Она не могла поверить, что все это происходит здесь и сейчас..
Нина ввалилась в ее квартиру час назад и замерла, прислонившись к шкафу в прихожей. Постояв с минуту, сорокалетняя женщина судорожно дернула подбородком, сглотнув ком в горле. Ровная, как по линейке отрезанная челка на ее бледном лице, тут же сбилась набок.
“Непорядок…” – мелькнула мысль в голове у Иры.
Она смотрела на школьную подругу и терялась в догадках, что же могло такого произойти, чтобы Нинель явилась к ней в таком разобранном виде. Обычно она всегда держала спину прямо - казалось, что женщина проглотила кол еще в детстве и никак не могла избавиться от этой пугающей вертикали своей фигуры. Черные, как вороново крыло, волосы были зализаны назад и собраны в идеальный пучок. Только рубленная челка жила своей жизнью. Близко посаженные карие глаза и нос горбинкой Нины Воронковой напоминали птичий клюв. Ее в детстве так и дразнили “Ворона”.
– На кухню проходи, – осторожно пригласила Ира, – чай горячий у меня. А то на тебя смотреть страшно - синяя вся…
Она знала, что рассудительность подруги может свести с ума кого угодно, но сейчас вид Ниночки скорее напоминал затишье перед бурей. Она выглядела, как сомнамбула, которая качалась сама по себе.
Ира стащила шубку с плеч Нины, опущенных под тяжестью какой-то вселенской печали, и толкнула ее в глубь коридора. Та по инерции поплыла в сторону кухни.
– Что случилось? – наливая чай, спросила Ира. – На тебе лица нет…
Нина сидела на стуле, раскачиваясь из стороны в сторону, судорожно обхватив синюшными пальцами кружку с чаем.
“Господи! Краше в гроб кладут..,” – подумала Ира, двигая вазочку с конфетами ближе к Нине. Подруга любила поднимать себе настроение вкусненьким. Она так и говорила: “Сейчас достанем дофамин - бахнем шоколаду!”
Но сейчас Ниночка скользнула равнодушным взглядом по ярким оберткам и уткнулась длинным носом в кружку. Ира давно привыкла к нестандартной внешности подруги. Глаза Нины всегда выражали глубокую скорбь униженных, а поджатые тонкие губы редко расплывались в улыбке. В общем, красавицей ее трудно было назвать, но Ира старалась на этом не зацикливаться - Нинка была доброй бабой, хоть вид имела малоприятный.
– Может коньячку? – настойчиво кашлянула Ира. – Согреешься…
Легкая искра оживила глаза подруги и пришлось быстро метнуться к шкафчику. Там стояла начатая бутылка хорошего коньяка из стратегических запасов разряда “А вдруг кто зайдет”.
– Так, давай! – плеснув на дно широкого бокала темной, приятно пахнущей жидкости, сказала Ира.
Нина наконец отцепилась от кружки с чаем и уставилась на коньяк.
– Бери и пей залпом! – приказала ей Ира. – Или я силой в тебя волью! Сидит тут, как будто мир рухнул…
Нина дернула плечом, послушно подхватила пузатую тару и мгновенно опрокинула в себя коньяк
“Хреновые дела, – подумала Ира, – пьет, не морщится… Обычно алкоголь не ее тема, а тут и глазом не моргнула…”
Ей стало совсем не по себе, когда Нина потянулась к бутылке, плеснула себе еще и опять выпила. Закусывать, похоже, в ее планы не входило…
– Да ты скажешь или нет что у тебя случилось?! – не выдержала Ирка.
Она видела, что по щекам подруги поползли розовые признаки жизни. Нина попыталась вернуть челку на место, но руки плохо слушались.
– Еще по одной! – уверенно подлив коньяку, подняла свой бокал Ира.
С третьей рюмкой грудь Нины расслабилась и она шумно вздохнула.
– Виталик вернулся… – икнув, сказала она.
Ирка как сидела, так и обмерла. Виталий, бывший муж Нины, бросил ее в третий раз пару лет назад. Вся их совместная жизнь занимала лет восемнадцать, и состояла из слез Нины и его демонстративных уходов.
