Домой я ворвалась как ураган, скинула ботинки прямо у порога и пулей метнулась на кухню. Половина десятого вечера, я не ела с обеда, и в голове стучало одно слово: еда.
Но на пороге кухни я замерла.
За моим столом сидел мой муж Игорь. Рядом с ним – его мать Нина Петровна. А у плиты, помешивая что-то в кастрюле, стояла незнакомая девушка в аккуратном свитере и джинсах.
– Вера! – Игорь вскочил со стула. – Ты уже пришла!
– Очевидно, – я перевела взгляд на незнакомку, потом на свекровь. – Что здесь происходит?
Нина Петровна отхлебнула чай и улыбнулась так, будто все абсолютно нормально.
– Веронька, вот как раз кстати. Знакомься, это Ксения, дочка моей подруги Ольги Михайловны. Ксюша, это Вера, жена Игоря.
Девушка обернулась, вытерла руки о полотенце и застенчиво улыбнулась.
– Здравствуйте, Вера. Простите, что без предупреждения, я просто хотела помочь.
– Помочь? – я почувствовала, как внутри что-то сжимается. – Помочь с чем?
– Ну как с чем! – Нина Петровна поставила чашку на стол. – Ты же на работе до ночи. Игорь голодный сидит, я переживаю. Вот и попросила Ксюшу зайти, приготовить нормальный ужин.
Я посмотрела на Игоря. Он виновато отвел глаза.
– И как она зашла? – я старалась говорить спокойно. – Дверь взломала?
– Нина Петровна дала мне ключи, – тихо ответила Ксения. – Я правда не хотела никого обидеть.
Ключи. У меня потемнело в глазах.
– Игорь, – я повернулась к мужу, – ты в курсе был?
– Мама позвонила, сказала, что зайдет с подругой, – он замялся. – Я не знал, что Ксения будет готовить. Я думал, просто в гости.
– Просто в гости, – повторила я. – С ключами от моей квартиры.
– От нашей квартиры, – поправила Нина Петровна. – Или ты забыла, кто вложил деньги в эту самую квартиру?
Вот оно. Это началось не сегодня. Это копилось месяцами, а может, и годами. Но именно в этот момент я поняла: больше терпеть не буду.
Три года назад, когда мы с Игорем только поженились, квартирный вопрос стоял остро. Снимать жилье было дорого, копить – долго. Нина Петровна тогда предложила помочь деньгами на первоначальный взнос. Мы согласились. Оформили квартиру на нас обоих в равных долях, а помощь от свекрови приняли как подарок, без всяких расписок.
Первые два года все было терпимо. Нина Петровна приезжала по выходным, иногда оставалась на обед. Делала мелкие замечания типа "плохо вытерла пыль" или "могла бы и салфеток красивых купить", но я не обращала внимания. Игорь смеялся: мама, мол, у всех такая, привыкнет.
Но после новогодних праздников что-то сломалось.
Восьмого января, в первую субботу после выхода на работу, я просто не смогла встать с дивана. Каникулы мы провели у родителей Игоря: застолья, уборка после гостей, готовка новых блюд. Я вкалывала как проклятая, пока свекровь оценивающе смотрела, правильно ли я режу салаты и достаточно ли румяны пирожки.
– Игорь, давай закажем что-нибудь, – попросила я, лежа на диване с телефоном в руках. – Я устала.
– Давай, – он достал телефон. – Суши хочешь?
– Пиццу, – попросила я. – Большую.
Мы заказали. Через час уже ели, смотрели сериал и радовались тишине. А потом в дверь позвонили. Игорь открыл, и на пороге появилась Нина Петровна – с сумками, в пальто, с недовольным лицом.
– Здравствуйте, – она прошла в коридор, даже не спросив. – Я тут мимо проезжала, решила зайти.
Она никогда мимо не проезжала. Она живет в другом районе.
Нина Петровна прошла на кухню, остановилась, уставившись на коробки из-под пиццы.
