Петроград — Москва, май–август 1921 года
Диагноз
Петроград, май 1921 года. Профессор Дмитрий Плетнёв сидел в кабинете больницы на Литейном и смотрел на карту пациента. Фамилия: Блок Александр Александрович. Возраст: сорок лет. Диагноз: порок сердца, хроническая астма, цинга, нервное истощение.
Плетнёв закрыл карту. Посмотрел на поэта, который сидел напротив — худой, бледный, с запавшими глазами. Александр Александрович был одет в тёмный костюм, который висел на нём как на вешалке. Руки дрожали. Дышал тяжело, с присвистом.
— Александр Александрович, — сказал Плетнёв осторожно. — Я скажу прямо. Здесь я вам помочь не могу.
Блок кивнул. Будто ждал этих слов.
— Сердце работает на пределе. Астма прогрессирует. Цинга — от недоедания, нехватки витаминов. Но главное... — Плетнёв помолчал. — Главное — нервное истощение. Вы сгораете изнутри.
Блок усмехнулся — криво, без радости.
— Сгораю... Точное слово.
Плетнёв наклонился вперёд.
— Вам нужно лечение. Хорошее питание, санаторий, покой. И главное — современные лекарства. Здесь, в Петрограде, этого нет. Но в Финляндии есть. В Германии — тоже. Если поедете — есть шанс.
— Шанс? — переспросил Блок.
— Большой шанс. — Плетнёв говорил убеждённо. — Я видел подобные случаи. Люди выздоравливали. Но нужно ехать немедленно. Счёт на недели.
Блок встал. Пошёл к окну. За окном — май, но холодный, петербургский. Дождь хлестал по стёклам. Улицы были пустыми, серыми. Петроград в двадцать первом году был городом-призраком. Гражданская война ещё шла на окраинах. Голод. Разруха. Дрова на вес золота. Хлеб — по карточкам, 200 грамм в день. Электричества не было неделями.
Блок вернулся в город после революции с надеждой. Он принял революцию. Написал "Двенадцать" — поэму, где Христос идёт во главе красногвардейцев. Думал: наступает новый мир, справедливый, чистый.
Но новый мир оказался жестоким. Расстрелы. Аресты. Голод. Интеллигенцию не ценили — "бывшие", "буржуазия", "сомнительные элементы". Блока терпели, но не любили. Он был неудобен. Слишком честен. Слишком видел.
И теперь он умирал.
— Виза, — сказал Блок тихо. — Нужна виза.
Плетнёв кивнул.
— Подайте заявление. Я напишу медицинское заключение. Укажу: поездка необходима по жизненным показаниям.
Блок повернулся к нему.
— А дадут?
Плетнёв помолчал. Потом ответил честно:
— Не знаю.
Письмо Горького
Июль 1921 года. Максим Горький сидел в своей квартире на Кронверкском проспекте и писал письмо. Адресат: Владимир Ильич Ленин, Москва, Кремль.
Горький был одним из немногих писателей, кого власть слушала. Он знал Ленина лично, переписывался с ним, мог попросить, надавить, убедить. И сейчас он писал — торопливо, нервно, зачёркивая и переписывая.
"Владимир Ильич!
Пишу Вам по делу срочному и важному. Александр Блок умирает. Врачи говорят — ещё месяц, от силы два. Здесь, в Петрограде, его не спасти. Нет ни лекарств, ни условий. Но за границей — в Финляндии или Германии — могут вылечить. Он просит визу на выезд. Прошу Вас — дайте эту визу. Блок — великий поэт. Его потеря будет невосполнимой для русской культуры.
Максим Горький"
Горький запечатал письмо. Отправил в Москву нарочным.
Ждал ответа неделю.
Ответ пришёл через наркома просвещения Луначарского. Короткий, сухой:
"Товарищу Горькому. По вопросу визы Блока: отказать. Основание: политическая неблагонадёжность. Нет гарантий возвращения. В.И. Ленин."
