Сведения о Куликовской битве пришли к нам на основании четырёх основных источников, а уж они существуют в массе списков (т. е. вариантов).
1. «Краткая летописная повесть О Великом побоище на Дону» содержится в Троицкой летописи, которая сгорела в пожаре 1812 г. Историки считают, что она создана вскоре после 1380 г. и не содержит никаких напутствий, монахов, благословений, поединков – сошлись две рати, рубятся, поганые побежали... В числе убитых упомянут Александр Пересвет.
2. «Пространная летописная повесть о Куликовской битве» – предположительно написана в 30–50-х годах XV века. Никаких поединков. Страшная резня, победа, перечислены павшие князья, видные бояре, знаменитые воины, сказано, что среди других «тогда же на томь побоищи убьен быша Александръ Пересветъ, бывый преже болярин брянскый».
3. «Задонщина»датируется временем между самой битвой и концом XV века, к которому относится её самый ранний сохранившийся список – Кирилло-Белозерский. Подробности битвы, описание воинов, схватки, продолжительность, а поединка нет, но есть героическое обращение монаха Пересвета: «И сказал Пересвет-чернец великому князю Дмитрию Ивановичу: «Лучше нам убитым быть, нежели в плен попасть к поганым татарам!» Поскакивает Пересвет на своем борзом коне, золочеными доспехами сверкая, а уже многие лежат посечены у Дона Великого на берегу».
Появляется образ монаха (чернеца), но в богатом доспехе, в пылу сражения, вот прямо пушкинская тема: «Есть упоение в бою и мрачной бездны на краю!» И не историк писал – поэт, осознавший великое событие: они пошли на нас, а мы впервые их встретили так, как завещал Евпатий Коловрат: своим мечом крыжатым! Так князь Игорь бился, но его дружина лёгла под саблями, а мы выстояли, опрокинули поганых!
Была ли в русской средневековой воинской традиции, воинской культуре память о лихих (или роковых, символических, грозных) поединках?
Первое упоминание о поединке относятся к 922 году, когда во время похода печенегов на Русь хан кочевников предложил русским поединок между двумя сильнейшими воинами. Если побеждал печенежский воин, то Русь обязывалась уплатить дань.
Если побеждал русский воин, то печенеги отказывались от войны на ближайшие годы. Защищать честь русского войска доверили Никите Кожемяке. Как известно, он одержал победу в бою, а печенегам пришлось отступить.
Второй случай относится к 1022 году. Тмутараканский князь Мстислав Удалой организовал военный поход на касогов (предков современных адыгов). Касожский князь Редедя вышел с войском ему на встречу. Чтобы избежать кровопролития, русский князь предложил поединок, но не сражение – борьбу. Победителю доставалось всё – княжество, подданные и семья проигравшего.
Бой проходил без оружия. Когда Редедя проиграл, то попросил Мстислава убить его, чтобы избежать позора.
В 1249 году Ростислав Михайлович, князь Черниговский, осадил хорошо укрепленный волынский город Ярослав на реке Сан (ныне территория Польши). Горожане сделали вылазку, но в кровопролитной борьбе были отбиты и ушли в глухую осаду. Город имел крепкие стены, и Ростислав приказал воинам строить стенобитные машины.
Вскоре князь предпринял нестандартный шаг, устроив под стенами города турнир. О причинах, побудивших его поступить именно так, мы можем только догадываться. То ли, использую вынужденную паузу, он решил поднять боевой дух дружины, то ли захотел оказать психологическое воздействие на осажденных, поразив их искусством своих витязей. Летописец объясняет данный факт непомерными амбициями Ростислава: «Гордящу же ся ему, и сотвори игру пред градом…» В игре вместе с венграми и поляками участвовали и русские витязи.
Сам князь также выехал на ристалище, вызвав на копейную сшибку воеводу Ворша. Бойцы разъехались, разогнали коней и ударились. Князю не повезло: конь под ним упал, а сам он, вылетев из седла, вывихнул плечо: «..и сразившуся ему с Воршем, и падеся под ним конь, и вырази собе плече, и не на добро случися ему знамение» . Недобрый знак сбылся: к городу подошел Даниил Галицкий с больший войском и в кровопролитной битве тяжелой конницы Ростислав и его союзники были разбиты.
Есть ещё упоминание о поединке как о воинской игре: в Троицкой летописи под 1390 годом читаем: « Тое же зимы по Рождестве Христове на третий день Осей кормиличичь князя великаго поколот бысть на Коломне в игрушке». То есть во время Рождественских гуляний, в Святки, когда разрешалось отступление от православных канонов и правил поведения, когда и пировали, и веселились, и кулачные бои устраивали, случилась некая «игрушка» – то ли шутливый поединок, то ли некий турнир, и Осею не повезло.
Ещё один очень похожий поединок описан в былине об Иване Годиновиче, за исключением того, что поединок начинается в былине с использования различных видов оружия, но при этом был, очевидно, некий договор – крови не допускать:
Не две горушки вместо столкнулось –
Два богатыря вместо съехалось.
А и помахнулись в палици булатнии,
А и палици во цивьях пригибалися,
Пригибалися, переломалися,
А и друг друга до крови не ранили.
Помахнулись во сабли во вострыя,
Востры сабли прищербилися,
Прищербилися, пополам переломалися,
А и друг друга до крови не ранили.
Помахнулись во копья во вострыи,
Востры копья притупилися,
А и друг друга до крови не ранили.
Выскакивали ведь с добрых коней,
На тую ль на площадь дуброву зеленую
А и схаживаются на рукопашный бой.
То есть случаев поединков перед сражением очень немного, поэтому включение эпизода с поединком в повествование о Донском побоище явно несёт особый смысл.
4. «Сказание о Мамаевом побоище» создано примерно в 30-е годы XVI века. Сюжет с поединком появляется лишь в этом «Сказании» – напомним, самом позднем и наиболее легендаризированном из всех летописных рассказов о Куликовской битве. Описание «дуэли» в разных списках сильно отличаются. То бились пешими, то конными, то копьями, то мечами, то Пересвет доехал до своих, а Челубей рухнул наземь, то русский витязь упал сверху на врага и прикрыл его ризой...
Сохранилось более 150 списков этого памятника, но это именно художественное произведение не о том, как шла битва и чем закончилась, а что значит эта битва для русского человека! Это источник осмысления величия жителя средневековой Руси, это понимание, что воины не просто сражались – они выковывали общую русскую доблесть, пример на векá. А как русские могли победить? Только в единстве, только по благословению матери-церкви, только Божьим промыслом, только силой, одухотворённой верой и убеждением в правоте, поэтому появляется монах Пересвет, благословляет и Дмитрия Ивановича, и Пересвета Сергий Радонежский, идёт отчаянный поединок и вырвана победа: «Повернулся князь великий к своим и сказал: «Видите, братья, зачинателя своего, ибо этот Александр Пересвет, пособник наш, благословенный игуменом Сергием, и победил великого, сильного, злого татарина, от которого испили бы многие люди смертную чашу».
И пусть в исторических профессиональных журналах с невероятными тиражами в 300 экземпляров спорят историки о том, что не было в русских средневековых воинских традициях поединков перед битвой, что сама личность Пересвета вызывает сомнения, что монах-воин – это явление невозможное – пусть спорят!
А мы своим детям расскажем истинную правду: «Перекрестился инок Пересвет, в юности могучий боярин брянский, и помчался на врага, а грудь его защищала великая броня – крест, надетый самим святым Сергием, потому что в тяжкий час русские и сердцем копьё останавливали!»