Оз не знал, чего ждать, когда шагнул в портал. Когда он открыл глаза, увидел перед собой уже не тёмные камеры подвала, а окутанный тёплым светом кабинет Бармы. В другой раз Безариус принялся бы рассматривать устройство портала, но сейчас ему не было до него дела.
Едва Оз понял, что оказался в штабе Пандоры, как бросился к Алисе. Девушка прошла портал секундой раньше и рухнула на диван рядом с Шерон.
- Алиса, как ты? – Оз сел у её ног и взял за руку.
- Какой же шумный, - выдавила девушка, но сама не злилась, а мягко улыбалась.
- Братик Зарксис… - Шерон попыталась встать, но слабые ноги едва держали её, - с ним ведь всё будет хорошо?..
- С ним уж точно всё в порядке, - Лиам подхватил падавшую принцессу, - не стоит о нём беспокоиться, миледи. Лучше позаботьтесь о себе.
Шерон кивнул и позволила усадить себя снова на диван. Барма и Шерил молча наблюдали. Они не стали поздравлять с окончанием пленения и удачным выполнением плана и не набросились с расспросами. Пленным сейчас требовался отдых и физический, и моральный.
- Что-то Брейк и Мэделин действительно задерживаются, - Гил с тревогой поглядывал на едва заметный портал.
- Вот, кажется, и они, - Барма щёлкнул веером.
Сияние усилилось, и из него на пол кабинета шагнули альбинос, алхимик и слуги герцога. Портал ослепительно вспыхнул в последний раз и рассыпался искрами, которые несколько мгновений тихо летали по кабинету, точно светлячки, и неслышно погасли.
- Ух, мы наконец-то закончили, - выдохнул алхимик, когда подчинённые Бармы поклонились герцогу и покинули кабинет, - не без неприятностей, но всё же справились.
- Братик… Брейк, всё хорошо? – Шерон едва снова не сорвалась с дивана, но вовремя себя одёрнула.
Выглядел рыцарь Рейнсвортов вполне нормально, если не считать потухшего взгляда. Шерон смогла убедиться в сохранности дорого человека и, убеждённая окончательно его улыбкой, позволила себе немного расслабиться. Леди Шерил так легко улыбкой было не обмануть. Она следила взглядом за каждым действием Брейка, но продолжала хранить молчание.
- Что ж, - Барма расправил любимый стальной веер, - все благополучно вернулись, можно начать совет.
- Нет, не все, - Оз нахмурился, - где Ада?
- О ней не стоит беспокоить, господин Оз. Контрактор и сам граф её не вычислили, так что через Лиама я дал ей команду не покидать приём. Вечер закончился, и госпожа Безариус без помех покинула моё бывшее поместье и вернулась в дом Рейнсвортов, - объяснил алхимик.
Слова мужчины теперь уж успокоили Оза. Он встал с пола и разместился в одном из кресел.
- Я понимаю, все вы устали, вам нужно отдохнуть и восстановиться, - алхимик оглядел компанию уставшим взглядом, - но я согласен с герцогом, нужно провести совет.
- Одну из печатей мы вернули, - Барма направился к своему рабочему столу, - их осталось всего две, но они не позволят душе Глена окончательно пробудиться и начать действовать.
- Окончательно пробудиться? – удивилась Алиса. – Он что, уже начал очухиваться?
- Естественно, - фыркнул герцог, - только не говорите, что не догадывались об этом. К тому же, - герцог скосился на Оза, - кто-то из вас об этом точно знает.
Все взгляды обратились на Оза. Гил почувствовал, как сердце сжалось от непонятного страха, и будто Ворон насторожился.
- Оз, откуда?
- Ты ведь видел его в Сабри, - ответил за Безариуса герцог Барма, - я читал твой отчёт. Ты же догадываешься, что это было не видение и не осколок памяти Алисы.
- Почему ты молчал? – не унимался Гил.
- После похода в Сабри, - задумчиво заговорил Оз, - у каждого было то, о чём он хотел умолчать.
Повисла тишина. Никто не смотрел друг на друга. В памяти всплыло то, что было увидено или пережито в тот день. Думала Алиса, думал Гил, думал Элиот, и думал Брейк.
- К тому же, - продолжил Оз, - я не был уверен в том, что увидел. Точнее, я даже не был уверен, что видел вообще, - Оз закрыл ладонью половину лица, - я был будто во сне. В голове крутился туман. Потом столько стремительных событий, что я запутался.
- В любом случае очевидно, - снова вступил Барма, - что Глен Баскервилль начал пробуждаться. Алхимики с Джеком во главе знали, что сто лет спустя душа главы одного из самых старых герцогских домов вернётся на землю. Чтобы не дать ему пробудиться, вернуть власть своему роду и снова совершить страшные деяния, алхимики запечатали Глена с помощью частей тела Джека.
- Какая кошмарная магия, - Шерон покачала головой, - Джек не пожалел себя ради этого.
- Верно, - кивнул герцог, - ещё и потому прослыл героем. Баскервилли оказались в Бездне вместе с Сабри, но теперь часть из них вернулась. Они не знали, что стало с хозяином. Я думаю, были те, кто им помогли узнать.
- Мой отец? – помрачнел Оз.
- Не исключено, - кивнул Барма, - так или иначе Баскервилли нашли три печати и уничтожили их. Душа Глена начала пробуждаться. Я говорю вам это сейчас для того, чтобы вы были готовы столкнуться с ним.
Шерил в задумчивости поднесла к губам свой вышитый веер.
- Раз он не обрёл цельность и полную силу, значит, не сможет причинить много вреда.
- Заблуждение. Даже часть его души сможет управлять слугами и вести их в битву. Достаточно сравнить с тем, что может осколок души Джека.
- Это верно, - Оз коснулся груди, - он силён. Хотя это осколок, но всё же. Он может пользоваться силой Чёрного Кролика даже с неснятой печатью Ворона.
- Тебе, Гилберт Найтрей, стоит особенно опасаться, - Барма направил на Гила веер.
