Чуть свет Валера отправился остатки добычи из тайги вывозить. В разных местах лежало еще на одну - полторы загрузки самолета. Хорошо добыли.
Избавиться от компании удалось, заявив, что чем больше народу, тем шумнее процесс. Приезжие согласились. Николе, естественно, пришлось, как младшему механизатору, остаться с компанией. И водить ее по верховьям реки, где лось был не пуган еще.
Чтобы Валера в одиночку не потерял добычу, добывали-то трое, имелась шпаргалка.
Пройденная добытчиками лыжня читалась, и помогала нартник бить. Было, на что гусеницам опереться, и лыже за что зацепиться. Но, местами, пилить, снег кидать и рубить пришлось. Тормозило процесс то, что без лыж было глубоко, а с лыжами дольше.
Алгоритм вывозки проще некуда. Как уже говорил – после добывания, разделки на подъемные (одному человеку) семь частей + годный сбой, сложить их компактно на снегу, пройти обратно в два, или полтора следа, до магистрального нартника. А если имеется, как спрямить ход, и одного следа хватит.
Приехав же на место на снегоходе, сделать круг, стать на свой след под погрузку. Чтобы с места груженому легче взять. И пить чай, для чего иметь мешок с дровами и растопкой, чтобы время не терять на поиски дров, чифирбак и котел, кружки и набор закуски. Из закуски, обычно, при беготне за лосем, что-то соленое, при езде на снегоходе то, что можно сделать горячим или запить горячим чаем.
Нынче у Валеры имелось свежепривезенные: печенье и кусковой армейский сахар. Но он также брал и серьезнее еды на сутки, это было вареное мясо, замороженный хлеб и сухари. На всякое развитие событий. Это на случай, если снегоход откажется ехать. А до избы будет далеко. Хотя по нартнику «далеко» не считается – пройдешь ходко, заодно согреешься и отдохнешь на ходу. Тут был другой резон – снегоход оставлять в тайге незачем – никто не поможет, не спасет, лучше его сразу же исправить. Запалив костер побольше. Для того в дерюжку, чтобы снежной пылью не забилась, была завернута бензопила. И имелся тент.
Мясо Валера вывозил к избе-на-притоке. В ней же кратко ночевал, поскольку все время приезжал поздно. Раз брал с собой собак, пробегаться.
На третьи сутки вывозки собаки приветствовали гостя. В дверях показалась борода в куржаке и Морозов шепотом спросил:
- Немцы в деревне есть?
Чем рассмешил Валеру до колик. Тот едва раздышался, валяясь на нарах. Ну, бывает, ни с того - ни с сего вдруг набросится веселость. Особенно когда просто, весело и нет проблем.
Оказалось, что Морозов добыл еще двух лосей, но далековато и вне удобной ровной тайги. Оттого по-быстрому сбегал ко второй избе по ту сторону и вернулся. Соболей снял всего - ничего, долго ругал росомаху, которая сняла одного соболя, унесла, на остальных капканах приманку вычистила.
- Это пришлая, снизу, похоже «твоя», вражина.
- Так что, тут одна всего живет?
- Было бы больше, были бы следы, росомахи не летают.
Принесенные печенку и вырезку Морозов оставил на морозе. Отдал должное густому супу из казенных пакетов «суп вермишелевый», добавленных к вареному мясу, бульон с которого нейтрализовал специфический «пакетный» привкус:
- Как знал, что сбежишь от туристов.
- Они помощники, желание то доброе – помочь– скоро уже Новый Год, а мы все еще не добрали до плана.
- Прошлый раз они и себе не помогли, дулись по разным избушкам, аисты.
- Почему аисты?
- Потому что никогда их не видел.
Но нашим охотникам надо было спешить по другому поводу. Раз росомаха ушла со средней рассохи южнее, а магистрального нартника не пересекала, прошлая добыча в безопасности. Потому поехали, наперво, вывозить добычу Морозова. Обычно росомахи, если они есть, и не имеют иного корма, появляются у мяса, как из воздуха, на вторые сутки. Здесь бог миловал.
