай перерабатывает, продаёт мебель и стройматериалы за $18,3 млрд. В 287 раз дороже!
Металлолом. В 1990-е китайцы скупали цветной лом за копейки. Переплавляли, производили изделия, продавали по всему миру. В том числе нам.
Мы продаём сырьё. Они создают добавленную стоимость. Мы беднеем. Они богатеют.
Теперь та же история с сосновыми иголками.
Один предприниматель попытался
Максим из Иркутска, 34 года, решил в 2020 году наладить переработку хвои. Рассказывает:
— Я узнал про китайский спрос от знакомого лесоруба. Думаю: почему бы не сделать это самому? Закупить хвою у лесозаготовителей, переработать, продавать готовый продукт.
Начал разбираться. Оказалось — не так просто.
Проблема первая: технология. Как правильно сушить хвою, чтобы сохранить полезные вещества? При какой температуре? Сколько времени? Как упаковывать? В интернете — обрывки информации. Чёткой технологии нет.
Проблема вторая: сертификация. Хвоя — это что? Продукт питания? Лекарственное сырьё? БАД? Сельхозпродукция? От классификации зависят требования. Полгода бегал по инстанциям, не мог понять, под какой ГОСТ подгонять.
Проблема третья: рынок. Я сделал первую партию — 50 кг сухой хвои, расфасованной в красивые пакетики. Попытался продать в аптеках — отказали. «Нет спроса». Выставил в интернете — продал штук пять за месяц.
Проблема четвёртая: конкуренция. Китайцы предлагают цены, с которыми не конкурировать. Они платят лесорубам $1,5/кг и всё равно зарабатывают. Я не могу предложить больше — себестоимость переработки съедает маржу.
В итоге бросил. Продал остатки знакомым как «экзотический чай». Убыток — около 200 тысяч рублей.
Вывод: китайцы умеют. У них технологии, рынок, логистика. У нас — ничего этого нет.
Проще продавать им сырьём. Пусть они зарабатывают. Хотя обидно.
Что можно было бы сделать
Теоретически Россия могла бы:
1. Популяризировать сосновый чай. Рассказывать о пользе. Создавать спрос. Запустить моду на оздоровительные хвойные напитки.
Есть же тренд на ЗОЖ, суперфуды, детокс? Сосновая хвоя — идеальный кандидат. Витамин С, антиоксиданты, натуральность. Продавать можно дороже, чем обычный чай.
2. Наладить производство. Строить заводы по переработке хвои. Делать экстракты, эфирные масла, БАДы. С соблюдением международных стандартов.
3. Экспортировать готовую продукцию. Не сырьё за $1,5/кг, а готовые пакетики с чаем за $20-50/кг. Зарабатывать на добавленной стоимости.
4. Развивать внутреннее использование. Мульча для садоводов (сосновая хвоя — отличное удобрение). Ароматические подушки. Хвойные ванны для санаториев.
Каждое направление — тысячи рабочих мест, миллиарды рублей дохода.
Но пока мы смотрим, как китайцы грузят наш «мусор» в фуры и увозят домой.
Что говорят китайцы
Ли Вэй, предприниматель, закупающий хвою в Сибири (интервью местной газете):
— Русские очень добрые люди. Они дают нам то, что им не нужно. Мы благодарны. Для них это мусор — горит, гниёт, мешает. Для нас — ценное сырьё. Мы платим, убираем, перерабатываем. Все довольны.
Я люблю Россию. Здесь много ресурсов. Лес, травы, ягоды. Всё растёт само. Природа богатая. Люди добрые, но не знают цену своим богатствам. Мы помогаем использовать.
В Китае мало леса. Мы вырубили почти всё. Теперь покупаем у других. Россия — хороший партнёр. Много леса, близко к границе, цены справедливые.
Сосновая хвоя — очень популярна в Китае. Мой дедушка пил каждый день. Прожил 94 года. Мама пьёт — здоровая, энергичная. Я пью. Мои дети пьют. Это традиция. Это здоровье.
Мы будем покупать хвою всегда. Спрос большой. Рынок растёт. Россия может зарабатывать больше. Надо только научиться перерабатывать. Не продавать сырьё — продавать готовый чай. Тогда прибыль в десять раз больше.
Но пока русские продают сырьё. Мы покупаем. Перерабатываем. Зарабатываем. Спасибо, Россия!
Выводы
История с сосновыми иголками — это идеальная метафора российской экономики.
Мы сидим на горе золота. Но не видим его. Потому что золото лежит не в сейфах, а под ногами. В виде иголок, веток, опавших листьев.
Мы продаём брёвна. Дорого, думаем. По мировым ценам.
Но при этом выбрасываем хвою, которая стоит дороже брёвен в пересчёте на вес.
Китайцы видят. Приезжают. Собирают. Увозят. Перерабатывают. Зарабатывают миллиарды.
Это не воровство. Это не эксплуатация. Это просто знание того, что имеет ценность. И умение эту ценность извлечь.
Мы привыкли считать ценным то, что очевидно: нефть, газ, металлы, лес. Но не видим ценности в «мелочах»: иголках, ягодах, травах.
А между тем мелочи могут стоить дороже основного продукта. Если знать, как их использовать.
Россия — самая богатая страна мира по природным ресурсам. Но одна из самых бедных по умению эти ресурсы перерабатывать и продавать с добавленной стоимостью.
Может, пора что-то менять?
Может, пора научиться видеть золото не только в недрах, но и на поверхности? В тайге, на болотах, на вырубках?
Может, пора перестать продавать будущее за сегодняшние копейки?
Пока мы думаем над этими вопросами, китайцы грузят очередную фуру с иголками. И едут зарабатывать миллионы.
На нашем мусоре.
P.S. Я не против китайцев. Они умные, трудолюбивые, знают ценность вещей. У них есть чему поучиться.
Проблема не в них. Проблема в нас — в неумении ценить то, что имеем.
Текст нашего подписчика - крик души о том, как мы могли бы учиться на чужом опыте
