Продолжаем.
57. KT Tunstall – Suddenly I See
Не помню, когда и как впервые услышал эту песню, но точно не в фильме «Дьявол носит Prada» (посмотрел его не так давно). О самой Кейт я тоже ничего не знал, как не знаю и до сих пор. В любом случае, атмосфера и посыл «Suddenly I See» всегда наполняли меня весенним неунывающим чувством, с каким отправляешься в путешествие по жизни, идя по ней с танцем и песнями и не боясь никаких трудностей.
Саму певицу, по ее словам, вдохновило черно-белое фото Патти Смит, тот образ женщины и музыканта, какими увидела себя и Кейт. Такую же непосредственную жизнеутверждающую энергию несет и клип.
(Или здесь).
56. Oscar Isaac – Hang Me, Oh Hang Me
Помню, как вечером, посмотрев какой-то фильм и отложив «Внутри Льюина Дэвиса» на следующий, в итоге не удержался и запустил. Я не пошел дальше первой сцены, но уже и по ней понял, что полюблю это кино однозначно. Я был тогда фанатом Коэнов, но история бедного обаятельного музыканта, который безуспешно ищет популярности и едва сводит концы с концами, запала в душу особенно, как и сам актер.
Я неоднократно пересматривал «Льюина Дэвиса» и вообще люблю песни оттуда. Будь они веселые или трагичные (второго куда больше), Оскар Айзек справляется блестяще.
И «Hang Me, Oh Hang Me» – наверное, самая депрессивная из всех. Попросту говоря, она – о петле, что затягивают вокруг твоей шеи в конце бессмысленной и одинокой жизни. На протяжении которой ты странствовал и искал, пытался понять, кто ты и где твое место, есть ли оно вообще.
И, хотя лирический герой песни совершил, вероятно, преступление, его путь, его история и тоска сполна отзываются в Льюине. Судьба музыканта закольцовывается режиссерами в щемяще-печальную и во многом ироничную, конечно, одиссею. Исход которой не дает утешения и все же заставляет найти силы улыбнуться.
И, парадоксальным образом, даже безысходность «Hang Me, Oh Hang Me» звучит в этом случае спасительно. В ней – вся магия момента, все чудо музыки, что способна развеять тучи, заставить, может быть, задуматься, просто отдохнуть душой.
Искренняя самоотдача Льюина (и Оскара Айзека), становящегося голосом и духом песни, побеждает, – пусть на несколько минут, – страдания и абсурд, страх и потерянность, как личные, так и общечеловеческие. На фоне перемен и волнений эпохи, в тени ее ключевых фигур (в финале на сцену выходит молодой Боб Дилан) маленькая борьба маленького человека кажется незначительной, не нужной абсолютно никому.
Но, пока в твоей руке гитара, пока звучит и парит мелодия, пока голос певца ищет правду и утешение в словах, пытаясь даровать их своему слушателю, – пока эти минуты длятся, все хорошо. Как и то, что, благодаря творению Коэнов, маленькая судьба останется запечатленной и к ней всегда можно будет вернуться.
(Или здесь).