- Я знаю, - глухо отозвался Гил и сжал пальцы в кулаки.
- Ру, ты боишься, что Глен сможет взять контроль над Вороном? – встревожилась герцогиня.
- Именно, - кивнул Барма, - не исключено, что я в той же зоне опасности.
- Мне почему-то кажется, что вам, герцог, не стоит беспокоиться, - вступил алхимик.
Мэделин смотрел то на Барму, то на Гила.
- Ваш самоконтроль на высоте, но вот господин Гилберт действительно рискует быть подавленным своей цепью.
Гил сжал кулаки ещё сильнее. «Он знает или это просто чутьё алхимика?», - подумал мужчина.
- В любом случае сейчас важно найти последнюю печать, - сказала Шерон.
- С этим проблем не возникнет, - Барма довольно ухмыльнулся.
- Судя по вашей речи, вы его уже нашли, - сделал вывод Брейк.
- Именно, Шляпник.
- Уже? – поразилась Шерон.
- Я не терял даром времени, как и всегда, - Барма выглядел весьма самодовольным, - пока вы осуществляли план Альберта Мэделина, я нашёл последний камень и приставил к нему охрану.
- Где же он был? – спросил Оз.
Барма опустил взгляд на документы на столе.
- Как ни странно, всё было предельно просто. Обычно мы не замечаем вещь на виду. Видимо, с расчётом на это печать и была оставлена на самом видном месте.
- Вот оно как, - отозвался Брейк, - следовало раньше догадаться.
- Понял? – Барма поджал губы, и это был его обычный знак одобрения. – Другим дам подсказку. Камни печати были оставлены в нескольких знаковых местах и в домах известных алхимиков. Три самых известных алхимика взяли печати, четвёртая, как мы недавно узнали, была в Сабри, а пятая оставлена в ещё одном знаковом месте.
- И что это за место? – нахмурилась Алиса, которая терпеть не могла загадочные речи герцога.
- Какое же символическое место у всех на виду? Где проще всего хранить последний камень?
Действительно, очевидно и так просто. Оз вздохнул. Да, следовало догадаться намного раньше.
- Пандора, верно?
- Именно! – Барма щёлкнул веером.
- Пандора? – поразился Элиот. – Печать прямо здесь?
- Верно, юный Найтрей, - подтвердил герцог, - самое видное место – штаб только-только намечавшейся Пандоры. Знаковое место, очевидно. Бывшее владение Баскервиллей.
- Так это место принадлежало Баскервиллям? – ахнула Шерон.
- Как и Латвидж, и многие другие земли, - Барма поднёс к глазам один из документов, - что меня до сих пор поражает, так это то, насколько были влиятельны Баскервилли.
- Значит, два последних камня у нас, - подытожила Шерил, - в месте, где находятся все контракторы Пандоры, в том числе и главы герцогских домов с самыми сильными цепями. Можем ли мы считать, что камни в безопасности?
- Боюсь, что не можем, - покачал головой алхимик.
На то, пожалуй, не стоило надеяться.
- Всё наоборот, ведь так? – мрачно отозвалась Алиса. – Раз камни здесь, Баскервилли очень скоро нагрянут за ними.
- Очевидно, что именно здесь пройдёт последнее сражение, - согласился с цепью Барма, - вот насколько скоро Баскервилли нагрянут я хотел бы спросить у вас, Альберт.
Алхимик призадумался. Он закрыл глаза и прислушивался к свои способностям. Наконец он открыл глаза и сказал:
- Что-то около недели.
- Так скоро… - Элиот невольно сник.
- Парализатор продержится не больше недели. Заблокированная мною девочка Баскервилль пробудится примерно в то же время.
- Значит, неделя? – задумчиво повторил Оз.
Алхимик кивнул. Оз коснулся печати на груди.
- Раз осталась неделя, мы должны подготовиться, - Оз поднял на друзей решительный взгляд, - на этот раз это не просто стычка. Если проиграем, парой ссадин уже не обойдёмся. Всё будет ещё страшнее, чем кошмарная битва в доме Ислы Юры. Мы не имеем права проиграть. На кону наше будущее.
- Очень хорошо сказано, юный Безариус, - Барма вышел из-за стола, - и очень хорошо, что ты это понимаешь. Всё именно так. Однако я поправлю Альберта. Основные бойцы Баскервиллей ещё не в строе, но скорее всего у них уже появились помощники.
- Новые избранные? – предположила Шерил.
- Возможно. Могли вернуться из Бездны прежние слуги. А потому, - Барма со стальным звоном резко расправил веер, - мы не должны расслабляться и рассчитывать на то, что враги нападут только через неделю. Мы все должны быть готовы к нападению в любой момент.
- Как же к этому быть готовым? – тихим голосом спросил обескураженный Элиот.
- Неконтракторам, как ты, улучшать навыки фехтования и выбрать оружие, пригодное к битве с Баскервиллям. Контракторам стоит потренироваться. В данном случае я лично обеспечу всех слуг Пандоры оружием.
- Не без моей помощи, - алхимик улыбнулся.
- Благодарю, - Барма в уважении склонил голову, - ваша помощь для нас неоценима.
- Тогда всё просто, - Оз встал, - нужно отдохнуть и набраться сил. Сердцем мы уже давно готовы, осталось набраться сил.
- Верно, господин Оз, - улыбнулась Шерил, - в этом уже я вам помогу. Поместье Рейнсвортов полностью в вашем распоряжении.
- Благодарю, - Оз склонил голову перед герцогиней.
Элиот несколько недоумённо посмотрел сперва на герцогиню, потом на Безариуса.
- Разве мы не закончили дело? Почему бы тебе не поехать домой?
- Боюсь, это уже не мой дом, - глаза и губы улыбались и в то же время отражали не радость, а боль.
«Мой хозяин так вырос», - Гил чувствовал ту же боль, что и Оз, но теперь юный господин не прятал боль, а честно для самого себя и других её показывал.