- К весне они тощают и рады каждому куску – подытожил Морозов, который росомах лáвливал – а молодые людей и все что с нами связано, опасаются еще, а если ее собольим капканом щелкнуло, это когда ставишь приманку сверху – тогда еще осторожнее.
- Тут, скорее, другой случай, думаю на олене они все, подбирают после забоя, а эта так, рыскала на будущее… а может и на сбое лосином – вон сколько мы дорог «Бураном» натоптали, во все стороны.
(Предполагать можно что угодно, конечно, это только потом понятно, по- результату. Вот мы его и подождем).
На шестой, что ли, день, еще засветло, в избе-на-притоке оказались гости с Николаем.
Были они слегка опухшие, осовелые, осунувшиеся и уставшие. Это понятно, с непривычки ход на лыжах трудный, мало и недели, чтобы раздышаться, выгнать из организма воду, из мышц кислое, из головы лень.
Лося они добыли одного, и то, взял его Николай. Остальное время он настраивал и протягивал снегоход. Тот оказался еще не вполне обкатанным, что-то пару сотен км. и проехал всего.
Валера ради интереса заглянул под капот, ограждение карба и сидушку. Изменения в конструкции были – рулевое крепилось в паре муфт, а не в трубе. Третья опора ведомых конусов была убрана, карбюратор уже стоял мотоциклетный, зажигание электронное, дополненное двумя коробками с неизвестным содержимым. Под двигателем таился стартер, а под сиденьем аккумулятор. У бака был закреплен отстойник. Колпак был модным с совершенно лишними верхними дырами на нем, через которые только снег собирать. Левую дыру Никола прикрыл картонкой от ящика.
Аппарат он хвалил, без деталей:
- Сказка – езжай куда хочешь, все по плечу.
- Это пока снег плотный, сам исправный и нартник есть – Валера будто набрался скепсиса от Морозова. А тот:
- И когда цель имеется, хвост морозить.
- Ага, но возможности у него… – хвалил Никола, игнорируя обоих циников, один из которых был уже, пожалуй, дока.
- Главное не переоцени возможности – ожидаемо направил восторг в сторону осторожности Валера.
Вошли в избу, заполненную так, что хоть стань в углу.
Ставшие румяными что после бани, гости стали и шумны:
– А не сделаем ли назавтра загон, а то не везет нам.
- Загон, это когда пять человек целый день теряют на одного лося, которого забирает загонщик, потому что лось от него идет мимо стрелков? – Морозов знал что говорил.
- Не та тайга загоны устраивать – приехали помочь – ставайте на след вдвоем и окружайте, так проще будет, а мы пока отвезем на базу мясо – сказал Валера, хотя в тайге еще лежала добыча – цените, что не мешаем, а время теряем.
Уже на базе, когда переделали все дела, Морозов после каких то слов о новых недругах, брезгливо заметил:
- Бухают чу ваки.
- Где слов таких набрался, старый дед? – засмеялся Валера.
- Не знают балбесы, что выбор прост – либо лось, либо стол, сколько мы потеряли времени и, соответственно, лосей из-за помощничков? А значит и барыша – выразительно посмотрел на Валеру Морозов.
- Стал фаталистом с тобой, сколько потеряли, столько и потеряли, значит, так было надо. А доход, он не для барыша, упрека не принимаю.
И погодя Морозов, как-то не в тему, снова о своем:
- Да-а, тупым ножом скорее порежешься… А и быстро этот гусь барина включил.
- Ты только революцию не устраивай, растери, заметил, каждый следующий хуже предыдущего?
- Да все на един лад, а воевать с ними – не по достоинству, наше оружие против барина - терпение и по фи гизм.
- А уж потом коммунизм – в рифму завершил Валера день и неделю.
