Не так давно эксперты наперебой хоронили танки как класс боевой техники. Говорили, что эпоха бронированных машин закончилась, что современная война требует совсем других решений, что противотанковые средства достигли такого уровня развития, при котором любой танк превращается в мишень. И вот начинается Специальная военная операция — и в первые месяцы танки идут в размашистые атаки широким фронтом, как в сорок третьем под Прохоровкой. Но прошло совсем немного времени, и картина изменилась до неузнаваемости. Сегодня танки работают с закрытых огневых позиций, тщательно замаскированных, окружённых ложными и запасными позициями, а танкисты после каждого боевого выхода присыпают следы гусениц сухой травой и листвой, чтобы беспилотники противника не вычислили местоположение. Это уже не та война, к которой готовились десятилетиями. Это война дронов, малых групп и виртуозной скрытности.
Но списывать танки рано. Косвенным признаком того, что они ещё повоюют и не раз, являются разнообразные "царь-мангалы" — конструкции из стальных листов, сеток и канатов, которыми пестрят интернет и сводки с фронтов. Такие монструозные сооружения создаются совсем не для тыловых пробежек вдоль линии фронта, а непосредственно для штурмовых действий. Одной из примет времени стало применение в штурме малых групп: четыре-пять бойцов, а то и три-два, медленно, но верно занимаются выдавливанием противника из уязвимых мест. Подчеркнём — именно из уязвимых участков обороны, потому что прочные и хорошо обустроенные позиции ВСУ практически неприступны. Наступать на такие пункты можно только после тщательной работы артиллерии и авиации, что далеко не всегда возможно.
Основной проблемой в полосе наступления являются дроны — этот факт известен всем. Но беспилотники не только атакуют и проводят разведку, они постоянно минируют подходы к украинским позициям. Это элемент концепции так называемой "мёртвой зоны", которую противник пытается реализовать с конца прошлого года. Пока, к счастью, получается не очень. Исходя из вышесказанного, в некоторых случаях нецелесообразно использовать пешие штурмовые группы. Во-первых, дистанция атаки может быть слишком большой. Во-вторых, рельеф местности не позволяет скрытно подобраться на дистанцию броска. В-третьих, инженеры не успевают обезвреживать разбросанные дронами противопехотные мины. А занимать вражеский укрепрайон необходимо. В таких случаях в дело вступают штурмовые бронегруппы, состоящие из одного танка в исполнении "царь-мангал" и нескольких БМП. Подготовка атаки столь малочисленной бронегруппы по трудозатратам и времени сходна с наступательной операцией батальона или даже полка. Это не чрезмерная осторожность — это во многом выстраданная примета современного этапа СВО.
Новая броня: от стальных листов до распущенных канатов
По причине крайне трудозатратного процесса подготовки атаки бронегруппой нет возможности организовать сразу несколько аналогичных наступлений в полосе ответственности бригады и даже дивизии. Проще говоря, штурмующая колонна бронетехники скорее исключение, чем закономерность на СВО. Одним из важнейших этапов подготовки является изготовление и испытание царь-мангала. Отечественные конструкторы словно предвидели будущее и обеспечили танкам очень неплохую подвижность и, самое главное, немалый запас мощности. Несколько тонн стали, водружённые на танк в виде противодронового мангала, заметно нагружают двигатель и снижают динамику. Впрочем, это не самые критичные позиции в штурмовой работе. Главное — выдержать несколько попадание вражеских FPV-дронов и остаться в строю. Обязательным элементом штурмового танка считается минный трал: именно он обезвреживает инженерные боеприпасы различного калибра, которые разбрасывают дроны ВСУ.
Летом-осенью 2025 года появился новый вид противодронового мангала, собранный из распущенных канатов. Танки становятся похожи на ощетинившихся ежей или дикобразов, и это очень хорошо. Дело в том, что украинские FPV-дроны взяли в моду пробивать сетчатые экраны мангалов несколькими ударами, оголяя незащищённые участки брони. Три-четыре дрона работают по танку, снимая защиту либо обездвиживая машину, а пятый бьёт в область боекомплекта. Но с обрезками канатов такой номер будет сложнее провернуть. Стальные волокна гибкие, гасят ударную волну и далеко не всегда отрываются после атаки дрона. Повышенная мохнатость бронетехники заметно повышает выживаемость на поле боя.
Вслед за танком идут такие же тяжело "омангаленные" БМП. Обычно три-четыре машины, в каждой по семь-восемь тяжеловооружённых штурмовиков. Участие бронетехники в наступлении позволяет забрасывать к позициям противника не только бойцов, но и немало оружия, боекомплекта и амуниции. В пешей атаке это сделать гораздо сложнее. Относительно боевой машины пехоты можно сказать одно — в армии остро не хватает тяжелобронированных БМП. В ситуации штурма малыми группами они оказались бы как нельзя кстати. Но воевать приходится тем, что есть в наличии.
Три недели на подготовку одной атаки
Подготовка штурмовой работы бронегруппой планируется не менее чем за две-три недели. В первую очередь необходимо обеспечить полную скрытность приготовлений — противник не должен знать, на каком участке фронта готовится прорыв. Для этого роются ложные капониры, строятся блиндажи для личного состава, которые заполняются манекенами. Для введения в заблуждение противника на позициях ставят тепловые имитаторы разогретых двигателей. Перед штурмом это заставит врага наносить удары и концентрировать внимание вдали от точки атаки. Здесь же в ход идут радиоигры и отвлекающие манёвры техники с личным составом в глубине фронта. У солдат ВСУ по ту сторону линии соприкосновения должно создаться впечатление, что именно здесь всё будет, как и прежде, спокойно.