- Не твой?.. – растерянно повторил Элиот, и в его сердце зашевелился стыд. – Это всё из-за…
- Никто здесь не виноват, - Оз улыбнулся Элиоту, - не ты, не твой отец, не я и не герцог Безариус. Я уже давно не часть того дома. Но знаете, - Оз посмотрел на Шерон, на Брейка, на Гила, на Элиота, на Барму, на Шерил, на Мэделина и на Алису, - я уверен, в конце я найду свой дом.
Герцогиня тепло улыбнулась и положила на колени свой любимый веер.
- Господин Элиот, я бы тоже посоветовала вам пока оставаться в поместье Рейнсвортов. В случае опасности вы все будете рядом.
- Нет, - Элиот встал, - я благодарен вам за гостеприимство и за заботу, уважаемая герцогиня Рейнсворт, но у меня есть обязанности перед собственным Домом.
- Что ж, это резонно, - согласилась женщина.
- Тебе тоже стоило бы вернуться, - Элиот сказал Гилу.
- Ты можешь снова меня ругать, можешь снова пнуть или швырнуть чем-то, но моё место там, где мой господин, - уверенно и решительно ответил Гилберт.
Элиот с минуту стоял в задумчивости, затем кивнул брату и сказал:
- Хорошо. Это твой выбор. Больше я не стану его оспаривать.
- Как же быстро дети взрослеют, - расцвела старушка-контрактор.
- Значит, возвращаемся домой? – Шерон с помощью Брейка встала с дивана.
Шерил кивнула. Оз хотел было попрощаться с алхимиком, Элиотом и Бармой, как вдруг вовремя вспомнил об одной важной вещи.
- Если мы сейчас выйдем из вашего кабине, не схватят ли нас как неизвестных агентов? – Оз оглядел себя.
На нём всё ещё были иностранные одежды, настоящее лицо всё ещё прятал искусный алхимический грим.
- Верно, у нас же будут неприятности! – спохватилась Шерон.
- Вы думаете, я не подумал об этом? – раздражённо фыркнул Барма. – Я заранее распределил караул так, чтобы от моего кабинета и до дилижансов дежурили только мои люди. Можете спокойно выходить.
- Как же грим? – Алиса покрутила прядь своих русых волос.
- Одну минуту! – Мэделин завозился в своей сумке.
Он достал семь мешочков и положил на стол Бармы.
- Примите ванну с этой натиркой и сразу же станете самими собой.
- Большое спасибо за помощь, - Оз в уважении склонил голову перед Мэделином, - без вас мы бы не справились.
- Не стоит благодарности, - улыбнулся мужчина, - это мой долг.
- Идём, Гил, - позвал Оз, - мне, конечно, нравится быть высоким, но самим собой быть намного приятнее.
- Это уж точно! – Гил встряхнул пятернёй русые волосы
Оз прихватил мешочки для себя, Алисы, Гила и Ады и вместе со слугой и уставшей цепью покинул кабинет. Минутой позже с мешочком в руках ушёл Элиот. Когда дверь за юным Найтреем закрылась, Брейк, молчавший почти всё время, обратился к алхимику:
- С Роквеллом не будет проблем?
- Нет, не беспокойтесь, - ответил алхимик, однако вопрос Брейка зародил в нём некоторое любопытство, как и в Барме, внимательно следившим за альбиносом.
- А ваше поместье? – продолжал спрашивать контрактор. – Вы потребуете его назад?
- Нет, - мужчина покачал головой, - при других обстоятельствах я бы безусловно попытался вернуть себе поместье, однако сейчас не до судебных тяжб и скандалов. Я успел найти себе сносное жилище, так что прежний дом пусть остаётся у графа.
- Это весьма щедрый подарок, - заметила Шерил, - учитывая тот факт, что граф Роквелл вас фактически ограбил.
- Мне отнюдь его не жаль, госпожа герцогиня, - Мэделин поджал губы, - жадность и расчётливость этого человека мне противны. Однако мне немного жаль Оду Роквелл. Мы сыграли на её чувствах, а ведь бедное дитя и вовсе не было в курсе проделок брата. Будет нечестно вышвырнуть её из дома на улицу, всё же она дворянка.
Шерил быстро бросила взгляд на Брейка и успела уловить, как тот едва заметно выдохнул с облегчением, внимательно посмотрел на Мэделина и так же едва заметно ему кивнул. Шерил хитро сощурилась. «Давно я уже такого не видела, - подумала женщина, - быть может, это придаст ему сил. Будем надеяться».
- Тогда, бабушка, я не думаю, что нам стоит задерживаться, - Шерон взяла для себя и для Брейка натирки, - возвращаемся?
- Поезжайте, милая, я приеду чуть позже, - Шерил одарила внучку тёплым любящим взглядом.
Шерон не стала настаивать или расспрашивать, всё же старшей в семье была герцогиня Шерил. Девушка поклонилась герцогу и алхимику и в сопровождении дорого рыцаря и всегда тактично молчаливого Лиама покинула вслед за ударной компанией кабинет Бармы.
- Что ж, пора и мне честь знать, - алхимик поднялся с кресла, - я передохну и вернусь к охране камней. В экстренном случае вы знаете, как со мной связаться, Руфус.
Барма лениво кивнул. Много бессонных ночей подряд давали о себе знать, и глаза красноволосого мужчины уже закрывались.
И вот в окутанном тёплым светом свечей кабинете остались только главы двух старых герцогских домов.
- О чём ты хочешь со мной поговорить, Шерил? – Барма разлепил веки и сквозь густые ресницы посмотрел на объект своих свадебных мечтаний. – Если это не ответ на моё предложение, то, пожалуй, с меня на сегодня разговоров достаточно.
Женщина в инвалидном кресле пустила свой внимательный взор, который словно видел сквозь маски и притворство, на заспанное лицо красноволосого мужчины в одеждах иностранного дворянина.
- О чём ты не рассказываешь нам, Ру?
- Не рассказываю? – Барма в удивлении вздёрнул брови.
