— Я не обязана нянчиться с твоими детьми! — отрезала свекровь Тамара Степановна, даже не подняв глаз от телевизора.
Я стояла в дверях её комнаты, держа на руках двухлетнюю Машу, рядом жался к моей ноге четырёхлетний Артём. От детей пахло молоком и детским мылом, волосы растрепались после дневного сна.
— Понятно, — спокойно сказала я. — Не обязаны.
— Вот именно! — она повернулась к экрану, где шла её любимая передача про звёзд. — Нарожала детей — сама и воспитывай. А я своё отработала!
Запах её крепкого чая смешивался с ароматом дорогих конфет, которые она прятала в тумбочке. Конфеты, купленные на деньги сына, но предназначенные исключительно для неё.
— Мам, но Лена же просит на пару часов только, — попробовал заступиться мой муж Игорь, заглядывая в комнату. — У неё собеседование важное.
— А мне что до её собеседований? Я на пенсии, имею право отдыхать!
Маша потянулась ручками к бабушке: «Баба! Баба!» — но Тамара Степановна демонстративно отвернулась.
— Хорошо, — кивнула я. — Не будем больше беспокоить.
Что-то в моём тоне заставило Игоря насторожиться.
— Лен, а как же собеседование? Оно через час.
— Никак. Отменю.
— Но это же твоя мечта — работать в той дизайн-студии!
Мечта. Три года декретного отпуска, три года полной зависимости от мужа и свекрови. Три года, когда я слышала: «Мы тебя содержим», «Ты ничего не зарабатываешь», «Сиди с детьми, это твоя обязанность».
— Ничего страшного, — пожала я плечами. — Значит, не судьба.
— Лена, давай что-нибудь придумаем...
— Игорь, твоя мама права. Она не обязана.
Тамара Степановна довольно кивнула, услышав свою правоту.
— А я не обязана терпеть, — добавила я тихо.
— Что терпеть? — не понял муж.
— Потом поговорим.
Я увела детей к себе в комнату. Артём забрался на кровать с книжкой, Маша устроилась рядом с игрушками. Обычная картина нашей жизни — я и дети в одной комнате, все остальные по своим делам.
Достала телефон, набрала номер:
— Алло, Марина? Это Лена... Да, понимаю, что неудобно просить в последний момент, но не могла бы ты посидеть с детьми пару часов?
Марина была моей единственной подругой, которая не растворилась в семейных заботах. Работала, строила карьеру, жила полной жизнью.
— Конечно, приезжай. А что случилось?
— Расскажу при встрече.
Через полчаса я передавала детей Марине.
— Лен, а где твоя свекровь? — удивилась подруга.
— Дома. Но она не обязана нянчиться с детьми.
— Серьёзно?
— Её слова. Дословно.
— А муж что?
— А муж привык, что мама всегда права.
— И что дальше?
— Дальше я иду на собеседование. А потом мы посмотрим.
Собеседование прошло лучше, чем я ожидала. Руководитель студии Алексей Викторович внимательно изучил моё портфолио.
— Работы интересные, — сказал он. — Особенно понравились интерьерные решения для детских комнат.
— Спасибо. Это мой любимый стиль.
— У вас есть дети?
— Двое. Четыре года и два года.
— Понятно. А как с графиком? Сможете работать полный день?
— Смогу, если получится решить вопрос с детьми.
— Какие есть варианты?
— Ищу няню или хорошие ясли.
— А бабушки нет?
Я на секунду задумалась.
— Бабушка есть, но она не обязана нянчиться с детьми.
— А, понятно... — Алексей Викторович кивнул. — Ну что ж, если найдёте решение, звоните. Место ваше.
Место моё. Зарплата сорок тысяч рублей плюс проценты с проектов. Возможность снова чувствовать себя человеком, а не просто мамой и женой.
По дороге домой я заехала в несколько агентств по подбору нянь. Цены кусались — двадцать тысяч в месяц за хорошую няню. Почти половина будущей зарплаты, но игра стоила свеч.