– Это что, ваш обед?
– Ну да, – я села на диване. – Заказали доставку.
– Доставку, – свекровь повторила это слово так, будто я сказала что-то непристойное. – Игорь, а ты не голоден после такой еды?
– Нет, мам, я сыт, – он продолжал жевать кусок пиццы.
– Сыт, – Нина Петровна сняла пальто и повесила его на вешалку. – Вера, а ты не могла приготовить мужу нормальный обед?
Я почувствовала, как напрягаюсь.
– Нина Петровна, я всю неделю готовила. Сегодня просто хотелось отдохнуть.
– Отдохнуть, – она прошла на кухню, открыла холодильник. – А суп у вас есть? Второе? Игорь, ты помнишь, как я тебя кормила? Каждый день свежее, горячее!
– Мам, все нормально, – Игорь попытался остановить ее. – Мы взрослые люди, сами решаем, что есть.
– Взрослые, – Нина Петровна закрыла холодильник. – Настоящая жена должна следить за домом и за мужем. А не по диванам лежать.
Я встала. Подошла к кухне, посмотрела свекрови в глаза.
– Я работаю. Игорь работает. Мы оба устаем. И иногда мы имеем право заказать еду, если хотим.
– Имеете право, – Нина Петровна кивнула. – Конечно, имеете. Только не удивляйся потом, когда муж уйдет к той, которая умеет о нем заботиться.
Игорь вскочил с дивана.
– Мама, хватит!
– Я говорю правду, – она взяла сумку. – Мужчины ценят заботу. Если ты, Вера, не можешь дать ему это, найдется та, которая сможет.
Она ушла, хлопнув дверью. Я стояла посреди кухни, сжав кулаки. Игорь подошел, обнял.
– Не обращай внимания, она просто волнуется.
– Волнуется, – повторила я. – Игорь, она назвала меня плохой женой.
– Она не это имела в виду, – он вздохнул. – Просто у нее такой характер. Она же из лучших побуждений.
Из лучших побуждений. Эту фразу я услышу еще много раз.
Следующую неделю свекровь названивала почти каждый день. То на городской телефон, то на мобильный. Я была на работе, когда она позвонила в среду.
– Вера, это Нина Петровна.
– Здравствуйте, – я зажала телефон между ухом и плечом, продолжая печатать отчет.
– Игорь вчера пришел домой в мятой рубашке. Ты не гладишь ему вещи?
Я замерла.
– Нина Петровна, у Игоря на работе есть шкафчик. Он сам достает одежду по утрам, я даже не вижу, что он надевает.
– То есть ты даже не проверяешь, в чем муж идет на работу?
– Он взрослый человек, – я старалась сохранять спокойствие. – Он сам выбирает себе одежду.
– Взрослый человек, – в трубке послышался вздох. – Вера, я не хочу тебя обижать, но ты должна понять: мужчина должен выглядеть опрятно. Это твоя обязанность.
– Это его обязанность, – я перестала печатать. – И если он пришел в мятой рубашке, значит, сам не погладил.
– Ты молодая, неопытная, – Нина Петровна говорила так, будто мне пятнадцать, а не двадцать восемь. – Но я думала, ты хотя бы базовые вещи понимаешь.
– Я понимаю, что вы вмешиваетесь в нашу семейную жизнь, – сказала я жестче, чем планировала.
Она повесила трубку.
Вечером Игорь пришел угрюмый. Я встретила его в коридоре.
– Мама звонила?
– Звонила, – я кивнула. – Сказала, что я плохая жена, потому что не глажу тебе рубашки.
Он снял ботинки, прошел в комнату, сел на диван.
– Она просто переживает, – сказал он устало. – Не принимай близко к сердцу.
– Игорь, она звонит мне на работу, чтобы критиковать.
– Я поговорю с ней, – пообещал он. – Попрошу не беспокоить тебя по мелочам.
