Мы с Игорем женаты 15 лет. У нас двое детей-школьников, налаженный быт, дача, собака. Я всегда считала наш брак крепким, хотя, конечно, страсти поутихли, осталась рутина. Но это нормальная, теплая семейная рутина. Так я думала до прошлого вторника.
Игорь пришел с работы какой-то одухотворенный. Он не стал есть ужин, а сел напротив меня и взял за руку.
- Наташа, я много думал. Мне сорок лет. Я чувствую, что задыхаюсь.
Я испугалась. Заболел? Уволили?
- В чем дело?
- В бытовухе, - вздохнул он. - Дом, работа, дом. Дети шумят, собака лает, ты про квитанции спрашиваешь. Я теряю себя как личность. Мне нужно пространство и тишина. Я хочу свободы.
Я замерла.
- Ты хочешь развод?
- Нет! - воскликнул он. - Зачем сразу так радикально? Я предлагаю современное решение. Гостевой брак.
Он вытащил телефон и показал мне фотографии квартиры-студии.
- Вот, я уже присмотрел. Это в соседнем квартале, уютная студия. Я буду там жить. Читать, медитировать, спать в тишине. А к вам буду приходить в гости. Это освежит наши чувства! Мы будем ходить на свидания, как в молодости.
Я слушала и пыталась переварить. Муж хочет съехать, чтобы «медитировать».
- Хорошо, - медленно сказала я. - Допустим. Ты живешь там. А бюджет? А дети?
- Бюджет общий, конечно. Аренда недорогая, я потяну. С детьми буду гулять по выходным.
Тут он немного замялся и добавил самое интересное:
- Ну и, Наташ, ты же понимаешь... Я готовить не умею, да и времени нет. Я буду приходить к вам на ужины. Часиков в семь. Поем, пообщаюсь с детьми и пойду к себе. Ну и вещи... Там стиралки нет нормальной, да и гладить я ненавижу. Я буду приносить грязное, а забирать чистое. Ты же все равно машинку запускаешь, тебе не сложно.
У меня отвисла челюсть.
- Подожди, давай уточним. Ты хочешь жить один, чтобы никто не мешал тебе спать и смотреть телевизор. Но есть ты хочешь мои котлеты, а ходить хочешь в вещах, которые погладила я?
- Ну мы же семья! - удивился он. - Я же не чужой человек. Просто меняю локацию для сна. Зато представь: я прихожу вечером, сытый, довольный, соскучившийся. Никакого раздражения. Идеально же!
То есть он хотел снять с себя все обязанности (шум, уроки детей, бытовые проблемы, ночной плач собаки), но оставить все бонусы (вкусная еда, чистая одежда, забота). Он хотел стать подростком, который съехал от мамы, но продолжает возить ей сумки с грязным бельем.
Внутри меня поднялась холодная волна. Я посмотрела на этого «философа» и улыбнулась.
- Знаешь, Игорь, идея отличная.
- Правда? - он просиял. - Я знал, что ты мудрая женщина!
- Правда. Снимай квартиру и съезжай, прямо завтра.
Игорь собрал вещи мгновенно. Он был счастлив. Уходя, он чмокнул меня в щеку:
- Жди завтра к ужину! Что у нас? Плов? Обожаю твой плов.
На следующий день в 19:00 раздался звонок в дверь. Я открыла. На пороге стоял Игорь. Свежий, довольный, с пакетом грязного белья в руках.
- Привет, семья! Ох, как пахнет! - он попытался пройти в коридор.
Я встала в проеме, упершись рукой в косяк.
- Привет. Ты куда?
- В смысле? - опешил он.
- Ужинать. И вот, вещи принес.
- Извини, Игорь, - сказала я спокойно. - Но концепция изменилась. Гостевой брак - это когда мы живешь отдельно и ведем хозяйство отдельно.
- Но мы же договаривались...
- Ты предлагал. Я послушала, а теперь мои условия. Гости приходят по приглашению. Я тебя сегодня не приглашала. У нас с детьми свой режим, мы уроки делаем.
- Наташа, не дури! Я есть хочу!
- В соседнем квартале есть отличная кулинария. Или зайди в «Ленту» и гупи готовой еды. Ты же хотел свободы? Свобода - это в том числе ответственность за свой желудок.
- А стирка? - он растерянно поднял пакет.
- Прачечная за углом. Или купи тазик. Я не обслуживаю посторонних мужчин, которые живут в другой квартире.
- Я не посторонний! Я твой муж!
- Муж живет с женой, делит с ней быт, проблемы и радости. А ты - «гость». А у гостей сервиса «все включено» в моей квартире нет. Хочешь ужинать, значит приходи с продуктами и готовь на всех. Хочешь чистое, значит стирай сам.
Я закрыла дверь перед его носом. Он звонил, стучал, кричал про «женскую стервозность» и что я рушу семью. Потом ушел. Через три дня его «свободы» хватило ему с головой. Он питался пельменями, оброс щетиной (вещи закончились) и заскучал в своей тишине. Он пришел с чемоданом обратно.
- Ладно, - буркнул он. - Эксперимент не удался. Я вернулся.
- А я не уверена, что хочу тебя принимать, - ответила я. - Мне эти три дня в тишине тоже понравились. Никто не разбрасывает носки и не требует ужин по расписанию. Так что иди-ка ты, Игорь, обратно в студию. Поживи там месяц. Научись варить суп, включать стиральную машину. Повзрослей, а там посмотрим, нужен ли нам такой «свободный» папа или нам проще без него.
Сейчас он живет там. Учится гладить. Приходит к детям по выходным, ведет себя тише воды. Я пока думаю, пускать ли его обратно. Оказалось, что его «свобода» была лишь паразитизмом, а моя свобода началась именно тогда, когда он ушел.
Наталья, вы блестяще вскрыли подмену понятий. То, что предложил ваш муж, в психологии называется «ресурсным паразитизмом под маской автономии».
Мужчины в кризисе 40 лет часто хотят вернуться в состояние беззаботной юности, но при этом сохранить комфорт, обеспеченный женой-«мамой». Игорь хотел создать себе идеальный мир: у него есть личная берлога для отдыха, а грязную работу (быт, готовка, стирка) продолжает выполнять «обслуживающий персонал» в вашем лице. Если бы вы согласились на его условия, вы бы попали в ловушку: у вас бы стало больше работы (обслуживать два дома), а эмоциональной отдачи - ноль.
Ваша жесткая позиция («гость приходит по приглашению») - это единственно верная терапия. Вы вернули ему ответственность, которую он пытался сбросить. Вы показали, что свобода имеет цену: это самообслуживание и одиночество. Теперь у вас есть уникальный шанс перестроить отношения. Если Игорь вернется (а он очень хочет, потому что быт его победил), это должен быть возврат на новых условиях - полного партнерства, а не обслуживания. Не спешите открывать дверь, пусть урок усвоится глубоко.