Горький читал эти строки и не верил. Позвонил Луначарскому. Кричал в трубку:
— Анатолий Васильевич! Человек умирает! Какая политическая неблагонадёжность?! Он написал "Двенадцать"! Он принял революцию!
Луначарский отвечал осторожно, выбирая слова:
— Максим Алексеевич... Понимаете, Владимир Ильич считает: Блок идеологически чужд. Поэма "Двенадцать" — это романтизация, а не понимание. Он барин, интеллигент. Если поедет — не вернётся. Останется в эмиграции, будет писать против нас.
— Он не уедет! — Горький почти кричал. — Дайте ему шанс вылечиться! Он вернётся!
— Решение принято, — сказал Луначарский и повесил трубку.
Горький стоял с трубкой в руке. Потом медленно положил её на рычаг.
Подумал: "Значит, так. Дадут умереть".
Последние дни
Начало августа 1921 года. Александр Блок лежал в своей квартире на Офицерской улице. Комната была маленькая, холодная. Окна выходили во двор-колодец. Любовь Дмитриевна, жена, сидела рядом — худая, измученная, с заплаканными глазами.
Блок почти не вставал. Дышал с трудом. Говорил мало. Иногда просил:
— Люба, открой окно.
Она открывала. Он смотрел на небо — серое, петербургское.
— Не дали? — спросил он однажды.
Любовь Дмитриевна отвела глаза.
— Не дали.
Блок кивнул. Закрыл глаза.
— Понятно.
Он не злился. Не обижался. Просто принял. Как приговор.
Любовь Дмитриевна плакала тихо, отвернувшись. Думала: "Убили. Не расстреляли, не арестовали. Просто не дали уехать. И он умрёт. Это тоже убийство".
Блок лежал и думал о другом. О том, что революция, которую он принял с такой верой, оказалась жестокой машиной. Она не щадила никого — ни врагов, ни своих. Она пожирала людей. Даже тех, кто хотел служить ей.
Он вспомнил строчки из "Двенадцати":
"...Впереди — с кровавым флагом,
И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз —
Впереди — Исус Христос."
Тогда, в восемнадцатом, ему казалось: революция несёт очищение. Христос ведёт красногвардейцев к новому миру.
Теперь он понимал: Христа там не было. Был только кровавый флаг.
И вьюга, которая метёт всех подряд.
3 августа состояние Блока резко ухудшилось. Приезжал Плетнёв. Осмотрел, покачал головой.
— Дня три. Может, неделя.
Любовь Дмитриевна спросила:
— Если бы виза была... Успели бы?
Плетнёв помолчал. Потом честно:
— Месяц назад — да. Сейчас... Уже поздно. Даже если дадут сегодня — он не доедет.
Она заплакала.
7 августа, воскресенье, утро. Блок открыл глаза. Посмотрел на Любовь Дмитриевну. Хотел что-то сказать. Не смог. Дыхание остановилось.
Любовь Дмитриевна сидела рядом, держала его за руку. Чувствовала, как рука остывает.
Александр Александрович Блок умер в 10 часов утра, 7 августа 1921 года, в возрасте сорока лет.
Похороны
10 августа 1921 года. Смоленское кладбище, Петроград. Хоронили Александра Блока.
Пришла вся литературная Петроград — поэты, писатели, критики. Человек триста. Гроб несли на руках — по традиции, как несли великих.
Горький стоял у могилы. Смотрел, как опускают гроб. Лицо было каменным.
Рядом кто-то шепнул:
— Говорят, визу не дали...
Горький резко обернулся:
— Не дали. Дали умереть.
— Но ведь... — начал собеседник. — Ведь могли же уехать и не вернуться. Многие так делали.
Горький посмотрел на него долго. Потом сказал тихо, но жёстко:
— Блок бы вернулся. Он Россию любил. Больше, чем они все вместе взятые.
Похоронили скромно. Венков мало. Речей — короткие. Власть не прислала представителя. Официально промолчали.
