Рассказ "Грешница"
Глава 1
Глава 40
- Ох ты ж твою... - выдохнул Семен и невольно отступил назад, но потом снова шагнул к Катерине, двумя пальцами нащупал сонную артерию и замер. Ничего. Тогда он чуть придавил кожу женщины и тут же почувствовал мягкий, едва различимый удар. Потом ещё один и ещё. Сердце Катерины медленно, но билось. Она была жива, а её отправили в морг, не убедившись в этом.
Крепко выругавшись в адрес нерадивых врачей, Семен бросился к телефону, а когда ему ответили, заорал в трубку:
- Вы кого мне привезли?! Быстро забирайте женщину отсюда!
Снова прибежали санитары, под присмотром Семена аккуратно переложили Катерину на носилки и унесли, а он прошёл в свою дежурку, отодвинул чайник, достал поллитровую бутылку и плеснул спирт прямо в чашку из-под чая. Выпил, даже не поморщившись. Налил и выпил ещё. И только после этого его немного отпустило, но потом затрясло так, что пришлось сесть.
Когда-то, очень много лет назад, он работал медбратом и повидал за свою практику немало разных случаев, на зоне тоже отбывал свой срок при больничке, и там хватало всяких ситуаций. Но чтоб такое...
Семён снова и снова переживал ту секунду, когда встретился взглядом с глазами ожившей покойницы и никак не мог успокоиться. Когда-то он слышал о таких случаях, но чтобы это произошло с ним, просто не мог в это поверить.
Семён допил весь спирт, что был в бутылке, но в этот раз алкоголь совсем не брал его и, едва дождавшись утра, он отправился в больницу, чтобы узнать, как там эта женщина, которую, получается, он спас.
Катерина снова была в реанимации, но состояние её стабилизировалось и прогнозы были вполне утешительными. Узнав о том, что случилось, Сысоев примчался в больницу вместе с Вячеславом, и сам чуть не вытряс душу из Игнатова. Дело дошло и до главврача, который тут же потребовал, чтобы все причастные забыли об инциденте и не распространялись о нём. Игнатову вынесли строгий выговор за халатность, Сысоеву – за устроенный дебош. Младшему медицинскому составу пригрозили увольнением, но только Борис Валентинович, не побоявшись руководства, положил на стол заявление по собственному желанию.
- Вот видишь, Слава, - грустно усмехнулся он, обращаясь к своему гостю. - Теперь обратной дороги у меня нет. Ты уж поговори там со своими, если нужен им я такой, позвони, приеду сразу. Ну а если нет, лучше пойду в дворники, но в нашу больницу не вернусь.
Вячеслав решил не тянуть и сам набрал номер своего главврача, а тот, внимательно выслушав Гурьева, охотно дал добро на то, чтобы он привёз Сысоева с собой.
На радостях Борис снова накрыл для Вячеслава хороший стол, а на следующий день, хорошенько выспавшись, они вместе поехали в областной центр. До Дарьи в этот раз Вячеслав так и не добрался...
***
Не услышав ответа, Гладышев снова постучал в дверь.
- Даша, я очень вас прошу, откройте! Вы же не хотите, чтобы я умер тут у вас на крыльце.
- Господи, Боже мой... - простонала Дарья. - Сергей! Оставьте меня уже в покое!
- Но мне некуда пойти здесь, - продолжал он умолять её. - Честное слово, я побуду у вас только до утра, а потом уеду и вы больше никогда меня не увидите. Конечно, если сами не захотите этого.
***
Возвращаясь домой из леса, Егор ещё раз свернул в хутор, остановился на поляне и внимательно всё осмотрел. Ничто не нарушало привычного покоя забытого людьми места, только ветер шелестел листвой и клонил к земле шелковистые изумрудные травы. Летний зной ещё не высушил их, а прошедшие дожди напитали соком и дали силу, которая теперь с хрустом ложилась под ноги уверенно шагающего к срубу Егора.
Вдруг он остановился и нахмурился, заметив узенькую стёжку примятой травы. Кто-то приходил сюда совсем недавно, может быть, только пару часов назад. Здесь этот кто-то или ушёл? Егор осторожно приблизился к двери и вздрогнул - нить была порвана. Ещё шаг, и вот он уже в срубе. Но внутри никого. Егор подошёл к топчану и пошевелил кучу тряпья, лежавшую на нём. Он не увидел, а скорее почувствовал, как за его спиной, в проёме двери, мелькнула чья-то тень, упавшая сверху.
В одно мгновение Егор рванулся к выходу, но дверь уже захлопнулась перед ним и тяжёлый засов опустился на наружные скобы, намертво запечатывая единственный проход. Алексей издалека услышал гул машины и успел спрятаться на крыше сруба, прильнув к ней так, чтобы его не было видно. А когда Егор попался в западню, спрыгнул и запер его в толстостенной избушке, которую невозможно было открыть изнутри.
Егор метнулся к окну и тут же увидел с обратной стороны ухмыляющееся лицо Алексея. Он изо всех сил ударил по крепкой раме, и Алексей зарычал от охватившей его ярости. А потом метнулся в сторону и исчез в лесной чаще.
***
Удар, ещё удар и ещё... И вот уже рама окна, перекошенная как лицо её хозяина, затрещав от нового удара Егора, вывалилась наружу, но оконный проём был слишком узким для крупного мужчины. Оставив бесполезные попытки, Егор в отчаянии заметался по срубу. Он пытался найти хоть что-нибудь из того, что поможет ему одолеть крепкую дверь, и вдруг случайно заметил у самого порога под оторванной доской что-то странное. Упав на колени, Егор вскрикнул от радости: это был чей-то серебристый телефон и заряда в нём должно было хватить на один единственный короткий звонок...
***
- Даша, я ведь никогда не желал вам зла, - продолжал умолять Дарью Гладышев. - И разыскал вас только для того, чтобы вы стали богатой. Разве это плохо? Почему же вы не хотите выслушать меня? И сейчас не пускаете в дом, когда мне так плохо. Я же говорю вам, на меня напали какие-то люди и сильно избили. Может быть, они не хотят, чтобы я сказал вам всю правду о вашем отце...
- О моём отце? - переспросила Дарья.
- Да! Это он разыскивает вас!
- У меня никогда не было отца, - покачала головой Даша. - И вы должны знать об этом.
- У всех есть отец... - Гладышев заговорил медленно, изображая, что силы покидают его. - Прошу вас, откройте дверь... доверьтесь мне! И вы увидите, что я не обманываю вас. Даша... Ну что же вы... Я уже падаю...
Застонав от безысходности, Дарья открыла дверь и замерла на месте, округлив глаза от ужаса.
Удивлённый Гладышев посмотрел на её лицо и, поймав взгляд, направленный куда-то ему за спину, медленно повернулся: в полушаге от него стоял сам сатана в человечьем обличье. Маленькие злые глазки сверкали, выглядывая из-под слипшихся, давно нечёсаных лохм, нижняя челюсть выдвинулась вперёд, открывая широкую и узкую щель рта, заросшего жёсткими волосами. Длинная мускулистая рука чудовища занеслась над головой Гладышева, сжимая в пальцах остро отточенный топор.
Ваш лайк - лучшая награда для меня. Спасибо ❤️