- Ру, я всегда вижу тебя насквозь, - Шерил покачала указательным пальцем, - уж тебе меня не обмануть.
- Скажем так, я никогда не разглашаю непроверенную информации. В этом я не делаю исключения даже для тебя, - ответ был чётким, но всё же уклончивым.
- Как скажешь, - мягко улыбнулась женщина, - но не забывай, мы всё-таки союзники, а не враги. Доброй ночи.
- Доброй ночи.
Воск медленно таял. Ветер стукнул веткой по стеклу. Барма подошёл к окну и наблюдал за тем, как слуги помогают герцогине Рейнсворт сесть в дилижанс. «Не обмануть, да?».
***
Тепло горячей ванны после ледяного пола камеры прогрело озябшие мышцы, так что Оз едва не задремал. Усталость накатила внезапно. Веки начали закрываться. Оз тряхнул головой и умыл лицо, чтобы отогнать дрёму.
Пока наследник герцогского дома вытирал голову, заметил, что причёска уже стала прежней. Значит, масла, которыми парикмахер натирал волосы Оза, сделаны алхимиком. Возможно и сам парикмахер – алхимик. Во всяком случае, когда Оз оделся и подошёл к зеркалу, на него снова смотрел золотоволосый зеленоглазый юноша примерно пятнадцати лет. «Забавно, - подумал юноша, - я так привык за несколько недель к другому лицу, что теперь собственное кажется незнакомым». Позже Оз ловил себя на мысли, что довольно долгое время это чувство его не покидало.
- С возвращением, - поприветствовал Безариуса Гилберт.
Мужчина тоже уже стал собой. На Оза снова с теплом смотрели янтарные миндалевидные глаза. Напротив Найтрея сидела Алиса. Та самая, привычная и непривычная, бойкая и спокойная, отважная и робкая, резкая и милая, Алиса.
- Да, - улыбнулся Оз.
- Чаю? – предложила Шерон, а её каштановые волосы переливались на свету.
- Где Лиам и Брейк? – спросил Оз и взял протянутую Шерон чашку.
- Господин Лиам отправился доделывать оставшуюся документацию, - рассказала принцесса.
- А Брейк со словами: «Старикам очень-очень нужно отдохнуть от развесёлой молодёжи» - удрал, - фыркнул Гил, - поди, стащил банку печенья с кухни и теперь трескает их в своей комнате.
- Хорошо бы завтра увидеться с дядей Оскаром, - Оз с чашкой в руках устроился на диване рядом с Алисой.
- Мы просто отправимся завтра в Пандору, продолжать обычную работу, там обязательно увидимся, - улыбнулась Шерон.
Оз кивнул ей в ответ.
- Интересно, - юноша посмотрел на тёплый напиток в фарфоровой чашке, - Элиот приедет в Пандору?
- Конечно, - протянул Гил и наконец-то затянулся дымом любимых сигарет, о которых уж очень долго мечтал, - в Латвидже каникулы, а Элиот не может сидеть без дела.
- Что-то мне подсказывает, что дело не только в этом, - заметила Шерон.
- Верно, - улыбнулся Гил, - Эли повзрослел. Ему уже недостаточно просто иметь идеалы. Теперь он хочет их защищать. К тому же, - Гил посмотрел на медленно тлевшую сигарету, - после несчастья в доме Ислы Юры ему тяжело оставаться подолгу дома, где всё напоминает о маме, братьях и сестре.
- Он переживёт, он справится, - уверенно сказал Оз, - просто нужно чуть больше времени, чтобы раны зажили, а раны на душе очень тяжело залечить. Шрамы всё равно останутся.
Шрамов уже было достаточно и в душе самого Оза. Разбитая память Алисы защищала её, но осколки болезненно отзывались внутри.
- Что-то мы уже пережили, - Шерон поставила на стол пустую чашку, - уже прошло. Остался лишь отголосок боли, а не сама она. Значит, можно двигаться дальше.
- Верно, - Оз посмотрел на Алису.
Что бы ни произошло с ней, что бы ни произошло с ним когда-то, сейчас они здесь, живы, здоровы, значит, можно жить и дальше.
- Ада останется с нами? – спросила вдруг цепь.
- Нет, - ответил Оз, и вопрос Алисы больше его не удивлял, - она вернётся в родное поместье. Я больше не хочу втягивать её в наши дела. Это не её война. Пусть хоть кто-то из моей семьи живёт спокойно.
Оза до сих пор трогал и в то же время ранил испуганный взгляд полных слёз глаз Ады, когда она встречала брата на пороге поместья Рейнсвортов. С криком она бросилась на шею Озу, долго-долго не разжимала объятий и всё плакала и плакала, от страха и от радости одновременно.
- Теперь пора спать, - сказа Шерон, - мы все порядком устали. Нужно восстановить силы, чтобы завтра снова вернуться в Пандору.
Гил затушил сигарету.
- Спать.
Слуги погасили свечи во всём доме. Оз закутался в одеяло в своей кровати. Алиса посапывала в соседней комнате. Ада занимала комнату рядом с Шерон. Гил с непривычки после долгой худобы ворочался в постели. Принцесса спала без всяких снов, ведь была измотанная сильнее прочих. Брейк уже давно лежал на кровати, закрыв лицо тыльной стороной ладони. Ему не хотелось чаю, не хотелось есть и пить. Горячая ванна успокоила, но совесть давила на сердце. Он лежал очень долго, быть может, почти всю ночь, когда сон наконец сморил и его.
Элиот вернулся в родовое поместье. Герцог не спал, встретил сына с обычной холодной сдержанностью. Странный вид сына сперва невероятно сильно удивил его, но в одно мгновение герцог взял себя в руки и даже не стал расспрашивать, почему Элиот так странно выглядит. Юноша принял ванну, по привычке выпил чаю и сел у окна. Часть работы закончена, не без проблем, но благополучно, однако Элиота не покидало ощущение, что он недостаточно силён. «Если бы я был чуть сильнее, схватил бы нас контрактор?», - думал юноша. Он не давал себе ответа, но ответ напрашивался сам собой.
