Вторник, девять утра. Женщину вызывают к директору. В кабинете сидят парторг, профорг и председатель женсовета. Начинается разговор о её личной жизни.
"Товарищ Иванова, нам стало известно, что вы проживаете с гражданином Петровым без регистрации брака. Это недопустимо для советского человека".
Дальше – выговор с занесением в личное дело. Лишение премии. Понижение в очереди на квартиру. Если в партии – исключение.
Что произошло? Соседка донесла в домком, что к Ивановой регулярно приходит мужчина и остаётся ночевать. Дальше механизм запустился сам.
Штамп дороже любви: жизнь без регистрации
Незарегистрированные отношения в СССР были социальным приговором. Особенно для женщины.
На работе начинались "профилактические беседы". Вызывали к начальству, задавали вопросы о личной жизни. Объясняли, что такое поведение не соответствует моральному облику советского гражданина.
- Для членов партии последствия были жёстче. Сожительство квалифицировали как аморальное поведение – основание для исключения из КПСС. А партбилет открывал двери: к хорошим должностям, к спецраспределителям, к служебному жилью.
Один выговор – и карьера остановилась. Исключение из партии – и всё рухнуло.
Соседи шептались за спиной. "Живёт с мужиком без штампа – значит, шлюха". Прямо так и говорили, не стесняясь. В очередях, в магазинах, во дворе.
Парадокс: юридически "гражданский брак" – это зарегистрированные отношения в ЗАГСе, в противовес церковному венчанию. То, что сейчас называют гражданским браком – просто сожительство.
- Но в СССР в тонкости не вдавались. Без штампа в паспорте – не семья.
Двадцать пять – критический возраст
Свадьбы в восемнадцать-двадцать лет были абсолютной нормой. Выйти замуж к двадцати двум считалось нормально. К двадцати пяти – уже поздновато.
- После двадцати пяти незамужнюю женщину записывали в "старые девы". Не шутки ради – всерьёз. Шансы найти мужа резко падали. Не потому что мужчин не хватало, а потому что общество так решило.
Отношение зависело от причины безбрачия. Если женщина была неприметной внешности – жалели. "Бедная, никто не взял". Старались помочь, сводили со знакомыми.
Если причина в характере – гордая, принципиальная, ставила карьеру выше семьи – осуждали жёстко. Коллеги, соседи, даже случайные знакомые считали своим долом высказаться.
"Кто ты такая, чтобы перебирать?" "Принц на белом коне не приедет". "Скоро рожать поздно будет – останешься одна".
- Это давление работало. Многие выходили замуж не по любви, а чтобы избежать клейма. За первого, кто серьёзно предложил. Лишь бы не быть старой девой.
Из воспоминаний: "Маме было двадцать шесть, когда она познакомилась с отцом. Бабушка устроила скандал: 'Кого ещё ждёшь? Тебе уже за двадцать пять!' Через три месяца свадьба. Мама призналась позже: не любила, но боялась остаться одна".
Государство считает твоих детей
В СССР существовал налог на бездетность. Официальное название – "налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан". Ввели в 1941-м, отменили только в 1992-м.
- Платили мужчины от двадцати до пятидесяти лет и замужние женщины от двадцати до сорока пяти, если у них не было детей. Шесть процентов от зарплаты.
При средней зарплате 120 рублей – это семь рублей ежемесячно. Серьёзная сумма. Можно было купить три килограмма мяса или десять батонов хлеба.
Но экономическое давление было не главным. Главным было моральное. Бездетную замужнюю женщину считали эгоисткой.
"Живёт для себя" – это было обвинение. В СССР каждый должен был думать о будущем страны. А будущее – это дети. Отказ рожать воспринимался как отказ выполнять гражданский долг.
- Врачи начинали пугать "старородящими" с двадцати восьми лет. "Рожать надо до тридцати, иначе будут отклонения". Никаких медицинских оснований – чистое давление.
На работе тоже доставали. "Когда уже детей заведёшь?" "Семья без детей – не семья". На партсобраниях могли публично спросить: "Почему не рожаете?"
Мне кажется, что многие рожали детей не потому что хотели, а потому что не выдерживали этого прессинга со всех сторон.
Красивая – значит распущенная
Яркий макияж, модная одежда, ухоженные волосы – всё это могло стать поводом для обвинений.
Логика простая: советская женщина работает на благо страны. У неё нет времени часами краситься и следить за модой. Если она ухожена и хорошо одета – значит, что-то не так.
- Откуда деньги на импортные вещи при зарплате 120 рублей? Либо нетрудовые доходы, либо муж даёт (тоже подозрительно – откуда у него?), либо вообще непонятно что.
Особо бдительные граждане могли заподозрить в проституции. Анонимка в милицию – и начинается проверка. Даже если ничего не найдут, репутация испорчена.
На работе вызывали: "Товарищ Сидорова, объясните происхождение вашего платья". "Где вы приобрели эту косметику?" Нужно было доказывать, что всё честно – купила на зарплату, получила в подарок, сшила сама.
- Журнал Burda Moden был запретным плодом. Его передавали из рук в руки, прятали от посторонних глаз. Переснимали выкройки по ночам. Шили дома тайком – чтобы на работе не увидели слишком модное платье.
Из воспоминаний: "Мама сшила себе юбку по выкройке из Burda. Надела на работу. Начальница сразу: 'Откуда такая юбка? Где достала ткань?' Пришлось врать, что старое платье перешила".
Хозяйка должна быть идеальной – после восьми часов работы
Советская женщина работала полный день наравне с мужчинами. Потом приходила домой и начинала второй рабочий день.
- Никаких посудомоечных машин. Никаких готовых полуфабрикатов. Всё вручную: готовка, стирка, уборка, глажка, штопка, вязание.
Муж пришёл в мятой рубашке – осудят жену. Дети неопрятные – виновата мать. В квартире бардак – "нерадивая хозяйка".
Причём осуждали публично. На работе, на собраниях, в очередях. "Видела Петрову? Муж как бомж ходит – она совсем за ним не следит".
- Плюс огород. Для большинства семей он был важным источником продуктов. Картошка, огурцы, помидоры – всё своё. После работы на электричке за город. Копать, полоть, поливать. Выходные – там же.
Из воспоминаний: "Мама работала на заводе, потом огород, потом дома готовка-стирка до полуночи. Спала по пять часов. Один раз не погладила отцу рубашку – он пришёл на завод помятый. Мастер при всех: 'Жена совсем обленилась?' Отец пришёл домой злой – устроил скандал".
Система контроля на каждом углу
Всё это работало потому, что существовала разветвлённая система контроля за личной жизнью.
Домкомы и жилконторы следили за порядком в доме. Соседи сообщали о подозрительных посетителях, шумных гуляниях, аморальном поведении.
- Парткомы и профсоюзы на работе контролировали моральный облик. Регулярные собрания, на которых разбирали личную жизнь коллег. "Товарищ Иванова, почему вы до сих пор не замужем?"
Товарищеские суды рассматривали бытовые конфликты. Плохая хозяйка, скандальная соседка, женщина с подозрительным образом жизни – всё попадало на суд.
Это не были формальности. Решения товарищеских судов влияли на карьеру, жильё, доступ к благам. Выговор мог лишить премии. Общественное порицание – права на улучшение жилищных условий.
Я думаю, что именно эта система тотального контроля заставляла людей жить не своей жизнью. Не по своим правилам, а по тем, что одобряло общество.