Но он не поговорил. Или поговорил, но это не помогло.
Через неделю Нина Петровна зашла к нам вечером, без предупреждения. Я готовила ужин – простую курицу с овощами.
– Добрый вечер, – она прошла на кухню, посмотрела на сковородку. – Это что, курица?
– Да, – я помешала овощи.
– Гречку будешь?
– Рис.
– Игорь гречку больше любит, – она открыла холодильник. – И почему у вас так мало еды?
– Нам хватает, – я выключила плиту.
Нина Петровна закрыла холодильник, посмотрела на меня.
– Вера, я хотела поговорить. Не обижайся, но я волнуюсь за сына. Он похудел, часто устает. Ты уверена, что справляешься?
– Справляюсь с чем?
– С ролью жены, – она села на стул. – Я не говорю, что ты плохая. Просто, может, тебе нужна помощь?
– Какая помощь?
– Ну, например, я могу приезжать чаще, помогать с уборкой, готовкой, – она улыбнулась. – Или можем нанять домработницу. Игорь же зарабатывает хорошо.
– Нина Петровна, – я села напротив нее. – Мы с Игорем справляемся. У нас все нормально.
– Нормально, – она вздохнула. – Вера, я хочу показать тебе кое-что. Ты помнишь Ксению, дочь моей подруги Ольги Михайловны?
– Нет.
– Такая милая девушка, два года младше тебя. Она живет с матерью, заботится о ней, готовит каждый день, дом у них блестит. Вот это я понимаю – настоящая хозяйка.
Я почувствовала укол в груди.
– И что вы хотите этим сказать?
– Ничего, – Нина Петровна встала. – Просто говорю, что есть девушки, которые понимают, что значит быть женой. А есть те, кто думают, что можно работать и забивать на дом.
В этот момент пришел Игорь. Он вошел, поздоровался с матерью, обнял меня.
– Что-то случилось?
– Нет, сынок, – Нина Петровна взяла сумку. – Я просто зашла. Кстати, в субботу приходите ко мне на обед. Ольга Михайловна с Ксенией будут, познакомитесь.
Она ушла. Игорь посмотрел на меня.
– Все в порядке?
– Нет, – я прислонилась к его плечу. – Твоя мать считает меня плохой женой.
– Она не это имела в виду, – он обнял меня крепче. – Просто она привыкла все контролировать.
– И что мне делать?
– Потерпи, – попросил он. – Она успокоится.
Но она не успокаивалась.
В субботу мы поехали к Нине Петровне на обед. Я не хотела, но Игорь уговорил.
– Один раз, – сказал он. – Поедем, пообедаем, уедем. Мама просто хочет пообщаться.
Когда мы вошли в квартиру свекрови, там уже сидели две женщины. Одна – лет пятидесяти, полная, с улыбчивым лицом. Вторая – молодая, худенькая, с аккуратной прической и застенчивой улыбкой.
– Игорек! – полная женщина вскочила. – Какой ты большой стал! Я тебя лет десять не видела!
– Ольга Михайловна, – Игорь улыбнулся. – Здравствуйте.
– А это моя Ксюша, – Ольга Михайловна подтолкнула девушку вперед. – Помнишь, вы в детстве вместе играли?
– Смутно, – признался Игорь.
Ксения улыбнулась, протянула руку мне.
– Здравствуйте, вы, наверное, Вера?
– Да, – я пожала ее руку.
Мы сели за стол. Нина Петровна начала раскладывать еду, и тут началось.
– Ксюша, расскажи, как ты готовила этот салат, – попросила Ольга Михайловна.
– О, это несложно, – Ксения заулыбалась. – Просто нужно правильно нарезать овощи и заправить маслом.
– Ксения готовит каждый день, – сказала Нина Петровна. – Вот это я понимаю – забота о семье.
Я сжала вилку.
– А вы работаете, Ксения? – спросила я.
– Да, я администратор в медицинском центре, – она кивнула. – Но стараюсь успевать и дома все делать.
