Когда Алекс получил предложение стать руководителем отдела, вдруг, резко, мир сузился до размеров лифта. Давящие стены и звенящая тишина. Он выбежал на улицу, остановился и задышал, как будто пробежал марафон. — Я не смогу, я не могу, не могу — повторял он Миле в её кабинете, бегая взглядом по стенам. — Мне будет мало воздуха наверху. Мила оторвала глаза от блокнота, в котором что-то рисовала. И спокойно сказала: — Опиши свой потолок. Не метафорически. Как будто он прямо здесь. Алекс закрыл глаза. И тут же увидел низкий, побелённый потолок квартиры своего детства. Трещину в виде молнии. Жёлтое пятно от протечки. — Он... низкий. И на нём пятна. Как будто что-то пролили и не отмыли. — А что пролили-то? — голос Милы был тихим, как шелест страниц. Слёзы. Слёзы матери, когда отцу снова задерживали зарплату. Её шёпот: «Займу у соседки. Опять до получки перебиваться». Растерянного отца, когда он не мог купить Алексу велосипед на день рождения, хотя, давно уже обещал... — Страх, — выдохнул Але