“Теперь ты никогда меня не увидишь!” - провозглашал Виталик, пакуя свой чемодан, чтобы свалить к очередной дамочке.
Первый раз, второй, ну и может быть третий, это было очень драматично. Оно так царапало нервную систему Нины, что та впадала в депрессию на пару месяцев. Ире приходилось вытаскивать ее из этого ужасного состояния, ухаживая за ней как за немощной старушкой. Всякий раз, стыдясь своих мыслей, она думала только одно: ”Как хорошо, что у них нет детей! Этого я бы не вынесла…”
– В смысле “вернулся”?! – ошарашенно переспросила Ира.
Она ожидала каких угодно новостей, но не возвращение блудного Виталия. Потому, что последний раз он умудрился жениться и даже завел ребенка. Во всех соцсетях было выставлена его счастливая рожа на фоне безоблачного семейного счастья. Смотреть на это было противно. И ежу было понятно, что Виталик опять играет на публику, и никаким счастьем там близко не пахнет.
Ира, чтобы поддержать подругу в тот злополучный момент, уговаривала ее не обращать внимание на этого клоуна. Та согласно кивала головой, но упрямо паслась на страничке бывшего мужа.
– Ты не понимаешь, я так люблю его! – заламывая руки, твердила Ниночка. – Это были самые лучшие годы в моей жизни! Мы созданы друг для друга - такое только в романах бывает!
– Ну, да.., – кивала Ира, – в зарубежных… Там все счастливы, но имеют вторую семью. Пошловато все это, примитивно на клеточном уровне! А тебе давно надо было выкинуть этого урода из своей жизни. Придумала себе любовь…
Нина ничего не хотела слушать. Она постоянно либо в чем-то оправдывалась сама, либо оправдывала Виталика.
– Ты совсем его не знаешь! – возражала она самозабвенно. – Он просто такой человек - его поманили и он пошел! Слабый он, вот и ведется на женское коварство! Сама знаешь, какие бабы бывают изобретательные, когда надо мужика из семьи увести! А Виталя он добрый, отзывчивый… И доверчивый! Попросила женщина помочь - он никогда не откажет! Себе не сделает, а человеку всегда поможет!
Ира первое время слушала молча, стараясь не спорить с Ниной. Она понимала, что все сказанное, вряд ли дойдет до воспаленного от горя мозга подруги. По ее словам все женщины в радиусе ста километров охотились на ее драгоценного мужа. Одно было интересно - кому он вообще сдался.
– И кого Виталя спасал в этот раз? – осторожно спрашивала Ирина.
– Ты не юродствуй! – вспыхивала Ниночка. – Он действительно помогал аспирантке! Она и дома у нас бывала… Хорошая девочка, как мне казалось. Только правду говорят - не делай добра, не получишь зла! Разрушила она нашу семью, тварь такая!
– А Виталик значит в сторонке стоял, когда его семью разрушали! – теряла терпение Ира.
– Не начинай! – яростно сопротивлялась Ниночка. – Я знаю все, что ты можешь мне сказать! И за что ты так ненавидишь моего мужа?! Он тебе ничего плохого не сделал! Даже на даче грядки помогал копать!
– Да мне тебя, дуру, жалко! Чего ты с ним носишься, с этим козлом?! Всю жизнь он тебе испоганил, а ты сидишь, слезами умываешься!
– Ты не права! – не сдавалась Ниночка, приглаживая ладошкой челку. – Я с ним абсолютно счастлива!
Ира, как обычно, глядела на нее исподлобья, но молчала, хотя язык так и чесался напомнить этой ненормальной, что бездетность она получила благодаря своему мужу. Это именно он уговорил Ниночку сделать аборт после свадьбы, апеллируя тем, что они слишком молоды заводить потомство. Да и вообще, дети очень отвлекают от жизни, когда столько перспектив вокруг.
Нина, будучи влюбленной в Виталика по уши, молча согласилась убить своего малыша. К сожалению, она тогда не знала, что это будет приговором ее материнству. Детей иметь она больше не смогла.
