Португалия XVI века — великая морская держава, где паруса каравелл вот-вот скроются за горизонтом, а воздух звенит от обещаний новых миров. В этом кипящем котле эпохи Возрождения и великих открытий жил человек, чья судьба была не менее удивительной, чем маршруты португальских мореплавателей.
Его звали Дамиан де Гойш (1502–1574) — дипломат, историк, музыкант и один из самых ярких, но и самых трагичных умов своего времени. В девять лет он уже служил при королевском дворе, подружившись с наследником престола. Но его истинным университетом стала не пышная лиссабонская знать, а вся Европа.
В 20 лет, владея латынью — языком международной политики, — он отправляется с дипломатической миссией в Антверпен, тогдашний интеллектуальный центр континента. С этого момента начинаются его странствия: он пробует сахар при польском дворе в Кракове, обсуждает богословие с Мартином Лютером в Виттенберге и становится близким другом великого гуманиста Эразма Роттердамского в швейцарском Фрайбурге, какое-то время даже живя с ним под одной крышей.
Дамиан де Гойш был настоящим «гражданином мира» эпохи Возрождения: учился в лучших университетах Лувена и Падуи, переписывался с итальянскими гуманистами, коллекционировал искусство (возможно, даже работы Босха) и писал книги по истории и географии, которые расходились по всей Европе. Он видел будущее в знании, диалоге культур и свободном обмене идеями.
Но именно это и погубило его. Возвращение на родину обернулось кошмаром. Его космополитичные взгляды, дружба с протестантами и независимость мысли пришлись не ко двору в Португалии, где набирала мощь инквизиция.
Даже будучи назначенным главным хранителем королевского архива — Торре ду Томбу — и официальным историографом, он не смог избежать преследований. Дважды его судили по подозрению в ереси, а в 1571 году, уже стариком, лишившись королевской защиты, он был арестован.
Его признали «упорствующим еретиком и лютеранином», подвергли пыткам, конфисковали имущество и приговорили к пожизненному заключению. Освободили его лишь тяжелобольным, покрытым язвами.
В январе 1574 года он был найден мёртвым в своём доме в Аленкере при подозрительных обстоятельствах. Так закончился путь человека, который объездил всю Европу, беседовал с её величайшими умами, но не нашёл понимания на родной земле.
Эпитафию на своей гробнице он написал сам, за пятнадцать лет до смерти, с горькой и пророческой иронией:
Я, Дамиан де Гойш, объездил всю Европу по делам государственным… Музы, принцы и учёные мужи по справедливости любили меня… Покоюсь я в этой гробнице, пока Последний День не восставит этот прах.
Его история — это не просто биография учёного. Это драма идеалиста, столкнувшегося с нетерпимостью, история мысли, которую пытались уничтожить, но которая, подобно праху из его эпитафии, всё же дожила до своего «последнего дня».
Сегодня в его родном городе работает музей, посвящённый его жизни и всем жертвам инквизиции. Я, правда, когда был в Португалии, до него не добрался, что-то отвлекло. Память о «проклятом гуманисте» Дамиане де Гоише — напоминание о цене, которую порой приходится платить за свободу мысли и право быть собой ♥️