***
- Алиса, опаздываем! – вопил Оз и мчался к лестнице.
- Знаю! Сам виноват, соня! – рявкнула цепь и отвесила пинка, благодаря которому Оз за две секунды спустился с лестницы.
- Кто бы говорил! – рявкнул в ответ Гил и скалой навис над Алисой. – Сама сопела громче, чем чайник на кухне!
- Гил, да ты сам храпел так, что мне через две комнаты слышно было, - усмехнулся Оз, растирая ушибленный бок.
- Это не я! – краснея, отрицал черноволосый мужчина.
- А кто? – ухмыльнулся Оз. – Скажешь, Брейк?
- Отродясь не храпел, - Брейк как раз спускался с лестницы, только, в отличие от Оза, безопасным путём.
- Снова оживлённое утро, - радостно пропела Шерон, - очень плохо, что мы не успеваем позавтракать. Попросим кухарок Пандоры подать нам завтрак, а сейчас, господин Оз, направляйтесь к дилижансу, иначе мы и впрямь опоздаем.
Пандора жила своей обычной жизнью. Что такое обычная жизнь для Пандоры? Спокойная размеренная работа с документами? Неспешные прогулки по коридорам? Беседы с другими работниками? Чайные посиделки? Такое случалось лишь в праздничные дни. Обычная жизнь в огромном здании – это бесконечная суета, тонны документов, спешащие по поручениям рыцари, заседающие главы герцогских домов, выезды на задания, отчёты по заданиям, тренировки, легальные контракты, борьба с нелегальными контрактами, научные поиски, исследования и борьба с незаконными исследованиями.
Алхимик известил утром, что направляется в копию поместья, где оставили экспериментальные врата, чтобы найти способ без последствий их уничтожить. Оз ехал в одном дилижансе с Алисой и Гилом и думал, какую же работу будет выполнять. До сегодняшнего дня жизнь была сумбурной с того момента, как затеяли празднование его совершеннолетия. В минуты покоя Оз гулял и изучал столицу. Дела закручивали резко, и это не было похоже на обычную службу. Потому золотоволосый юноша не мог себе точно представить, чем же будет заниматься в штабе.
Рыцари встретили Оза, Алису и Гила так, словно виделись только вчера. Ведь действительно, все рыцари видели их вчера, позавчера и каждый день трёх недель. Всё же сила иллюзий Бармы велика. Теперь по коридорам штаба шли настоящие Оз Безариус, Алиса «Чёрный Кролик» и Гилберт Найтрей.
- Господин Оз, господин Гилберт, госпожа Алиса, - Лиам поприветствовал знакомых поклоном, - хорошо, что я вас встретил. Пожалуйста, пройдёмте со мной, я расскажу распорядок дел на сегодня.
- Рад видеть вас, господин Лиам, - кивнул Оз, - идёмте.
Лиам проводил друзей в небольшую переговорную комнату и положил на стол перед ними несколько стопок бумаг.
- Это дела, которыми вы якобы занимались три недели.
Оз склонился над стопками и пробежался взглядом по документам.
- Изучите их, - сказал Лиам, - здесь несколько дел нелегальных контрактов, уже решённых. Ничего делать не надо, просто будьте в курсе дел, чтобы не вызвать подозрений. После сдайте их в хранилища и наведайтесь в оружейный отдел. Мой господин уже распорядился открыть его личные хранилища и раздать каждому состоящему в Пандоре оружие, которое поможет в сражении с Баскервиллями.
- Есть, - кивнул Оз.
Лиам откланялся и покинул комнату. Оз взял в руки стопку, предназначенную ему.
- Мне кажется, нам нужно как-нибудь отблагодарить господина Лиама, - Оз помахал перед собой документом, - всё это ведь сделал он.
- Всё он? – Алиса удивлённо зависла над бумагами. – Этот очкарик?
- Сколько раз тебе говорить, глупая крольчатина, что очкарик – это оскорбление?! – вскипел Гил.
- Откуда ж мне знать, что можно говорить, а что нельзя, если я ничего не помню и сто лет прожила в Бездне? – обиженно пробухтела Алиса. – Между прочим, ты то вроде как образованный, тогда почему сам обзываешься?
Гил обескураженно хлопал ресницами. До этой минуты он сам не замечал, как с лёгкостью пулял в Алису обидные прозвища.
- Я… - выдавил мужчина, - я как-то…
- Перестанешь обзываться, я тоже перестану, - Алиса сложила руки на груди и отвернулась.
- Хорошо, - всё так же обескураженно выдавил Гил.
Оз с интересом следил за ними. Алиса менялась, хотя нет, просто постепенно снова становилась частью родного мира, а Гил снова становился заботливым, мягким и внимательным. Наверное, всё же некоторые раны можно залечить.
- Ну что, за работу? – Оз протянул Гилу и Алисе стопки документов.
Работа закипела. Вскоре к ним присоединились Шерон и Элиот.
- Брейк снова смысля? – ухмыльнулся Оз.
- Наверняка со своим обычным «не хочу» сбагрил все бумаги Лиаму, - хмыкнул Гил.
- Нет, - Шерон расплылась в довольной улыбке, - я заставила его самостоятельно разбираться с документами. Меня не проведёшь. Зрение его восстановилось достаточно, чтобы читать и писать самому. Почерк у Брейка красивый, пусть в кое-то веки порадует рыцарей и удивит другим, не лиамовым почерком.
Оз довольно быстро разобрался со своими отчётами и окунулся в раздумья. Печати найдены и охраняются. Цели Баскервиллей известны. Цели Пандоры ясны. Но что-то не давало Озу покоя. История столетней давно прояснена не до конца, и Оз всё ещё не знает, в чём его грех, за который Баскервилли осудили десять лет назад. Где найти ключи к тому и другому? В отправных точках. Исследовать поместье Баскервиллей уже невозможно, углубиться в Сабри тоже не представляется возможным. Латвидж Пандора досконально изучила, прежде чем отдавать под школу. Есть место, которое не даёт покоя Озу с тех самых пор, как он выбрался из Бездны, хоть он и был там снова.