– Вот видишь, Вера, – Нина Петровна повернулась ко мне. – Можно и работать, и дом содержать.
– Я тоже так делаю, – сказала я тихо.
– Ну, у каждого свое понимание, что значит содержать дом, – Ольга Михайловна улыбнулась. – Ксюша у меня перфекционистка. Даже носки Игорю своему будущему будет гладить!
Она засмеялась. Нина Петровна тоже. Игорь поперхнулся, я замерла.
– Какому Игорю? – спросила я.
– Ну, в смысле, мужу, – Ольга Михайловна махнула рукой. – Оговорилась.
Но я видела, как переглянулись две подруги. Видела, как Ксения покраснела и опустила глаза. И поняла: это не случайная встреча. Это смотрины.
Остаток обеда я молчала. Игорь пытался поддерживать разговор, но тоже чувствовал напряжение. Когда мы уезжали, Нина Петровна обняла меня на прощание и прошептала на ухо:
– Я не хочу тебя обижать, Вера. Просто подумай, достаточно ли ты стараешься.
Я не ответила.
В машине Игорь молчал. Я смотрела в окно, чувствуя, как внутри все кипит.
– Ты видел это? – спросила я наконец.
– Что?
– Твоя мать показывает тебе другую женщину. Как замену мне.
– Вера, не придумывай, – он вздохнул. – Это просто подруга мамы с дочкой. Обычный обед.
– Обычный, – я повернулась к нему. – Игорь, ты слышал, что они говорили? Как Ксения готовит, как заботится, как будет гладить носки своему будущему мужу?
– Обычная женская болтовня, – он пожал плечами.
– Болтовня, – я откинулась на сиденье. – Хорошо. Посмотрим.
Но я не ожидала, что все случится так быстро.
Две недели после того обеда прошли относительно спокойно. Нина Петровна не звонила, не приезжала. Я почти расслабилась, думая, что буря прошла.
А потом случился тот четверг.
Отчет, который я должна была сдать до конца недели, внезапно понадобился начальству срочно. Тамара Ивановна, наш старший менеджер, попросила меня остаться и доделать все к утру.
– Вера, я понимаю, что у тебя планы, но это важно, – сказала она. – Завтра большая встреча, нужны все данные.
Я позвонила Игорю, предупредила, что задержусь. Он сказал, что не страшно, перекусит чем-нибудь.
Я работала до половины девятого. Когда наконец закончила, голова раскалывалась, глаза слипались. Я схватила сумку и побежала к метро.
Дома свет горел. Я открыла дверь, скинула ботинки и пошла на кухню – хотелось хоть чаю попить.
И увидела их. Игорь, Нина Петровна и Ксения сидели за столом. Передо мной стояли тарелки с едой, пахло жареным мясом и свежим хлебом.
– Вера! – Игорь вскочил. – Ты уже пришла!
Я не могла вымолвить ни слова. Просто стояла и смотрела на эту картину: моя кухня, мой стол, моя свекровь и чужая женщина.
– Веронька, вот как раз кстати, – Нина Петровна улыбнулась. – Знакомься, это Ксения, дочка моей подруги Ольги Михайловны. Ксюша, это Вера, жена Игоря.
Ксения встала, вытерла руки о полотенце.
– Здравствуйте, Вера. Простите, что без предупреждения, я просто хотела помочь.
– Помочь? – я наконец нашла голос. – Помочь с чем?
– Ну как с чем! – Нина Петровна поставила чашку на стол. – Ты же на работе до ночи. Игорь голодный сидит, я переживаю. Вот и попросила Ксюшу зайти, приготовить нормальный ужин.
Я посмотрела на Игоря. Он стоял у стола, виновато переминаясь с ноги на ногу.
– И как она зашла? – я старалась не повышать голос. – Дверь взломала?
– Нина Петровна дала мне ключи, – тихо ответила Ксения. – Я правда не хотела никого обидеть.
