Сорок лет Антону - не шутка. Лена начала готовиться заранее, недели за две. Торт заказала в той самой кондитерской на углу, где всегда очередь. Меню продумала до мелочей. Квартиру украсила шариками и гирляндами. Разослала приглашения всем - и друзьям, и родне.
Казалось, все идет как надо. Пока не раздался звонок от Галины Петровны.
«Леночка, милая, я приеду пораньше. Помогу тебе с накрыванием на стол. И Милочку возьму с собой, пусть внучка бабушке поможет», - сообщила она бодрым голосом.
Лена поморщилась. Помощь свекрови обычно превращалась в критику каждого ее шага, но отказать было неудобно.
«Хорошо, Галина Петровна. Приезжайте к трем, гости будут к шести», - ответила она максимально вежливо.
Свекровь появилась на пороге ровно в три. Милочка уже час как ждала - нарядилась в голубое платье с белым воротничком. Лена покупала его специально к папиному дню рождения.
«Бабушка!» - девочка радостно бросилась навстречу.
«Миленькая моя! Какая красавица!» - Галина Петровна расцеловала внучку, затем окинула взглядом Лену и ее наряд. «А ты что, уже оделась? Рано еще, запачкаешься же. Переоденься во что-нибудь попроще».
«Я буду аккуратна», - сухо ответила Лена, направляясь на кухню.
Следующие два часа превратились в испытание. Галина Петровна критиковала абсолютно все.
«Салат оливье без горошка? Странно. Мы всегда с горошком делаем».
«Этот торт слишком яркий. Антон не любит кричащие цвета».
«Зачем ты селедку под шубой в один слой выкладываешь? Надо в несколько, так сытнее».
Лена молча переставляла тарелки, нарезала овощи и про себя считала до десяти. Антон, готовясь к приходу гостей, даже не подозревал, какое напряжение царит на кухне.
Милочка крутилась рядом с бабушкой, помогая раскладывать салфетки и расставлять бокалы.
«Бабуля, а можно я тоже немножко торта попробую?» - спросила девочка, заглядывая в коробку с десертом.
«Конечно, солнышко! Только после того, как папа задует свечи. А пока давай поможем маме. Вон, огурчики нарежь для нарезки», - предложила Галина Петровна.
«Милочка, нож острый, я сама нарежу», - вмешалась Лена.
«Ой, не опекай ребенка! Ей уже восемь лет, пора учиться! Правда, Милочка?» - свекровь демонстративно вложила нож в руку внучки.
Лена стиснула зубы и отвернулась.
К шести вечера квартира наполнилась гостями. Друзья Антона, коллеги, родственники - все пришли поздравить именинника. Стол ломился от угощений, звучала музыка, лились тосты.
Милочка, счастливая и оживленная, бегала между гостями, принимая комплименты за свое красивое платье.
«Какая прелесть! Вылитая мама!» - говорили друзья.
«Нет, нос папин!» - смеялись другие.
Девочка сияла от внимания. Но постепенно праздничная суета начала ее утомлять. Взрослые разговоры были скучны, и Милочка незаметно проскользнула в свою комнату.
Там, на полке, стояла ее любимая кукла Барби - подарок на прошлый день рождения. Рядом лежали фломастеры, альбом для рисования и пластилин.
Милочка вытащила пластилин с полки. Слепила собачку. Потом кошку. Потом еще что-то - сама не поняла что, но ей нравилось.
Заигралась так, что не заметила - синий шарик выскользнул из пальцев. Покатился по ковру. А она босой ногой прямо на него - топ.
«Ой!» - она попыталась стряхнуть налипшую массу, но пластилин размазался по пятке и, когда она снова наступила на ковер, оставил жирное синее пятно.
Милочка испугалась. Она схватила салфетку и попыталась стереть пятно, но это только ухудшило ситуацию - теперь синяя клякса стала еще больше.
«Мама убьет меня», - пронеслось в голове девочки. Она быстро задвинула кресло так, чтобы оно закрывало пятно, и выбежала из комнаты.
В это время гости уже садились за стол. Антон произносил благодарственную речь, все поднимали бокалы.
Милочка проскользнула на свое место рядом с бабушкой, и та ласково обняла ее за плечи.
«Ну что, устала уже? Иди, посиди с нами, сейчас торт будем резать».
Ужин прошел шумно и весело. Звучали анекдоты, истории из прошлого, воспоминания. Лена, наконец, расслабилась - все получилось, гости довольны, муж счастлив.
Когда принесли торт со свечами, Милочка захлопала в ладоши вместе со всеми. Антон задул свечи под дружные аплодисменты.