- Алиса, Гил, я хочу снова съездить в поместье Безариусов для церемоний.
- Что? – Гил с удивлением оторвался от своих отчётов. – В поместье? Почему вдруг?
- Мне кажется, мы что-то пропустили, - задумчиво отозвался Оз.
- Вы ведь нашли уже там осколок воспоминаний Алисы, - напомнила Шерон.
- Осколок воспоминаний? – Элиот нахмурился, он ведь не был в курсе изначального дела.
- Я знаю, - Оз отложил отчёты, - но меня до сих пор не покидает ощущение, что там осталось нечто, что прольёт свет на события столетней давности и на моё неизвестное преступление. Не знаю, как это объяснить, - Оз потёр занывшую грудь, - мне кажется, что эти две вещи связаны.
- Связаны? – удивился Гил. – Но как?
- Не знаю, - Оз покачал головой, - быть может, одно – следствие другого. Нужно узнать.
- Тогда, думаю, - Шерон встала, - стоит наведаться в поместье.
- Мы можем это сделать? – на всякий случай уточнил Гил.
- Безусловно, - кивнула Шерон, - когда мы планировали освобождение Оза из Бездны, мы предусмотрели возможность связи с местом, из которого он попал в Бездну. Поэтому установили там охрану личных рыцарей Рейнсвортов.
- Отправимся сейчас? – спросила Алиса.
- Я думаю, не стоит тянуть, - ответил Оз, - если я действительно прав, чем скорее мы найдём зацепку, тем быстрее распутаем клубок.
- Я с вами, - Элиот крепко сжал в руке свой воронёный клинок, - я не знаю, о каком преступлении речь, но я тоже хочу знать, что именно случилось сто лет назад. Слова Баскервиллей в Латвидже меня тревожат.
- Я объясню тебе по дороге, - согласился Безариус.
Прежде чем отправиться в поместье, компания сдала отчёты. Оз первым вышел на порог и удивлённо захлопал ресницами. На ступенях их ждал Брейк, а за ним на дороге – готовые к отправлению дилижансы.
- Как ты узнал, что мы хотим отправляться, Брейк? – спросил Оз.
- Скажем, я тоже думал, что есть некое место, которое непростительно обошли вниманием, - улыбнулся альбинос.
Возницы направили экипажи к старому поместью Безариусов, где десять лет назад должна была состояться церемония совершеннолетия Оза. По дороге Безариус рассказал свою историю Элиоту, начиная с приезда десять лет назад в поместье и заканчивая решением отправить в Латвидж, потому что дальнейшее Элиоту уже было известно.
- Что за глупости? – нахмурился юный Найтрей. – Какое может преступление у обычного мальчика?
- Хотел бы я знать, - отозвался Оз, - я думал, что для Баскервиллей моё преступление в том, что я получил осколок души Джека, героя, победившего главу их Дома. Но после Латвиджа я понял, что это не так. Баскервилли и сами не в курсе были, что случилось с их хозяином. Тогда в чём я виноват?
«Твой грех в том, что ты родился…», - эти слова никогда не давали Озу покоя, как и голос, сказавший их. «Почему так плохо, что я есть? – снова задумался Оз. – Если дело не в осколке души Джека, то в чём? У меня нет особенной силы, я стал контрактором только после того, как попал в Бездну, так в чём же дело?».
- Оз, не унывай, - Алиса наклонилась к юноше и хлопала длинными ресницами, - ты не один. Если Баскервиллям так не нравится твоё существование, просто забудь о них. Главное, что оно нравится нам.
- Меня это уже несильно беспокоит, - кивнул Оз, - но я хочу знать правду.
- Не знаю чем, но я помогу тебе, - сказал Элиот, - к тому же мне есть, что сказать Баскервиллям.
Дорога была дальней, благо друзья прибыли в штаб ранним утром. Холода набирали обороты, солнце едва согревало, но в дилижансах было тепло. Парализатор ещё не снят, но Оз был уверен, в случае нападения он сможет защитить друзей.
Наконец дилижансы въехали на знакомую территорию. Церемониальным поместьем не пользовались уже десять лет. Для женщин церемонии совершеннолетия не проводились, а потому не было нужды главе Дома приезжать сюда.
Оз печально вздохнул. Некогда прекрасное место теперь было в полном запустенье. Плющ обвивал стены. Отсутствие ухода состарило здания, будто прошло не десять, а сто лет. Ступая из дилижанса на заросшую дорогу, Оз снова испытывал то самое чувство щемящей тоски, что и в последний визит сюда.
- Вот, значит, оно какое, - Элиот смотрел по сторонам, - поместье великого героя Джека Безариуса.
- Отсюда он сбегал к Глену, - Шерон вышла из своего дилижанса, - мне трудно поверить, что двое близких друзей стали врагами.
- Если Баскервилли контролировали Бездну, зачем было уничтожать Сабри и рушить связи между двумя мирами? – спросил Элиот.
- Боюсь, они сами не знают, - Оз вспомнил беседу с Лотти в Латвидже, - Глен это сделал. Зачем, знал Джек, но он мне не отвечает, - юноша коснулся груди, - он не пропал, но он словно отдалился от меня.
- Нужно сделать то, зачем прибыли, - Алиса уверенно зашагала к дверям.
На месте, естественно, были верные рыцари Рейнсвортов. Они поприветствовали наследницу Дома и открыли дверь центрального входа. Снова ступать в дом, с котором связано много разных воспоминаний и чувств, было непривычно. Дом был заброшенным, и всё же Озу казалось, что в этих стенах осталось нечто, напоминавшее о Джеке.
Времени было с достатком. Друзья неспешно обходили комнаты, осматривали всё, что в них осталось.
- Что скажешь? – спросил Гил. – Что-нибудь чувствуешь?