Ключи. Я почувствовала, как лицо горит.
– Игорь, – я повернулась к мужу, – ты в курсе был?
– Мама позвонила, сказала, что зайдет с подругой, – он замялся. – Я не знал, что Ксения будет готовить. Я думал, просто в гости.
– Просто в гости, – повторила я медленно. – С ключами от моей квартиры.
– От нашей квартиры, – Нина Петровна встала. – Или ты забыла, кто вложил деньги в эту самую квартиру? Я имею полное право быть здесь, когда захочу.
Все. Меня прорвало.
– Вы не имеете права! – я шагнула к ней. – Это МОЯ квартира! МОЙ дом! И какого черта вы притащили сюда посторонюю женщину готовить ужин МОЕМУ мужу?
– Вера, успокойся, – Игорь попытался взять меня за руку, но я отдернулась.
– Не трогай меня! Ты вообще понимаешь, что происходит? Твоя мать приводит сюда другую женщину, дает ей ключи, и ты молчишь!
– Я не молчу, – он повысил голос. – Я просто не знал!
– Не знал, – я засмеялась, но смех вышел истеричным. – Конечно, не знал. Потому что тебе удобнее не знать!
– Вера, хватит устраивать сцены, – Нина Петровна подошла ко мне. – Ты должна быть благодарна! Видишь, как о твоем муже заботятся, пока ты на работе пропадаешь?
– Благодарна? – я не верила своим ушам. – За что благодарна? За то, что вы решили найти моему мужу замену?
– Никто не ищет замену, – Ксения попыталась вмешаться. – Я правда просто хотела помочь. Нина Петровна переживала, что Игорь голодный, я согласилась зайти и приготовить. Все.
Я посмотрела на нее. Молодая, хорошенькая, застенчивая. Идеальная картинка.
– Убирайтесь, – сказала я тихо. – Обе убирайтесь из моего дома. Сейчас же.
– Вера! – Игорь схватил меня за плечи. – Остановись!
– Нет! – я вырвалась. – Я не позволю так со мной обращаться! Нина Петровна, верните ключи. Немедленно.
– Не верну, – она скрестила руки на груди. – Я вложила деньги в эту квартиру, имею право приходить, когда захочу.
– У вас нет права! – я подошла к ней вплотную. – Это наша с Игорем квартира. Ваши деньги были помощью, а не инвестицией. Верните ключи, или я вызову полицию.
– Полицию? – Нина Петровна усмехнулась. – На родную мать мужа? Игорь, скажи ей что-нибудь!
Игорь стоял между нами, бледный, растерянный. Я видела, как он мечется, не зная, кого поддержать. И в этот момент я поняла: если он сейчас не встанет на мою сторону, все кончено.
– Игорь, – я посмотрела ему в глаза. – Выбирай. Либо я, либо она. Если твоя мать не уйдет прямо сейчас, не вернет ключи и не прекратит это все, я уйду сама. Навсегда.
Он молчал. Долгие, мучительные секунды он просто стоял и смотрел на меня. Потом перевел взгляд на мать.
– Мама, – сказал он тихо. – Верни ключи.
Нина Петровна вздрогнула, будто ее ударили.
– Что?
– Верни ключи, – повторил он громче. – Вера права. Это наша квартира, наша жизнь. Ты не должна была приводить сюда Ксению без нашего разрешения.
– Игорь, ты с ума сошел? – голос Нины Петровны дрожал. – Я твоя мать! Я заботилась о тебе всю жизнь! Я хотела помочь!
– Я не просил о помощи, – он подошел к матери. – Мама, я люблю тебя, но это перебор. Мы с Верой разберемся сами.
Нина Петровна смотрела на сына, потом на меня. В ее глазах была боль, злость, обида. Она полезла в сумку, достала связку ключей, бросила их на стол.
– Забирайте, – процедила она. – Раз я вам не нужна, забирайте. Ксюша, пошли.