Через два дня в газете "Известия" появилась маленькая заметка — восемь строчек:
"7 августа скончался поэт Александр Блок. Причина смерти — болезнь сердца. Похоронен на Смоленском кладбище".
Ни слова о том, что просил визу. Ни слова о том, что отказали. Ни слова о том, что могли спасти.
Просто: "скончался".
Вопросы без ответов
Прошло сто лет.
Историки спорят до сих пор.
Версия первая: бюрократия.
Ленин не убивал Блока специально. Просто не доверял интеллигенции. Боялся: поедет — и не вернётся, как Бунин, как Куприн, как сотни других. Останется в Париже, будет писать "про ужасы большевизма". Поэтому отказал. Не из жестокости — из прагматизма.
Версия вторая: тихое убийство.
Ленин знал, что Блок умирает. Знал, что виза — последний шанс. И сознательно отказал. Потому что Блок был неудобен. Поэма "Двенадцать" прославляла революцию, но сам Блок разочаровался. Если бы выжил — мог написать что-то против. Лучше пусть умрёт поэтом революции, чем станет её обличителем.
Версия третья: случайность.
Просто бюрократическая волокита. Заявление шло через инстанции, застряло где-то, не дошло вовремя. Ленин мог не знать деталей. Луначарский перестраховался. Система убила, а не конкретный человек.
Какая версия правда?
Никто не знает.
Документов мало. Письмо Горького — есть. Ответ Ленина — есть ("отказать"). Но мотивы — неизвестны.
Горький до конца жизни (умер в 1936) был уверен: Блока убили отказом в визе. Говорил друзьям: "Дали умереть. Сознательно".
Луначарский в мемуарах писал осторожно: "Решение было политическим. Мы боялись потерять интеллектуальные кадры".
Ленин никогда не упоминал Блока. Ни в письмах, ни в выступлениях.
Любовь Дмитриевна прожила до 1939 года. Умерла в Ленинграде, в той же квартире на Офицерской. До последнего дня считала: мужа убили. Не пулей — отказом.
А теперь — ваш вердикт.
ФАКТЫ:
- Александр Блок, 40 лет, великий русский поэт, автор "Двенадцати"
- Май 1921 — диагноз: порок сердца, астма, цинга, нервное истощение
- Врачи: "За границей могут спасти. Здесь — нет"
- Июль 1921 — Блок просит визу на выезд в Финляндию для лечения
- Максим Горький пишет личное письмо Ленину: "Блок умирает, дайте визу"
- Ленин отказывает: "Политическая неблагонадёжность. Нет гарантий возвращения"
- 7 августа 1921 — Блок умирает в Петрограде, через месяц после отказа
- Врачи: "Месяц назад можно было спасти. Сейчас поздно"
ВОПРОС К ВАМ:
Блока убили или он умер сам?
Что скажете?
А) Убили отказом — Ленин знал, что Блок умирает. Знал, что виза — единственный шанс. Отказал из политических соображений: боялся, что Блок не вернётся или напишет против власти. Это сознательное убийство — не пулей, но отказом в помощи. Горький был прав: дали умереть.
Б) Умер от болезней — Ленин не убивал. Просто не доверял интеллигенции — сотни уезжали и не возвращались. Политически логичное решение. Блок был болен давно, мог умереть и с визой (слишком поздно начали лечить). Это не убийство, а трагическое стечение обстоятельств: болезнь + недоверие власти.
В) Сложно... С одной стороны — отказ в визе фактически убил Блока. С другой — Ленин не обязан был доверять, многие действительно уезжали навсегда. С третьей — можно было дать визу под честное слово, под залог. Блок любил Россию, вернулся бы. Но как Ленин мог это знать? Убийство или трагедия? Что вы думаете?
Пишите в комментариях.
Интересно ваше мнение — особенно если изучали историю того времени. Отказ в визе — это убийство или политическое решение? Мог ли Ленин поступить иначе?
Делитесь — не молчите.
Ставьте лайк, если история зацепила. Подписывайтесь на канал - впереди ещё много невероятных историй реальных людей.