Ира уже много лет пыталась втолковать своей подруге, что для Виталика она не больше, чем набор удобных функций - бесплатная экономка, медсестра, агент по туризму, и еще бог знает кто. Но, Ниночка прочно зависела от мужа - не материально, нет. Тут скорее она выступала спонсором, набрав кредитов для того, чтобы Виталик открыл частную школу. Она сидела на нем, как на наркотике, вымаливая хоть малую дозу его внимания. Выдернуть ее из этого сладкого морока не представлялось возможным. Да и муж вряд ли бы позволил - он ревностно ограждал Нину от лишнего общения, как он любил выражаться.
– Ты прекрасно понимаешь, что твои подруги просто завидуют нашему счастью! – годами ей внушал Виталик.
Он обожал эти моменты, когда жена смотрела ему в рот, ловя каждое слово. Мужчина чувствовал свое превосходство, свою мощь и недюжинный интеллект. Виталика в принципе раздражали умные женщины. Он действительно считал, что бабы созданы для того, чтобы жизнь мужчины была комфортной по максимуму. Ведь все полезное в этом мире было создано исключительно особями мужского пола. А значит они, эти особи, имеют право на привилегии.
Таковыми, по мнению Виталия, считались не только случайные связи на стороне, но и признание доминирования мужчин в обществе в целом. Правда, когда вспыхивал очередной роман он, искренне веря, что встретил любовь всей своей жизни, готов был на пузе ползти за предметом своего обожания. Что думала по этому поводу его жена Ниночка, он не считал нужным знать. Она должна была быть довольна, что в свое время оказалась в ЗАГСе с ним под ручку.
Он так и говорил всякий раз, пакуя чемодан:
– Ты самое лучшее, что могло случится со мной, но это не любовь! Ты должна понимать, что теперь я встретил женщину своей мечты! Она полная противоположность тебе - яркая, харизматичная, нежная! А ты, Ниночка, понимающая! И я ценю в тебе это качество.
За этим монологом Виталий демонстративно пускал скупую слезу, целовал Нинку в макушку и исчезал, не обернувшись на прощание.
Первый раз Нина чуть не наложила на себя руки, наглотавшись снотворного. Ирка, словно почуяв неладное, принеслась к ней на квартиру и обнаружила, что все гораздо хуже, чем она себе представляла. Пришлось срочно госпитализировать подругу, а потом несколько месяцев ее выхаживать, стараясь не оставлять одну.
– Я умру без него… – твердила Нина, запихивая в себя антидепрессанты горстями.
– Обойдется… – как заклинание, вторила ей Ира.
Она надеялась, что время залечит душевную травму подруги, она непременно придет в себя и жизнь наладится.
Каково же было ее удивление, когда Виталик, спустя пару лет, снова объявился у Нины.
– Это ты во всем виновата! – с порога заявил бывший муж, поглядывая на Нину сверху вниз.
– В чем? – едва дыша, спросила Нина.
Она не могла поверить, что ее муж стоит в прихожей. Тот, кого она ждала долгие дни и ночи, пришел снова и вел себя так, словно выходил за хлебом, но ему не досталось.
– Ты могла меня тогда остановить! – возмущался бывший муж. – Нормальные жены в ногах валяются, умоляют не бросать их! А ты что?! Спокойно смотрела, как я рушу нашу с тобой жизнь? Неужели нигде не шевельнулось, что мне показалось, что я встретил свою мечту? Ты же лучше всех меня знаешь! Почему ты не остановила меня? Тебе надо было чтобы я страдал! Вот она твоя хваленая преданность! А еще твердила, что любишь меня… Все вы бабы заодно - лишь бы мужику жизнь отравить!
Нина не знала что ответить. Во-первых, она была растеряна от внезапного появления Виталика, во-вторых, Ниночка не знала как себя вести - ей очень не хотелось думать, что муж вернулся к прежнему комфорту. Проще было убедить себя, что Виталик любит только одну ее. Единственную и неповторимую…
– Да уж… – покачала тогда головой Ира, – второй такой дуры ему не найти…
Ей до скрежета зубов было жалко свою несчастную подругу. Отчаянно хотелось взять ее за шкирку, встряхнуть как следует и заставить открыть глаза на правду - Виталику было просто удобно иметь в запасе свою всепрощающую жену. Нина же упорно сопротивлялась собственному прозрению. В очередной раз она, забыв о той боли, которую ей причинил муж, снова летала на крыльях любви.