Они ушли. Дверь хлопнула так, что задрожали стены. Я осталась стоять посреди кухни, тряслась от пережитого.
Игорь подошел, обнял меня. Я уткнулась ему в грудь и разрыдалась. Долго, навзрыд, не сдерживаясь. Он гладил меня по волосам, целовал в макушку.
– Прости, – шептал он. – Прости, я не знал, что все зайдет так далеко. Прости.
Но я не могла ответить. Я просто плакала, выплескивая всю боль, которая копилась месяцами.
На следующий день я пришла на работу разбитая. Тамара Ивановна сразу заметила.
– Вера, что случилось?
Я рассказала. Все. Про свекровь, про Ксению, про ключи, про скандал. Тамара слушала, качая головой.
– И что теперь? – спросила она.
– Не знаю, – призналась я. – Игорь вроде на моей стороне, но боюсь, что это ненадолго. Его мать не успокоится.
– А документы на квартиру у вас как оформлены? – Тамара задумчиво посмотрела на меня.
– На нас обоих, в равных долях.
– Тогда деньги свекрови – это просто помощь, – она кивнула. – Если нет расписок и договора займа, она не может предъявлять права на квартиру. Проверь документы, убедись.
Вечером я достала все бумаги. Тамара была права: квартира оформлена на меня и Игоря, по половине каждому. Деньги от Нины Петровны мы получили как подарок, никаких документов не подписывали.
Когда Игорь пришел домой, я показала ему документы.
– Смотри. Квартира наша. Твоя мать не имеет на нее никаких прав.
Он посмотрел на бумаги, вздохнул.
– Я знаю. Она просто привыкла все контролировать. После развода с отцом я остался с ней один, она всю жизнь мной занималась. Ей трудно отпустить.
– Игорь, – я взяла его за руку. – Я понимаю, что она твоя мать. Но это наша жизнь. Если она не научится уважать наши границы, мы не выживем.
Он кивнул.
– Я поговорю с ней.
Но говорить не пришлось. Нина Петровна не звонила три дня. Потом позвонила Игорю, плакала в трубку, говорила, что хотела как лучше, что боится, что сын будет несчастен.
Игорь поехал к ней в субботу. Вернулся поздно вечером, усталый.
– Как прошло? – спросила я.
– Тяжело, – он снял куртку. – Она плакала, говорила, что я предал ее ради тебя. Но я объяснил: это не предательство. Это граница. Мы взрослые, у нас своя семья.
– И что она?
– Сказала, что подумает, – он обнял меня. – Но я чувствую, это не конец.
Он оказался прав. Через неделю Нина Петровна снова появилась на пороге. На этот раз одна, с пакетом продуктов.
– Здравствуйте, – она стояла в дверях, не решаясь войти. – Можно?
Я посмотрела на Игоря. Он кивнул. Я отступила, пропуская свекровь внутрь.
Нина Петровна прошла на кухню, поставила пакет на стол.
– Я принесла пирожки. Испекла сама.
Мы сели за стол. Нина Петровна нервно теребила край скатерти.
– Вера, – начала она наконец. – Я хотела с тобой поговорить. Наедине.
Игорь посмотрел на меня, я кивнула. Он ушел в комнату, закрыл дверь.
– Я... – Нина Петровна замолчала, потом продолжила. – Я не хотела тебя обидеть. Правда. Я просто переживала.
– За что? – я смотрела ей в глаза.
– За Игоря, – она вздохнула. – Он у меня один. После развода с отцом я воспитывала его одна. Мне всегда казалось, что никто не сможет позаботиться о нем так, как я.
– Нина Петровна, – я наклонилась вперед. – Я не пытаюсь заменить вас. Я люблю Игоря. Да, я не идеальная хозяйка. Да, я иногда устаю и заказываю еду. Но я делаю все, что могу, и мне нужно ваше уважение к моему выбору.
Она молчала. Потом подняла глаза.