«Загадал желание?» - спросила Лена, целуя мужа в щеку.
«Конечно. Чтобы все мы были здоровы и счастливы», - улыбнулся он.
После торта гости начали постепенно расходиться. Кто-то ушел сразу, кто-то задержался еще на час. К одиннадцати вечера остались только самые близкие - родители Антона, его брат с женой и пара друзей.
«Леночка, а покажи-ка мне Милочкину комнату. Она говорила, что у нее новые обои», - попросила Галина Петровна, поднимаясь из-за стола.
«Да, конечно», - Лена не почувствовала подвоха.
Они вместе прошли в детскую. Милочка увлеченно играла в планшет на диване, даже не подняв головы.
«Милочка, поздоровайся с бабушкой нормально», - сказала Лена.
«Привет, бабуль», - пробурчала девочка, не отрываясь от экрана.
«Милочка!» - строго повторила Лена.
Тут Галина Петровна заметила сдвинутое кресло. Она нахмурилась и отодвинула его в сторону. И ахнула.
«Это что такое?!»
На бежевом ковре красовалось огромное синее пятно.
«Милочка! Что это?!» - Лена подбежала и присела на корточки, разглядывая пятно. «Это пластилин?! Когда ты успела?!»
Девочка съежилась.
«Я... нечаянно... Он упал...»
«Упал?! Милочка, я же тебе сто раз говорила - пластилин только за столом! Только на клеенке! Ты что, не понимаешь?!» - голос Лены становился все выше.
«Мама, прости...» - губы девочки задрожали.
«Прости?! Ты посмотри, что ты наделала! Этот ковер стоил тридцать тысяч! Его теперь только выбрасывать!»
В комнату заглянул Антон, услышав крик.
«Что случилось?»
«Вот! Посмотри, что твоя дочь сделала!» - Лена указала на пятно.
Антон вздохнул.
«Милочка, ну зачем? Мы же договаривались - пластилин только под присмотром».
«Я забыла...» - прошептала девочка, и слезы покатились по ее щекам.
«Леночка, ну успокойся. Ковер - это всего лишь вещь. Девочка не специально», - вмешалась Галина Петровна, обнимая внучку.
«Вещь?! Галина Петровна, это дорогая вещь! Мы с Антоном копили на него полгода!» - Лена была вне себя.
«Ну и что? Зато ребенок развивается, творит! А ты устраиваешь истерику! Милочка, не плачь, бабушка с тобой», - свекровь гладила девочку по голове, а та уткнулась ей в плечо.
«Истерику?! Я устраиваю истерику?!» - Лена почувствовала, как внутри закипает.
«Лена, давай завтра обсудим. Гости еще не разошлись», - тихо сказал Антон.
«Нет! Я хочу, чтобы она поняла! Милочка, ты наказана! Неделю без планшета и без мультиков!» - отрезала Лена.
«Что?! Мама!» - девочка разрыдалась в голос.
«Леночка! Ты что творишь?! За случайность наказывать ребенка?! Да ты в своем уме?!» - возмутилась Галина Петровна.
«Я в своем уме! А вот вы постоянно вмешиваетесь в воспитание!» - Лена уже не сдерживалась.
«Вмешиваюсь?! Я помогаю! Потому что вижу, что ты не справляешься!»
«Не справляюсь?!»
«Да! Ваша дочь избалована! Она не умеет следить за своими вещами, не умеет извиняться, огрызается! И это ваша вина! Твоя и Антона!» - выпалила Галина Петровна.
В комнате повисла тишина. Из гостиной донесся стук упавшей вилки - кто-то из оставшихся гостей явно слышал крик.
Лена побледнела.
«Что вы сказали?»
«То, что думаю! Вы растите эгоистку! Она даже спасибо не может нормально сказать! На прошлой неделе я подарила ей книгу - она даже не открыла ее! Швырнула в угол и побежала в свой планшет!» - Галина Петровна разошлась не на шутку.
«Мама, хватит!» - Антон попытался вмешаться.
«Нет, пусть она выслушает! Ты работаешь целыми днями, а она сидит дома и не может даже ребенка нормально воспитать! Милочка неблагодарная, капризная, невоспитанная!»
«Выйдите из моего дома. Немедленно», - голос Лены был ледяным.
«Что?»
«Я сказала - выйдите. Берите свои вещи и уходите. Прямо сейчас».
«Лена!» - Антон схватил жену за руку.
«Нет, Антон! Я больше не намерена это терпеть! Твоя мать только что назвала нашу дочь избалованной, невоспитанной эгоисткой! При ней самой! Ты слышал это?!»