– Ира! Ради бога не начинай! – сверкая счастливыми глазами, умоляла она подругу.
“Счастье” правда длилось недолго, от силы месяцев восемь. Виталий снова воспылал дикой страстью к очередной длинноногой блондинке, собрал чемодан, чмокнул Нинку в лоб и свалил в закат.
Через месяц она узнала, что у него родился сын…
– Ты представляешь? – хлюпала она носом на кухне у Иры. – Получается, что у них связь была незадолго до того, как он ко мне вернулся…
Ира качала головой, думая о своем. Ей до омерзения надоели эти мексиканские страсти, но Нинку было жалко. Хоть она и раздражала своей щемящей сердце любовью, но и бросать ее в таком состоянии рука не поднималась. Ире хватило первого раза…
– Ты меня конечно извини, – осторожно начала она, – но тебе надо что-то с этим делать…
Нина перестала плакать, резко вскинув глаза на подругу.
– Что делать? – прошептала она. – Не понимаю…
– А что непонятного? Ты разрушаешь свою жизнь собственными руками!
– Почему я? Это же Виталя… – начала было Нина, но, увидев ярость в глазах Иры, осеклась.
– Хватит все валить на мужа! – рявкнула Ира. – Ты как тупая овца себя ведешь - тебя режут, ты блеешь, но все равно на нож бросаешься! Я не знаю, что должно произойти, чтобы ты перестала разрешать Виталику себя насиловать! Что он должен еще сделать, чтобы ты наконец очнулась?! Материнства он тебя лишил, кредиты он на тебя уже повесил, с работы ты последний раз вылетела! Надоели начальству твои заскоки! Сколько еще ты будешь себя уничтожать?! Конец этому аду когда-нибудь настанет?!
Нина смотрела на подругу взглядом обиженной маленькой девочки и не отвечала. Ей было больно от того, что Ирка никак не может понять, что любовь нельзя загнать в какие-то рамки, что любить можно самого отъявленного негодяя и сделать с этим ничего нельзя.
– Ты просто никогда не любила по настоящему… – сказала она и поднялась со стула. Ниночка ушла тихо, осторожно прикрыв за собой входную дверь.
Это было пару лет назад. Они не прекратили общение, но некоторый холодок пробежал между ними. И вот сейчас Нинка снова объявилась на пороге дома своей подруги. Ира понимала, что произошло что-то такое, что заставило Нину прийти к ней. И это было далеко не возвращение этого блудливого козла.
– Ты можешь наконец мне всю правду рассказать? – спросила она, глядя подруге в глаза.
Та кивнула, стараясь не разреветься.
– Ну?! Что на этот раз отчебучил твой благоверный? – теряя терпение, задала она вопрос.
Женщина помялась несколько секунд, собралась с духом и выдала:
– Он мальчика ко мне привел…
Ира замерла.
– Какого мальчика? – шепотом спросила она.
– Сына от той своей, к которой последний раз уходил… Ну, женился он еще на ней...
Нина нервно теребила ворот кофточки, несколько раз приглаживая челку. Она старалась не смотреть Ире в глаза.
– Чего он сделал?! – задохнувшись от возмущения, прохрипела Ира.
– Данечка теперь с нами живет… – неуверенно пояснила Нина.
Она говорила тихо, словно сама не верила во все происходящее и боялась спугнуть свое новое счастье.
Ирка слушала весь этот бред и до нее дошло что сделал этот урод. Виталий привел в дом бывшей жены своего ребенка и наверняка внушил ей, что она великолепно справится с ролью матери.
– Тебе сосулька на голову не падала случайно? – угрюмо спросила Ира. – Надо сильно головой повредиться, чтобы такое принимать, как должное!
Она чувствовала, как внутри поднимается волна ненависти к этому уроду. В горле першило от мата, который она с трудом сдерживала.