– А Ксения... это была глупость. Ольга Михайловна сама подтолкнула, говорила, что ее дочь так хочет удачно выйти замуж. Я подумала... – она замолчала. – Я подумала, что если Игорь увидит, как может быть, он... ну, в общем, глупость.
Я не ожидала такой откровенности.
– Вы хотели, чтобы мы развелись?
– Нет! – она замотала головой. – Нет, я просто хотела, чтобы ты поняла, что нужно стараться. Но я поступила неправильно, понимаю. Прости.
Это было первый раз, когда Нина Петровна извинилась передо мной. Я сидела, не зная, что сказать.
– Я не буду обещать, что изменюсь сразу, – продолжила она. – Мне трудно отпускать контроль. Но я постараюсь. Ради Игоря. И ради вас.
Я кивнула.
– Хорошо. Но с условиями. Вы приходите, когда мы приглашаем. Вы не критикуете, как я веду хозяйство. И никаких больше ключей.
Она согласно кивнула.
– Договорились.
Прошел месяц. Нина Петровна держала слово: приезжала раз в неделю, предупреждала заранее. Критики стало меньше, хотя иногда она не могла удержаться от замечаний. Но я научилась их игнорировать.
Ксения позвонила мне через две недели после того скандала. Извинялась, говорила, что мать заставила, что ей самой было неловко. Я поверила ей. В конце концов, она просто попала в чужую семейную драму.
Однажды воскресным вечером мы сидели с Игорем на кухне, пили чай. Я приготовила курицу с картошкой, он хвалил.
– Вкусно, – сказал он, целуя меня в щеку.
– Спасибо, – я улыбнулась.
– Вера, – он взял меня за руку. – Прости, что не сразу встал на твою сторону. Мне было трудно выбирать между тобой и мамой.
– Ты все равно выбрал, – я сжала его руку. – И это главное.
Через полчаса позвонила Нина Петровна. Игорь ответил, говорил минут пять, потом протянул трубку мне.
– Мама хочет с тобой поговорить.
Я взяла телефон.
– Да, Нина Петровна?
– Вера, – в голосе свекрови звучала непривычная мягкость. – Я вот тут подумала... У вас в воскресенье планы есть?
– Нет, – ответила я осторожно.
– Может, приедете ко мне на обед? Я пирог испеку, твой любимый, с яблоками.
Я удивленно посмотрела на Игоря. Он улыбнулся, кивнул.
– Хорошо, – сказала я. – Приедем.
Когда я положила трубку, Игорь обнял меня.
– Видишь? Все наладилось.
Не совсем. Нина Петровна по-прежнему была властной, принципиальной, любящей контролировать. Но теперь она хотя бы пыталась уважать наши границы. И это было уже много.
В воскресенье мы приехали к свекрови. Она встретила нас улыбкой, накормила пирогом. За столом похвалила мое новое платье, спросила, как дела на работе. Не сделала ни одного язвительного замечания.
Когда мы уезжали, она обняла меня на прощание.
– Спасибо, что приехали, – сказала она тихо.
– Спасибо, что позвали, – ответила я.
В машине Игорь взял меня за руку.
– Я горжусь тобой, – сказал он. – Ты не сдалась. Отстояла нас.
Я посмотрела в окно, на зимний вечер, на огни города. Да, я отстояла. Отстояла право быть собой, право на свою жизнь, свой дом, своего мужа. И пусть свекровь не стала идеальной, пусть отношения не превратились в сказку – зато они стали честными. А это дороже любой идеальной картинки.
Полгода после примирения прошли спокойно. Вера даже поверила, что все наладилось. Но утром в среду Игорь ворвался домой бледный: "Мама в больнице! Инсульт!" А вечером, когда они мчались к Нине Петровне, на телефон пришла эсэмэска от неизвестного номера: "Вера, это Ксения. Мне нужна помощь. Срочно!"
Конец 1 части, продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...