...и великорусском трансвестизьме.
Кто по поводу и без повода клянёт Гейропу, которая-де навязывает пропагандирует нам это самое, тот иноагент и лютый враг России, потому что в России всё что угодно было придумано гораздо раньше, чем на гнилом Западе.
Говорил же Иван Грозный боярам: «Я вас насквозь вижу!». И было это во второй половине XVI века, лет за триста (не шучу про тракториста) до Вильгельма Рёнтгена с его Х-лучами...
...а через 10 лет после того, как германскому физику вручили первую в истории Нобелевскую премию, издание «Южанин» в №142 за 1911 год предложило гражданам Российской империи ещё одно живописное подтверждение тотального первенства россиян:
На днях в г. Харькове задержана неизвестная, на вид молодая женщина, одетая в боярское женское платье с кокошником на голове. Задержанная была доставлена в участок.
— Ваше звание? –- спросили её здесь.
— Крестьянин Береховской волости, Путвильского уезда, Иван Игнатьев Зыбнев, 20 лет, чернорабочий.
На лицах полицейского чиновника и присутствующих — крайнее недоумение.
Из дальнейших расспросов выяснилось, что Зыбнев с малых лет имел пристрастие к женским нарядам, при возможности наряжаясь в них. Научился, между прочим, женскому рукоделию и исполнял чисто женские хозяйственные обязанности: стирал бельё, гладил и пр.
Около двух лет служил на положении горничной прачки у вдовы одного местного домовладельца, живущей в Харькове. По её требованию одевался он постоянно и прислуживал в женском платье.
В последнее время, оставив службу у вдовы, подыскивал себе подходящих занятий по стирке и глаженью белья.
Зыбнев производит впечатление вполне нормального субъекта. <...>
20-летний нормальный субъект происходил из древнерусского города, где в 1185 году разворачивались душераздирающие события:
Далеко в Путивле, на забрале,
лишь заря займётся поутру,
Ярославна, полная печали,
как кукушка, кличет на юру. <...>
Так между 1938 и 1945 годами поэт Николай Алексеевич Заболоцкий перевёл эпизод из древнерусской поэмы «Слово о походе Игореве, Игоря, сына Святославова, внука Олегова», которую современные россияне по-свойски называют обычно «Словом о полку Игореве».
По сюжету Ефросинья Ярославна — дочь галицкого князя Ярослава Владимировича Осмомысла и суздальской княжны Ольги, дочери Юрия Долгорукого — оплакивает своего мужа, новгород-северского князя Игоря Святославича, потерпевшего в бою сокрушительное поражение от половцев и угодившего в плен.
Ефросинья одевалась в соответствии со своим высоким статусом. Вполне возможно, что Иван Игнатьев Зыбнев из Путивля в боярском платье и с кокошником на голове пытался косплеить свою знаменитую землячку, поскольку не видел картины Василия Григорьевича Перова «Плач Ярославны», написанной в 1881 году. А может, и видел, но кокошник оказался важнее исторической правды.
Некоторые эксперты считают, что «Слово о полку Игореве» создавалось по свежим следам трагических событий, в 1185 году или чуть позже.
Некоторые уверены в мистификации: поэму XVIII века выдали за произведение древнерусской литературы. В самом деле, ничего подобного нет ни среди отечественных, ни среди зарубежных средневековых текстов. Слишком уж поэтично «Слово» и слишком уж нестандартны для XII века центральные герои.
Интереснейшую версию прочтения «Слова» предложил Олжас Сулейменов. Он выступил не только лингвистом и знатоком-носителем тюркских языков, но и как этнограф...
...и принял во внимание, что светловолосые половцы ("полова" — значит солома) были тюрками-кыпчаками.
Их потомками сегодня считаются казахи, говорящие на языке, близком к половецкому; карачаевцы и балкарцы, происходящие от смешения половцев с народами гор Северного Кавказа и говорящие на кыпчакских диалектах; прикаспийские кочевники ногайцы — хранители половецких обычаев; племена башкир с кыпчакскими корнями и ордынцы — волжские и крымские татары, сохранившие культурные особенности половцев.
Сулейменов предложил не угадывать значения сотен неизвестных древнерусских слов в «Слове о полку Игореве», как делали в течение двухсот лет всевозможные исследователи, а найти в этих словах тюркские корни. Очевидно ведь, что на территориях взаимопроникновения славян и кыпчаков происходило, в том числе, взаимопроникновение культур.
Сегодня никого не удивляет присутствие в русском языке множества заимствований из немецкого, голландского, французского, английского... Пункт, зонтик, дефиле, окей и прочее — давно уже не кринж, а общее место. Жители юга Древней Руси точно так же адаптировали к своей речи тюркские слова...
...и если читать «Слово о полку Игореве» с этой точки зрения, по мнению Олжаса Сулейменова, текст не только становится понятным, но и начинает играть изумительными красками.
Так или иначе, автор стихов неизвестен. Также неизвестно, кто включил «Слово о полку Игореве» в рукописный сборник, составленный через четыре столетия после описанных событий, в XVI веке...
...зато известно, что ещё двести лет спустя, в самом конце XVIII века, один из виднейших просветителей России, член Российской академии, президент Академии художеств, обер-прокурор Святейшего Синода, Управляющий корпусом чужестранных единоверцев, сенатор, действительный тайный советник Алексей Иванович Мусин-Пушкин заявил об обнаружении «Слова о полку Игореве» в старинной рукописи, а в 1800 году впервые опубликовал необычный текст.
В любом случае, всё это — и плач Ярославны, и троллинг Ивана Грозного, и научно-литературное открытие одного из многочисленных Пушкиных, и косплей путивльского крестьянина-трансвестита, и даже стихи Заболоцкого — было давно. Так что нынешние европейцы с их гей-пропагандой для России не указ.
Где они учились, мы преподавали.
Переписываться с автором, читать и комментировать эксклюзивные публикации, а заодно другими приятными возможностями с начала 2025 года пользуются подписчики аккаунта "Премиум".
★ "Петербургский Дюма" — название серии историко-приключенческих романов-бестселлеров Дмитрия Миропольского, лауреата Национальной литературной премии "Золотое перо Руси", одного из ведущих авторов крупнейшего российского издательства АСТ, кинотелевизионного сценариста и драматурга.
Иллюстрации из открытых источников.