– Что он наплел тебе? – резко спросила она Нину. – Говори!
– Виталя сказал, что Оля оказалась отвратительной матерью… – нехотя промямлила Нина. – Она постоянно уезжает в командировки, бросает мальчика на Виталика и няню… Малыш чувствует себя никому ненужным… У него даже признаки астмы наметились… Его надо спасать!
– Тебя, дуру, надо спасать! – гаркнула Ира. – Ты в тюрьму что-ли захотела?! Знаешь, как это называется?! Статья 126 УК, часть 2 - похищение несовершеннолетнего группой лиц! От пяти до двенадцати, чтоб ты знала!
Нина вытаращила на Ирку свои карие очи, нос стал еще острее и теперь она стала похожа не на ворону, а на орлицу.
– Чего ты несешь?! – взвилась она. – Мальчика его собственный отец привел! Никто, ничего плохого ему не делает - он сыт, ухожен, я с ним играю! Хватит свои адвокатские замашки тут кидать! И не надо меня усаживать на скамью подсудимых! Я ничего плохого не делаю!
– Моли бога, чтобы твой Виталя как следует по ушам проехался этой самой Оле! Чтобы у нее ума хватило заяву в полицию не кинуть, если она уже этого не сделала! И тебе мой совет – верните матери ребенка, если не хотите проблем!
– Как ей вернешь?! Она на конференции в другой стране! Ей Данечка вообще не нужен! А со мной он будет счастлив! Виталя так и сказал, что пришло время почувствовать себя матерью!
– Он бы это восемнадцать лет назад говорил, когда тебя на аборт отправлял! Добродетель! Осчастливил - чужого ребенка тебе приволок! На, Нина, радуйся хоть этому! Своих не родишь, так моих растить будешь! Ты дура в самом деле или прикидываешься?! У тебя хоть капля гордости есть?!
– Есть! – взорвалась Нина. – А еще есть любовь! Я сделаю все, о чем он меня попросит! Тебе-то этого не понять - только гадости говорить можешь! Выгодно, не выгодно! А есть еще кое-что в жизни, кроме статей, денег и взаимной выгоды!
– Ты дебилка! Тебя твой Виталя в очередной раз под монастырь подведет, ты и глазом моргнуть не успеешь! Нельзя быть такой глупой в нашем возрасте! Одумайся, ради бога! Зачем тебе все это?!
– Я люблю его… – Нина обреченно вздохнула сквозь крики Иры.
Она так просто об этом сказала, что стало понятно - ради Виталика она пойдет на эшафот босиком по стеклу.
– Прости, мне не надо было приходить.., – поднимаясь со стула, сказал Нина. – Ты столько сделала для меня, а я все напрягаю тебя с моими семейными проблемами… Пойду я, надо Данечку к врачу ещё сегодня сводить… Виталя сегодня выходной специально взял... Ждут они меня дома...
Нина вышла в коридор , нашарила свою шубку на вешалке, влезла в нее, но выходить из квартиры не спешила. Ирка смотрела на нее исподлобья, скрестив на груди руки.
– Не вздумай куда-то идти с ребенком! – сказала она строго. – Во-первых, ты выпила! Во-вторых, это не твой ребенок! У врача возникнут вопросы и это нормально! Окажешься за решеткой раньше, чем думаешь…
Нина молча кивнула и вышла на лестничную площадку. Она не обернулась, когда за ней закрылась дверь. На душе было скверно. Нина, хоть и любила Виталия до безумия, но остатки разума твердили, что Ирка, как всегда, права…
“Данилка такой классный, – думала она по дороге домой. – Может быть он привыкнет ко мне, будет когда-то мамой называть… И Виталя, он поймет, что лучше меня ему не найти… Мы обязательно будем счастливы! Надо только немного потерпеть… Пусть пройдет время и все само собой наладится.”
Дойдя до дома, Нина нашарила ключи в кармане, открыла дверь в подъезд и неожиданно столкнулась с той самой Олей, матерью Данилки. Она так хорошо изучила ее лицо, листая соцсети мужа, что иногда ей даже казалось - они давно знакомы.