Оз отрицательно покачал головой.
- Алиса? – спросил Безариус.
- И я ничего, - ответила цепь.
После долгих поисков Озу пришлось признать, что никаких следов и зацепок в поместье не было. Все возможные документы давно хранились в Пандоре, тайников друзья не нашли.
- Возвращаемся? – предложил Элиот, когда компания вернулась к входной площадке.
- Есть ещё одно место, - отозвался Оз, Алиса, Гил, Брейк и Шерон с пониманием кивнули, - идёмте.
Часы Спокойствия по-прежнему находились в часовне. С того рокового момента, когда Оз коснулся их, они снова пошли и идут сейчас. Компания прошла вдоль покосившихся лавочек к высокой лестнице, ведущей к часам. Все остановились.
- Иди, только ты по праву можешь к ним снова прикоснуться. Это твой путь, - произнесла Алиса.
Оз посмотрел на друзей. Они ответили ему улыбкой с большим почтением и уважением. Оз повернулся к часам, расправил плечи, глубоко вдохнул и шагнул на лестницу. Он не прошёл этот путь полностью десять лет назад. Псевдоцеремонию устроил Исла Юра, но это совсем другое. Оз шёл, но больше не испытывал сожаления из-за того, что роковой день нарушил планы жизни, не дал стать полноправным членом общества, не дал войти в общество, учиться в Латвидже, заводить друзей, отдыхать на каникулах в родном поместье, посещать приёмы и балы, служить королю, заботиться о делах Дома. Оз больше не жалел. Он шёл сейчас и думал, что это и есть его путь. Столкнуться с неизвестным, сражаться за жизнь и свободу, обрести друзей и любовь, сражаться за общее дело, сражаться за себя и за близких. Сражаться, чтобы победить. Пусть именно сейчас пройдёт его церемония совершеннолетия.
Шаги громко отдавались в старых стенах. Оз поднялся на первый пролёт, где когда-то дядя Оскар начинал церемонию, а Оз произносил первые слова клятвы. Оз улыбнулся и шагнул дальше. Часы Спокойствия шли, а Оз поднимался к ним. Вот и они. Символ трагедии для Баскервиллей, для Оза стал символом роковой ночи, сейчас – символ клятвы.
Оз опустился на одно колено и коснулся правой рукой часов.
- До тех пор, пока моё сердце бьётся, я буду защищать справедливость, защищать честь, защищать род и защищать дорогих мне людей. Я клянусь следовать правильным путём, путём чести и достоинства, защищать доброе имя и быть его достойным, чтобы мой род и моя страна мною гордились.
Слова клятвы, что не смог он тогда сказать, сказал сейчас. И эта клятва не была для него пустой, в ней теперь был весь Оз Безариус.
Оз встал и развернулся к друзья. Он прошёл несколько шагов и, как требовала церемония в конце, опустился перед ними на одно колено. Оз закрыл глаза.
- До тех пор, пока моё сердце бьётся, - произносил юноша, - я буду защищать справедливость.
На плечи легла мантия. Оз открыл глаза. Гилберт улыбался ему, и его янтарные глаза светились тёплым родным светом. Это он, как должен был десять лет назад, опустил мантию в конце церемонии на плечи молодому хозяину.
- Спасибо, Гилберт, - улыбнулся Оз.
- Церемония окончена, юный господин, - улыбнулся с сердечным теплом Гил.
Оз поднялся и улыбнулся друзьям. Они смотрели на него с гордостью. Сейчас каждый гордился им и гордился, что знает этого человека.
Оз и Гил спустились к друзьям. На душе у Безариуса было спокойно.
- Быть может, здесь не осталось загадки, но сердце привело меня сюда, чтобы я стал тем, кем должен быть, - сказал юноша, - я больше не буду сюда приходить. Если Джек захочет, он расскажет мне всё, что произошло сто лет назад. Я просто подожду.
- Угу, - кивнула Алиса.
- Теперь вы полнокровный член общества, господин Оз, - Брейк улыбнулся и с искренним уважением поклонился Озу.
- Да, - Оз с благодарностью принял знак уважения, - пойдёмте на улицу. Церемония окончена.
Свежесть предзимнего воздуха бодрила и придавала сил. Друзья направились к дилижансу. Уже практически у самых дилижансов что-то молниеносно мелькнуло перед Озом. Звон металла и искра – Брейк мечом отражал метнувшийся в Оза коготь.
- Оз! – Алиса в один прыжок оказалась возле своего контрактора.
- Так и думал, что он здесь появится! – Брейк всей силой налёг на меч и отразил коготь.
- Винсент, - выдавил Гил.
Перед друзьями стоял Винсент Найтрей. Его цепь была рядом, она и нападала на Оза.
- Я не знал, как вас выманить из Пандоры, - Винсент улыбнулся, хотя его улыбка не была такой сердечной, как у Гилберта, скорее холодной, - на всякий случай оставил пару своих шпионов в Ливере и здесь. Как только вы появились, мне сразу доложили, и я прибыл.
- Винсент, - снова выдавил Гил, - значит, всё-таки это правда? Твоя цепь!..
- Гил, всё смотришь на меня с укором? – Винсент покачал головой. – Да, ты прав. Деймос.
- Зачем ты это делаешь, Винс?
- У меня были причины. Ты никогда их не понимал, Гил, - Винсент грозно посмотрел на Брейка, - с дороги, Шляпник!
Цепь снова направила когти на Оза, и Брейк опять выставил клинок.
- Отойди, Брейк! – испуганно крикнул Оз. – Ему нужен я! Я буду сражаться!
- Тогда призови косу!
Оз сконцентрировал силы, но ничего не вышло.
- Гил, сними печать! – быстро крикнул Оз другу.
Ничего не оставалось делать. Гил снял перчатку и коснулся лба Оза. Ворон едва отзывался, и печать не снялась.
- Слышал, вы не можете сражать, - сказал Винсент.
- Поэтому ты напал? – прорычал Гил.