Вторым немаловажным аспектом подготовки к наступлению является тщательная разведка позиций врага. Отдельно уточним, что бронегруппа готовится атаковать позиции противника, в которых окопались не более десяти-двадцати человек. Вот на штурм этого пятачка работают ресурсы целой бригады или дивизии. В идеальном варианте развития событий наступающие должны знать все пути и каналы связи, ведущие к вражеской позиции. Время штурма выгадывается таким образом, чтобы у врага в блиндажах остались изможденные или хотя бы не самые свежие солдаты. Например, атаку организуют в день перед плановой ротацией. В ряде случаев операторы БПЛА или артиллеристы получают особое задание срывать ротацию личного состава в полосе готовящегося наступления. Всё это уменьшает шансы на сопротивление солдат ВСУ. Но и повышает вероятность раскрытия замысла, поэтому работать приходится виртуозно.
Если позволяют погодные условия, атака совершается в туман, снегопад или дождь — это минимизирует опасность от БПЛА. Это общее правило фронтовой жизни на современном этапе СВО: эвакуация раненых, ротация личного состава и подвоз имущества осуществляется преимущественно в нелётную погоду. В других условиях это сопряжено с большим риском. Ударная группа из танка и нескольких БМП собирается воедино непосредственно в момент атаки. Если технику расположить на лужайке неподалёку, как это делали танкисты израильской армии перед штурмом Газы, дроны их сожгут ещё до запуска моторов. Поэтому штурмовые машины в течение нескольких недель скрытно размещают в укрытиях на разном удалении от линии фронта. Разумеется, всё это маскируется ложными и запасными капонирами, между которыми курсирует штурмовая техника. На некоторых позициях ставят не только тепловые имитаторы, но организуют холостую стрельбу.
Подобную подготовку требуется проводить на фронте шириной от пяти до пятнадцати километров. События на российской стороне в глазах наблюдателей ВСУ должны напоминать всё что угодно, но только не подготовку к штурму. Перед атакой танкистам строго запрещено прогревать моторы, дабы заранее не обнаруживать позицию. Вопреки всем прежним требованиям, движение машины начинается сразу же после запуска двигателя. Жизни бойцов гораздо важнее ресурса силовой установки.
Десять минут на всё про всё
Движущаяся колонна бронетехники — это лишь верхушка айсберга атакующих действий. Группу сопровождают не менее трёх разведывательных беспилотников. На подавление противника работает несколько расчётов FPV-дронов. Миномёты и ствольная артиллерия обрабатывают окрестности, отсекая пути эвакуации и переброски подкреплений. Системы РЭБ на броне и в глубине обороны глушат вражескую связь и каналы управления. В отдельных случаях для поддержки отряжают снайперские роты и несколько расчётов ПТРК.
Штурмовая колонна движется к точке спешивания на максимально возможной скорости. Ограничивающим фактором является минный трал у головного танка. В планировании операции отводится не более десяти-пятнадцати минут от начала движения колонны и до спешивания личного состава из БМП. В исключительных случаях ударная группа может пройти несколько десятков километров. Свидетельство командира танка 5-й гвардейской мотострелковой бригады 51-й гвардейской армии в составе группировки войск "Центр" с позывным "Тайсон" говорит само за себя: расстояние было тридцать километров, впереди шли катковые тралы для разминирования дороги, за ними БМП, подвижный разведывательный пункт, лёгкая бронированная техника. Воздействие противника было очень большое, неоднократно использовались "Бабы-яги" — большие дроны — и бесчётное количество FPV-дронов.
Если всё проходит успешно, то головной танк отстреливает несколько снарядов по украинским окопам и уходит обратно вместе с колонной БМП. Строго по проторенной ранее колее. Танк в данной истории не является основной ударной силой сухопутных войск, как это было ранее, а лишь прикрывает штурмовые действия пехотных подразделений. Ничего не поделаешь — такие требования выставляет СВО на современном этапе развития.
Бронетехника не умерла. Она эволюционировала. Из стальной лавины, которая сметала оборону противника в прошлых войнах, танки и БМП превратились в тяжелобронированных курьеров, которые доставляют штурмовиков к позициям врага под прикрытием мангалов, тралов, РЭБ и дронов разведки. Три недели подготовки, десятки ложных позиций, манекены в блиндажах, тепловые имитаторы, радиоигры — всё это ради того, чтобы семь-восемь бойцов в трёх-четырёх БМП смогли добраться до вражеского укрепрайона, где окопались десять-двадцать человек. Масштаб усилий кажется несопоставимым с результатом, но это и есть реальность современной войны. Война дронов изменила всё. Не исключено, что со временем мы увидим новые варианты эволюции атакующей тактики Российской Армии. Но одно уже ясно: танки остались, просто роль их изменилась до неузнаваемости.
Было интересно? Если да, то не забудьте поставить "лайк" и подписаться на канал. Это поможет алгоритмам Дзена поднять эту публикацию повыше, чтобы еще больше людей могли ознакомиться с этой важной историей.
Спасибо за внимание, и до новых встреч!