Дома меня ждал недовольный Игорь.
— Где ты была? Мама волнуется, дети пропали!
— Дети у Марины. А я была на собеседовании.
— Как на собеседовании? Я думал, ты отменила.
— Нашла выход.
— Какой?
— Попросила подругу посидеть.
— А почему не маму?
— Потому что твоя мама не обязана нянчиться с детьми. Её слова.
Игорь почесал затылок.
— Лен, ну что ты так буквально всё воспринимаешь? Она же не всерьёз...
— Очень даже всерьёз. И знаешь что? Она права.
— Права?
— Абсолютно. Никто не обязан нянчиться с чужими детьми.
— Лена, это же её внуки!
— Для неё они дети, которые мешают смотреть телевизор.
Из своей комнаты вышла Тамара Степановна.
— Что за шум? Где дети?
— У моей подруги, — ответила я.
— У подруги? А зачем?
— Потому что вы не захотели с ними посидеть.
— Я же объяснила — не обязана!
— И я тоже не обязана.
— Что не обязана? — нахмурилась свекровь.
— Многое. Например, готовить вам ужин.
— Как это не обязана? А кто готовить будет?
— Не знаю. Может, тот, кто не работает и сидит дома.
— Я на пенсии!
— И я скоро буду работать. Получается, мы в равных условиях.
Игорь растерянно смотрел то на меня, то на мать.
— Лен, что происходит? Объясни нормально.
— Происходит то, что я выхожу на работу. Завтра подпишу трудовой договор.
— А дети?
— Найму няню.
— На что? У нас денег нет на няню!
— На мою зарплату. Сорок тысяч плюс проценты.
— А почему мы должны платить няне, если есть бабушка? — возмутилась Тамара Степановна.
— А потому что бабушка не обязана нянчиться с детьми.
— Лена, хватит повторять одно и то же! — разозлился Игорь.
— Я повторяю слова твоей матери. Дословно.
— Но ведь можно же договориться...
— Можно. Если есть желание.
Я пошла к Марине забирать детей. Артём радостно бросился ко мне:
— Мама! А мы с тётей Мариной рисовали!
— Здорово. А что рисовали?
— Домик. А Маша кубики строила!
Маша действительно увлечённо играла с яркими кубиками Марины.
— Как прошло? — спросила подруга.
— Отлично. Завтра выхожу на работу.
— А свекровь?
— А свекровь не обязана нянчиться с детьми.
— И что будешь делать?
— Искать няню.
Дома разразился настоящий скандал. Тамара Степановна кричала, что я неблагодарная, Игорь пытался всех примирить, дети испуганно жались ко мне.
— Лена, будь разумной! — умолял муж. — Зачем тратить деньги на няню, если мама может посидеть?
— Может, но не хочет.
— Хочет, просто обиделась!
— На что?
— На то, что ты воспринимаешь всё так категорично!
Я посадила детей ужинать, дала им молоко с печеньем.
— Игорь, твоя мама три года повторяет, что не обязана помогать с детьми. Три года я это терпела. Сегодня поняла — она права.
— И что теперь?
— А теперь я тоже перестану делать то, что не обязана.
— То есть?
— Готовить для неё, стирать её вещи, убирать в её комнате.
Тамара Степановна выглянула из кухни:
— Что значит не будешь готовить?
— А что непонятного? Я не обязана готовить для человека, который не считает моих детей своими внуками.
— Как это не считаю? Это же дети Игоря!
— Дети Игоря, но не ваши внуки. По крайней мере, вы так себя ведёте.
На следующий день я вышла на работу. Наняла няню Ольгу Сергеевну — приятную женщину пятидесяти лет, которая сразу понравилась детям.
— А где бабушка? — спросила она, увидев Тамару Степановну, которая демонстративно смотрела телевизор.
— Бабушка не нянчится с детьми, — ответила я. — Это не её обязанность.
Ольга Сергеевна удивлённо подняла брови, но ничего не сказала.
Работа оказалась именно тем, чего мне не хватало. Творчество, общение с коллегами, ощущение собственной значимости. Я разрабатывала дизайн детской комнаты для очень требовательных клиентов и чувствовала себя живой впервые за три года.
Домой вернулась в семь вечера. Дети были сыты и довольны — Ольга Сергеевна оказалась прекрасной няней.
— Как дела? — спросил Игорь.
— Отлично. А у вас как?
— Мама весь день ворчит, что ей никто не готовил обед.
— А что мешало приготовить самой?
— Лена, ну нельзя же так!
— Почему нельзя? Я работаю, плачу няне, занимаюсь детьми. На готовку для всех времени нет.
Тамара Степановна вышла из комнаты с кислым лицом:
— И долго это будет продолжаться?
— Долго что?
— Твой бойкот.
— Это не бойкот. Это просто новые правила.
— Какие правила?
— Каждый заботится о себе сам. Вы не хотите помогать с детьми — я не готовлю для вас. Справедливо.
— Но я же пенсионерка!
— И что? Руки-ноги есть, голова работает. Что мешает сварить себе суп?
Игорь попытался вмешаться:
— Лен, может, всё же найдём компромисс?
— Какой? Твоя мама ясно дала понять, что дети её не касаются. Почему тогда её должны касаться мои обязанности по дому?
— Потому что мы семья!
— Семья — это когда все друг друга поддерживают. А когда одни только берут, а другие только дают — это не семья.
Прошла неделя. Я втянулась в рабочий ритм, дети привыкли к няне. Тамара Степановна питалась бутербродами и ворчала, что в доме нет порядка.
— А почему нет порядка? — спросила я.
— Потому что ты не убираешься!
— А вы что, не умеете пылесосить?
— Я всю жизнь работала, заслужила отдых!
— И я всю жизнь буду работать. Получается, мы квиты.
В выходные произошло то, чего я не ожидала. Тамара Степановна подошла ко мне на кухне:
— Лена, нам нужно поговорить.
— Слушаю.
— Я хочу помогать с детьми.
— Зачем? Вы же не обязаны.
— Понимаю, что была неправа. Просто... — она замялась.
— Просто что?
— Просто боялась, что вы меня эксплуатировать будете. Как бесплатную няню.
— Боялись?
— Ну да. У подруг так. Сидят с внуками с утра до ночи, а сыновья с невестками только требуют.
— А разве мы требовали?
— Не требовали. Но я думала, что если соглашусь помогать, то потом не отвяжусь.
Я задумалась. Оказывается, у свекрови были свои страхи.
— Тамара Степановна, а что изменилось?
— Вижу, что вы справляетесь без меня. И понимаю, что скучаю по внукам.
— Скучаете?
— Очень. Они же рядом живут, а я их почти не вижу. Няня с ними играет, читает, а я в сторонке.
— И что предлагаете?
— Давайте договоримся. Я буду помогать, когда смогу. Не каждый день, но иногда. А вы... — она замялась.
— А я?
— А вы иногда готовьте что-нибудь вкусное. Я скучаю по вашему борщу.
Я улыбнулась. Неожиданно оказалось, что мой борщ кому-то нужен.
— Хорошо. Но с условием.
— Каким?
— Если вы устали или не можете помочь — просто скажите честно. Без претензий с обеих сторон.
— Согласна.
Вечером она впервые за две недели поиграла с детьми. Артём читал ей стишки, Маша показывала, как умеет складывать пирамидку.
— А знаете что, — сказала Тамара Степановна, — а ведь они выросли за это время.
— Дети быстро растут.
— Я чуть не пропустила. Из-за своего упрямства.
Игорь наблюдал за происходящим с облегчением:
— Вот и хорошо, что помирились.
— Мы не мирились, — поправила я. — Мы просто нашли компромисс.
— А в чём разница?
— Разница в том, что теперь мы все знаем свои границы.
Через месяц наша семейная система полностью перестроилась. Тамара Степановна помогала с детьми два-три дня в неделю, в остальное время работала няня. Я готовила ужин для всех, но только когда хотела и когда было время.
— Знаете, что самое интересное? — сказала мне Ольга Сергеевна. — Ваша свекровь теперь с внуками очень нежно общается.
— Да, я заметила.
— Видно, что соскучилась.
— Видимо, да.
А ещё через месяц Тамара Степановна сделала признание:
— Лена, я поняла, почему так себя вела.
— Почему?
— Боялась, что если буду слишком хорошей бабушкой, то вы перестанете меня уважать как личность.
— Как это?
— Ну, превращусь в обслуживающий персонал. Думала, нужно показать характер, чтобы со мной считались.
— А теперь?
— А теперь понимаю, что уважение зарабатывается не отказами, а поступками.
— И что изменилось?
— Изменилось то, что теперь я помогаю, потому что хочу, а не потому что должна. И вы готовите, потому что любите нас, а не потому что обязаны.
Я кивнула. Действительно, когда исчезло принуждение, появилось желание.
— А ещё, — продолжила свекровь, — я поняла, какая вы молодец.
— В чём?
— Не стали терпеть и унижаться. Поставили всё на свои места. Если бы не ваша решительность, мы бы так и жили в постоянном напряжении.
Игорь, который слышал наш разговор, подошёл и обнял меня:
— Прости, что не сразу понял. Мне казалось, ты слишком резко среагировала.
— А сейчас?
— Сейчас вижу, что только так можно было изменить ситуацию.
Вечером, когда дети спали, а Тамара Степановна смотрела свои передачи, мы с Игорем сидели на кухне за чаем.
— Знаешь, — сказал он, — а ведь мама стала намного лучше с детьми общаться.
— Потому что теперь это её выбор, а не обязанность.
— А ты стала чаще готовить что-то особенное.
— По той же причине. Готовлю, когда хочу порадовать семью, а не потому что "должна".
— И работа нравится?
— Очень. Чувствую себя человеком, а не только мамой и женой.
— А няню не жалко оплачивать?
— Не жалко. Это инвестиции в моё будущее и в семейное благополучие.
Игорь задумчиво покрутил чашку в руках:
— А что, если бы мама не пошла на компромисс?
— Тогда мы бы так и жили. Каждый сам за себя.
— И тебя это бы устроило?
— Абсолютно. Потому что честно лучше, чем фальшивая забота из-под палки.
На следующий день я пришла с работы и услышала из детской смех. Тамара Степановна играла с внуками в прятки, Артём радостно визжал, Маша хлопала в ладоши.
— Баба, ещё! — требовал сын.
— Ещё, ещё! — поддерживала Маша.
Свекровь увидела меня в дверях и смущённо улыбнулась:
— А мы тут развлекаемся. Няне дала отгул, сама захотела посидеть.
— Спасибо. Дети счастливы.
— И я тоже, — призналась она. — Оказывается, внуки — это здорово, когда относишься к ним не как к обузе.
Через полгода наша семья окончательно нашла баланс. Я делала успехи на работе, дети были окружены любовью и заботой, Тамара Степановна чувствовала себя нужной, но не эксплуатируемой.
— А знаешь, что мне больше всего нравится в нашей новой жизни? — спросил как-то Игорь.
— Что?
— То, что никто никого не принуждает. Все делают то, что хотят делать.
— И поэтому делают это с удовольствием, — добавила я.
Самое удивительное открытие было в том, что когда я перестала требовать помощи, её стали предлагать. Когда перестала готовить из обязанности, готовка превратилась в способ выражения заботы. А когда Тамара Степановна поняла, что может сказать "нет", она чаще стала говорить "да".
Иногда лучший способ получить то, что нужно — это перестать этого требовать. И самая крепкая семья та, где каждый остаётся собой, но при этом готов поддержать других.
А фраза "не обязана" перестала звучать как отказ и превратилась в основу для честных отношений.