«Леночка, я не хотела...» - Галина Петровна осеклась.
«Не хотели?! Вы прекрасно знали, что говорите! Вы всегда так делаете! Критикуете меня, критикуете то, как я готовлю, убираю, одеваюсь, воспитываю ребенка! Я устала! Я больше не могу!»
Милочка рыдала, прижавшись к бабушке. Антон стоял между женой и матерью, не зная, что делать.
«Лена, может, успокоимся...» - попробовал он.
«Я спокойна! Я абсолютно спокойна! И я хочу, чтобы твоя мать покинула наш дом. Сейчас же!»
«Хорошо! Я уйду! Антоша, пойдем, сынок. Не буду я здесь оставаться, раз меня так невзлюбили!» - Галина Петровна гордо вскинула подбородок.
«Мама, подожди...»
«Нет! Пойдем! Милочка, солнышко, не плачь. Бабушка всегда тебя любит, помни это».
Она взяла внучку за руку и повела к выходу. Антон беспомощно посмотрел на жену.
«Лена...»
«Иди. Проводи свою мать. Поговорим потом», - она отвернулась к окну.
Антон вышел следом за матерью и дочерью. В гостиной неловко сидели оставшиеся гости - все слышали скандал.
«Простите, наверное, нам пора», - пробормотал брат Антона, вставая.
«Да, конечно... Спасибо, что пришли», - Антон машинально пожал руки гостям.
Через десять минут квартира опустела. Галина Петровна уехала на такси, обиженная и возмущенная. Милочку Антон уложил спать - девочка всхлипывала в подушку.
Лена сидела на кухне среди грязной посуды и остатков праздника. Когда Антон вошел, она даже не подняла головы.
«Лена, нам нужно поговорить».
«О чем? О том, что твоя мать назвала нашу дочь избалованной? Или о том, что ты не встал на мою сторону?»
«Я не знал, что сказать! Вы обе кричали!»
«Антон, она оскорбила Милочку! Нашу дочь! И ты просто стоял!»
«А ты выгнала мою мать из дома! В одиннадцать вечера!»
«Она заслужила!»
«Лена!» - Антон сел напротив. «Послушай. Я понимаю, что мама бывает... резкой. Но она любит Милочку. Она просто переживает».
«Переживает? Антон, она постоянно критикует меня! Постоянно! Я устала чувствовать себя плохой матерью и плохой женой!»
«Ты не плохая...»
«Тогда почему ты не можешь сказать это своей матери?! Почему ты всегда на ее стороне?!»
Антон молчал. Лена вытерла слезы.
«А знаешь, что самое обидное? То, что Милочка сейчас думает, что бабушка ее защищает от злой мамы. Что я плохая, потому что наказала ее. А твоя мать - добрая, потому что пожалела».
«Это не так...»
«Так! Ты же видел, как она к ней прижалась! Твоя мать специально настраивает ее против меня!»
«Лена, ты преувеличиваешь».
«Нет! Я знаю, что говорю! И я больше не хочу, чтобы она приходила сюда и учила меня жить!»
Антон тяжело вздохнул.
«Что ты предлагаешь?»
«Я предлагаю, чтобы ты поговорил с ней. Серьезно поговорил. Объяснил, что мы - семья. И что в вопросах воспитания Милочки решаем только мы с тобой. А она может давать советы, только если мы просим. И никакой критики».
«Она не поймет».
«Тогда пусть не приходит», - твердо сказала Лена.
«Лена!»
«Антон, я серьезно. Либо ты ставишь границы, либо я это сделаю. И тебе не понравится, как именно».
Они сидели молча. Праздничный вечер превратился в кошмар, а впереди были трудные разговоры и объяснения. Но Лена знала одно - больше она не позволит никому, даже свекрови, вмешиваться в их семью.
Утром Антон позвонил матери. Разговор был долгим и непростым. Галина Петровна обижалась, плакала, обвиняла невестку. Но Антон, впервые за долгие годы, твердо сказал:
«Мама, я люблю тебя. Но Лена - моя жена. И Милочка - наша дочь. Мы решаем, как ее воспитывать. Если ты хочешь видеть внучку, ты должна уважать нашу семью. Все наши решения. Без критики».
Галина Петровна долго молчала. Потом тихо произнесла:
«Хорошо. Я постараюсь».
Это было только начало. Но это было важное начало. Потому что семья - это не только любовь. Это еще и уважение. И границы, которые нельзя переходить.
Даже самым близким людям.