– Вы Нина? – не то спросила, не то уточнила молодая блондинка. – Мне надо сына забрать! Я немного заблудилась - не могу вашу квартиру найти... Виталий что-то перепутал, как обычно. Еще и на звонки не отвечает...
Нина опешила от неожиданности. В голове мгновенно всплыли слова Иры об уголовной ответственности. Первой ее реакцией было убежать и спрятаться. Она сделала шаг назад, но Ольга гипнотизировала ее взглядом, словно кобра. Правда, особой угрозы Нина не почувствовала. Ничего не оставалось, как кивнуть в знак согласия.
– Спасибо, что предложили посидеть с нашим мальчиком, – щебетала молодая женщина, поднимаясь на четвертый этаж за Ниной. – Виталий сказал, что вы очень рады помочь с ребенком… Он вообще очень хорошего мнения о вас, несмотря на то, как вы с ним поступили… Я бы такое вряд-ли простила, будь я на его месте! Я понимаю, что вы далеко не молоды и сейчас модно заниматься исключительно собой, но все-таки дети это прекрасно...
Нина шла вверх по лестнице сама не своя, стараясь не оступиться. Она слушала этот противный голосок позади себя и какое-то страшное чувство поднималось в ее душе. Ей показалось, что ещё секунда и она столкнет эту женщину с лестницы. Ужасная картина падения Ольги так ясно предстала в голове Нины, что ей даже почудился тошнотворный запах крови. Резко обернувшись, она не мигая уставилась на нее, но наткнулась на совершенно спокойный взгляд уверенной в себе женщины.
– Что-то не так? – спросила новая жена Виталия. – Вы что-то хотели сказать? Муж говорил, что мы можем всегда рассчитывать на вашу помощь с Даниилом… Он уверял меня, что вам это будет на пользу…
– А что ещё он вам говорил обо мне? – глухо спросила Нина.
– Ничего особенного... Он стал каким-то сентиментальным... – Оля равнодушно пожала плечами. – Возраст, наверное... Просто мне непонятно, почему вы отказались иметь общих с Виталием детей, а теперь мечтаете общаться с нашим ребенком… Как-то нелогично для чайлдфри…
"Возраст.., - эхом пронеслись слова Оли. - Ну, да - она значительно моложе нас... Для нее сорок лет, это уже старость... Теперь я снова палочка-выручалочка..." Нине показалось, что лестничный проем качнулся в сторону и сейчас рассыплется на ступеньки прямо у них под ногами. Резкая боль в затылке заставила ее схватиться за перила. Нина, сжав зубы, протяжно застонала.
– Что с вами?! Вам плохо?! – было последним, что услышала Нина, пока кромешная тьма в глазах затянула участливый взгляд соперницы.
Очнулась она в палате. Рядом сидела Ирка, уткнувшись в телефон. Нина тихонько вздохнула и осмотрелась.
– Ну, пришла в себя? – стараясь быть бодрой, спросила подруга. – Напугала ты меня! Что-то помнишь вообще?
Нина улыбнулась уголком шершавых губ, пригладила челку и прошептала:
– Я ничего и никого не хочу вспоминать…
– Вот и славно! – похлопал ее по руке Ира. – Надо учится жить заново, без иллюзий и ненужных людей! Ворона ты моя, ворона...
– Я хочу новую стрижку.., – тихо, но очень уверенно сказала Нина. - И замки в квартире поменять...
Она чувствовала, что горячая слезинка катится по щеке и ей стало так приятно, что она все еще живая. Ее радовала свежая мысль о том, что надо изо всех сил постараться в то время, что ей отпущено, быть максимально счастливой. Как это сделать, она пока не знала. Еще ей очень нужна была бейсбольная бита. Но озвучивать это она не стала. Нина догадывалась, что Ирка будет против, да еще приплетет какую-нибудь статью УК.
В одном Нина была уверена на сто процентов - человека по имени Виталий больше в ее жизни никогда не будет…
- PS: все события и персонажи вымышлены, любые совпадения считать случайными.
Благодарю за внимание.
Лайки, подписки и комментарии приветствуются.
На канале есть истории, которые отзовутся в вашем сердце: