Среда, восемь вечера. Время, когда нормальные люди в кино любят друг друга, а мы с женой «ужинаем в кругу семьи».
Сцена — наша кухня. Та самая, за которую мы еще лет семь будем платить банку сумму, равную бюджету небольшой африканской страны. Мы выбирали этот стол из массива дуба месяц. Мы чуть не подрались из-за оттенка столешницы. Сейчас я смотрю на этот стол и думаю: отличная, дорогая вещь, идеально подходит для того, чтобы на ней молчать.
Напротив сидит женщина, которую я когда-то, кажется, любил до беспамятства. Сейчас я знаю номер её СНИЛСа наизусть, знаю, какой режим стирки она предпочитает для постельного белья, и знаю, что если она вздыхает вот так, с присвистом, значит, я забыл купить наполнитель для кошачьего туалета. Я обладаю колоссальным объемом технической информации об этом человеке. Но если меня спросят, о чем она мечтает перед сном, я зависну, как старый Windows.
Эффективный менеджмент пустоты
Наш брак — это очень успешное малое предприятие. ООО «Семья». У нас идеальная логистика и безупречная бухгалтерия.
— Ты записал малого к стоматологу?
— Записал на вторник. Ты оплатила коммуналку?
— Оплатила. В выходные едем к твоим на дачу, надо купить уголь.
— Принято.
Мы общаемся короткими, рублеными фразами, как пилоты бомбардировщика перед вылетом. Всё четко, всё по делу. Никакой лирики, только хардкор бытового планирования. Мы — два генеральных директора, которые встречаются на совете директоров, чтобы обсудить закупку туалетной бумаги и стратегию развития детей на ближайший квартал.
Я ловлю себя на мысли, что мы стали настолько эффективными партнерами по ведению хозяйства, что случайно оптимизировали из отношений всё человеческое. Это как купить навороченный смартфон и использовать его только для колки орехов. Дорого, глупо, но орехи колются отлично.
Третий не лишний, третий — спаситель
Слава богу, изобрели смартфоны и YouTube. Я не знаю, как люди выживали в браке раньше, когда нужно было смотреть друг другу в глаза во время еды.
У нас на кухне всегда работает телевизор. Это наш буфер. Наш миротворец. Пока там бубнит какой-то очередной эксперт по всем вопросам или идет сериал про ментов, мы можем легально не разговаривать. Мы как бы вместе, смотрим одно и то же, мы — команда. Но при этом каждый в своем спасительном коконе.
Я замечаю, с каким облегчением мы оба утыкаемся в телефоны, как только доедаем котлету. Это синхронное плавание в цифровом океане. Я листаю ленту и лайкаю шутки людей, которых никогда не видел. Мне интереснее мнение анонимного комментатора под постом про политику, чем то, что думает моя жена по поводу прошедшего дня. Это чудовищно, если вдуматься, но это так удобно. Скроллинг ленты — это современный аналог газеты, которой муж прикрывался от жены сто лет назад. Технологии меняются, желание спрятаться от ближнего своего — вечно.
Интим как техобслуживание
Наша спальня — это храм усталости. Сюда приходят не любить, сюда приходят умирать до будильника.
Секс, конечно, случается. Он внесен в расписание где-то между «поменять резину» и «сходить к родителям». Это уже не страсть, это супружеский долг в прямом смысле слова — как кредит, его надо гасить, чтобы не набежали проценты в виде истерик и взаимных претензий.
Мы ложимся в кровать. Повисает пауза. В этой паузе мы оба решаем: «надо» сегодня или «пронесет»?
— Я так устала сегодня на работе, отчет этот... — говорит она.
Господи, какое счастье.
— Понимаю, — отвечаю я голосом, полным фальшивого сочувствия, а внутри пляшут маленькие человечки. — Отдыхай, конечно.
Мы отворачиваемся друг от друга с чувством выполненного долга. Мы оба знаем, что мы оба врем. Мы не настолько устали физически, мы устали друг от друга. Но признаться в этом — значит начать разговор, который может закончиться разделом имущества. А ипотека, напоминаю, общая.
Поэтому мы выбираем безопасный вариант: имитацию усталости. Это наш маленький секретный договор. Мы бережем нервы друг друга, притворяясь, что у нас просто нет сил, а не желания.
Заложники стабильности
Самое смешное (нервным смехом, конечно), что со стороны мы — идеальная картинка для Инстаграма. Квартира, машина, двое детей, раз в год — Турция «все включено». Мы — средний класс, мы опора общества.
Мы построили эту стабильность своими руками. Мы вложили в неё столько сил, денег и нервов, что теперь мы — заложники этого уютного бетонного склепа.
Иногда, стоя в пробке по дороге домой, я думаю: а что, если всё бросить? Развод, раздел, съемная хата в Бибирево, алименты, свобода?
Меня прошибает холодный пот. Нет. Слишком сложно. Слишком дорого. Слишком много объяснять маме.
Проще приехать домой, натянуть дежурную улыбку, спросить «как дела?», не слушая ответа, и сесть ужинать за дубовый стол, мечтая о том, чтобы дети подольше не ложились спать. Потому что дети — это отличный громоотвод. Пока они шумят, можно играть роли Папы и Мамы, и не играть роли Мужа и Жены.
***
Я допиваю чай. Чай хороший, дорогой, листовой. Жена выбирала. У неё отличный вкус на вещи. Жаль, что вкус на мужей у неё со временем испортился. Впрочем, как и мой вкус на жен.
— Спасибо, всё было очень вкусно, — говорю я свою реплику из ежедневного сценария.
— На здоровье, — отвечает она свою.
Я иду в комнату. Завтра четверг. Еще один день сурка в нашем идеальном ипотечном раю. Я не знаю, на сколько нас еще хватит — играть в счастливую семью при пустом зале. Может, на год. Может, на всю жизнь. Говорят, привычка — вторая натура. У нас она давно стала первой.
Я не знаю правильного ответа. Но делать вид, что вопроса нет, уже не получается. Даже под громкий телевизор.