- Нет, дело в другом, но господин Шляпник меня очень раздражает.
Когти ринулись с другой стороны. Брейк ловко отбивал удары одним только клинком, но цепь Винсента продолжала нападать.
- Слишком быстро, - Оз сжал зубы.
Он не мог призвать косу, силы Алисы не возвращались. Гил не мог стрелять в собственного брата.
- Я помогу! – крикнул Элиот и отбил одну из атак.
- Эли, не вмешивайся, - серьёзно сказал Винсент, - я люблю тебя, но не позволю мешать.
Винсент перевёл атаку так, чтобы отбивался только Брейк, а у Элиота не было возможности подступиться. Брейк отбивался, но силы сейчас были неравны. Один из ударов обрушился на альбиноса, и на землю брызнула кровь.
- Стой!!! – отчаянно закричал Оз, и сердце запылало от страха, и страх за друга порвал последние цепи, сдерживавшие силу Чёрного Кролика, и Оз с косой в руках бросился к Брейку.
Оз успел отбить удар и не дал Винсенту снова ранить Брейка.
- Оз, твоя сила!.. – ахнул Гил.
Когти исчезли, потому что Винсент отозвал цепь. Как и сила Шляпника, сила Кролика способна уничтожать цепи.
Шерон бросилась к Брейку, а Элиот с клинком встал на защиту. Алиса держалась рядом с Озом, готовая в любую минуту принять облик Чёрного Кролика.
- Если ты хочешь отомстить за свои неудачи, у тебя не выйдет, - сказал Оз.
- Отомстить? – не понял Элиот.
- Я не успел тебе сказать, контрактор Роквелла, граф Норрис и есть Винсент. Извини, - Оз чувствовал себя виноватым, ему стоило сказать об этом раньше.
- Что? – опешил Элиот. – Винсент, так это был ты?
Винсент злобно улыбнулся Озу.
- Вы сорвали мои планы.
- И что это были за планы? – прорычал Гил.
- Я собирался сам выкрасть камень, - ответил мужчина, - но вы вмешались. Я почувствовал ваши цепи, когда парализатор ослаб.
- И это ты нас усыпил, - сказал Гил.
- Конечно.
Шерон поражённо ахнула. Когда она пришла в себя в подвале, и подумать не могла, что схвативший их контрактор – Винсент.
- Где Лео? – строго спросил Элиот.
- Хозяин? – спросил Винсент. - Пока он не решил действовать.
- Хозяин? – нахмурился Гил. – Почему ты зовёшь слугу своего брата хозяином?
- Потому что Лео – следующий Глен Баскервилль, - ответил Оз.
То, что сказал Оз, громом поразило Элиота, и он выронил воронёный клинок.
- Что… ты сказал?.. – прохрипел Найтрей.
- Господин Оз, это правда? – ахнула Шерон.
Безариус кивнул.
- Сейчас нет в этом сомнений. В любом случае, - Оз снова обратил свой взгляд на Винсента, - Лео является следующим Гленом Баскервиллем, поэтому ты похитил его.
- Да, всё верно, - достаточно серьёзно ответил Винсент.
- Чего же ты теперь хочешь? – спросил Оз.
- Мои желания – это моё дело, - так просто Винсент никогда не раскрывал своих планов, - я пришёл сюда по другой причине. Мой господин просил вам передать, что очень скоро нападёт на Пандору.
Друзья вздрогнули. Они знали, что так и будет, но всё же эти слова ударили по сердцам.
- Вы наши враги, - произнёс Винсент, - но всё же есть понятия чести. Хозяин ценит вас, а потому решил из уважения предупредить о своих планах. Неделя, и мы завоюем Пандору, разрушим печати и восстановим силы Глена Баскервилля.
- Неделя, значит? – Гил выпрямился и посмотрел в глаза брату прямо, без гнева и с уверенностью, - Винсент, теперь ты на стороне Баскервиллей?
- Можно и так сказать, - Винсент кивнул, но сердце его почему-то больно сжалось от серьёзного взгляда брата.
- Раз так, значит, мы теперь враги, - заявил Гилберт, и это заявление было обдуманным и важным, - я рыцарь Пандоры, слуга Дома Безариус, буду сражаться с твоим господином. Если ты выбрал противостояние, то наши пути отныне расходятся.
- Ты не один, - Оз убрал косу, - это и моя битва.
- И твоя? – ухмыльнулась Алиса. – Вообще-то я сражаюсь с тобой с самого начала. Вздумал забыть обо мне?
Оз посмотрел на девушку и улыбнулся. Они действительно были с самого начала вместе. Их путь начался, когда ожили Часы Спокойствия. С тех пор они не расставались и главную битву пройдут вместе.
- Тогда не забывайте о нас, - смело сказала Шерон, - я не настолько слаба, чтобы отступить.
- Моя леди, вы что, уже списали меня со счетов? – Брейк постарался выпрямиться. – У вас есть ваш верный рыцарь, чтобы сражаться. Оз, только держись от меня подальше, чтобы в бою я тебя случайно не прихлопнул.
Безариус встретил с улыбкой улыбку альбиноса и Шерон. Его друзья. Его дорогие друзья. Они целое единство вместе. Теперь это единство по-настоящему готово к последней битве.
- Я не знаю, что там с Лео… - выдавил Элиот, вскинул голову, и глаза его пылали гневом, - но я вправлю ему мозги и заставлю вернуться! Так что я с вами, Оз!
И этот порыв единения и единства, сила решимости и храбрости заставило сердце Винсента сжаться ещё сильнее.
- Что ж, хорошо. Я выполнил поручение хозяина. Гил, Эли, - обратился мужчина к братьям, - берегите себя.
Яркая вспышка немного ослепила глаза, и Винсент исчез. Но порыв единства не исчез вместе с ним. Ещё несколько минут друзья стояли и просто смотрели вперёд. Ведь нужно было смотреть вперёд, в будущее. Вместе они будут сражаться, чтобы победить.