Общество навязывает страх одиночества, пугая «стаканом воды». Но что, если в 50+ соло-жизнь — это не наказание, а долгожданная свобода?
В прошлую пятницу я зашла в нашу местную кофейню, чтобы перевести дух между школой, тренировкой Тёмы и попытками объяснить Тошке, почему нельзя кормить кота пластилином.
За соседним столиком сидела моя давняя знакомая — назовем её Ириной. Выглядела она так, будто только что выиграла в лотерею или как минимум удачно развелась. Собственно, второе оказалось ближе к правде.
Этот текст — не моя исповедь (мой муж Сергей сейчас, наверное, поперхнулся бы чаем). Это подслушанный монолог счастливой женщины, который заставил меня задуматься. Передаю историю Ирины от первого лица, с сохранением всех её эмоциональных оборотов и той самой искры в глазах.
«А часики-то уже оттикали»
— Знаешь, Лена, — начала Ирина, помешивая латте, — вчера ко мне заходила тетя Валя. Это такая классическая родственница с тактичностью асфальтоукладчика.
Она оглядела мою идеальную, звенящую чистотой квартиру, вздохнула так, будто увидела место преступления, и выдала: «Ир, ну ты хоть бы кого-нибудь нашла. Нельзя же так... одной».
В этом «хоть бы кого-нибудь» — вся суть нашего общественного договора. Считается, что женщина после 50 без мужчины — это как бракованная деталь на конвейере жизни. Вроде бы функционирует, но ОТК не прошла. Тебя жалеют, тебе пытаются сосватать то вдовца-дачника, то «перспективного» охранника с кроссвордами.
Люди боятся тишины. Им кажется, что если в квартире не бубнит телевизор и никто не спрашивает «Где мои носки?», то ты обязательно рыдаешь в подушку. А я не рыдаю. Я сплю! Звездой, по диагонали, на крахмальных простынях, которые никто не стягивает на свою сторону.
Великая иллюзия «Стакана воды»
Главный аргумент всех доброжелателей — пресловутый стакан воды. Артур Шопенгауэр, немецкий философ, как-то очень точно подметил: «Кто не любит одиночества — тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным». Но нашим тетям Валям Шопенгауэр не указ. Им подавай гарантии водоснабжения в старости.
Давай честно. Я вырастила сына, он живет в Питере. Я его люблю, но я не хочу висеть у него на шее гирей ответственности. А надеяться, что муж в старости станет сиделкой? Статистика — вещь упрямая, и она не на стороне мужчин. Скорее, это я буду подавать этот стакан, попутно измеряя давление и выслушивая жалобы на правительство.
Моя реальность сегодня — это не пустота. Это пространство, заполненное мной. Я могу читать книгу до трех ночи. Могу уехать в Суздаль на выходные, не согласовывая маршрут и меню. Могу есть пирожное в ванной. Это звучит как мелочи, но из этих мелочей складывается огромное, пьянящее чувство собственного достоинства.
Театр против Котлет
На днях мы договорились пойти в театр с подругами. Галочка, моя ровесница, все время ерзала и смотрела на часы.
— Ты чего? — спрашиваю.
— Ой, Ир, у Вадима ужин в семь. Если я не успею разогреть, он будет ворчать весь вечер, у него же гастрит и характер.
Представляешь? Мы сидим в ложе, на сцене драма, высокие материи, а Галя мысленно жарит котлеты. Она не здесь, она в обслуживании чужого комфорта. После спектакля мы пошли гулять по вечерней Москве, пили кофе, смеялись. А Галя побежала к метро, согнувшись под тяжестью невидимого долга.
Я смотрела ей вслед и думала: кто из нас на самом деле «одинок»? Я, которая идет домой наслаждаться вечером и новой книгой, или она, возвращающаяся к «второй смене» у плиты?
По данным Росстата за последние годы, количество домохозяйств, состоящих из одного человека, в России выросло до 40%. И это не эпидемия тоски. Это тектонический сдвиг. Женщины (и мужчины тоже, кстати) начинают понимать: быть одному — это не диагноз. Это опция. И часто — опция «Люкс».
Привилегия зрелости
Я не мужененавистница. Я любила своего мужа, пока мы были вместе. Но сейчас, в свои 52, я впервые чувствую себя цельной. Мне не нужна «половинка», я сама по себе — целое яблоко, а не огрызок.
Одиночество в молодости может пугать неопределенностью. Одиночество в зрелости — это осознанный выбор комфорта. Это когда ты приходишь домой, и твоя энергия не уходит на обслуживание чужих эмоций, а остается с тобой. Ты можешь направить её на творчество, на карьеру, на свое здоровье.
Я смотрела на Ирину и видела не «бедную разведенку», а женщину, которая светится. Она допила свой кофе, поправила шарфик и сказала:
— Ладно, Лен, побегу. У меня сегодня свидание.
— С кем?! — удивилась я.
— С собой. Иду на выставку Врубеля, а потом в спа. И знаешь что? Я уверена, что этот партнер меня точно не разочарует.
Эта встреча заставила меня задуматься. У меня шумная семья, трое детей, любимый муж, и я счастлива в своем выборе. Но я уважаю выбор Ирины. Счастье не имеет единого ГОСТа. Оно может пахнуть детскими макушками и борщом, а может — дорогим парфюмом и тишиной пустой квартиры.
А что для вас ближе? Как считаете, одиночество после 50 — это грустный финал или долгожданная свобода, которую мы просто боимся признать?