— Ира, ты это серьезно? — Людмила Васильевна отложила вилку и уставилась на невестку так, будто та только что предложила продать квартиру и уехать в монастырь. — Конверт был пустой?
— Пустой! — Ирина хлопнула ладонью по столу, отчего подпрыгнула тарелка с недоеденным салатом. — Я его при всех открыла, думала, денег нет — может, хоть открытка внутри. А там ни черта! Просто белый конверт, запечатанный, как будто я дура и не замечу!
Людмила Васильевна медленно допила чай и прикрыла глаза. Вот оно. Начинается. Когда Ирина три года назад вышла замуж за ее Сергея, свекровь сразу поняла: баба боевая, с характером. Но чтобы вот так, на ровном месте, скандал из-за конверта устроить...
— А может, брат забыл? — осторожно предположила Людмила Васильевна. — Володя же у нас рассеянный, помнишь, как на свадьбу к Танькиной дочери в спортивных штанах пришел?
— Мама, при чем тут штаны! — вмешался Сергей, который до этого молча ковырял вилкой курицу. — Ты хоть понимаешь, как это выглядело? Вся моя семья пришла с подарками, а мой родной брат — с пустым конвертом! Ира полчаса гостям объясняла, что это такая шутка!
Людмила Васильевна вздохнула. Володя... Ее младшенький. Сорок два года, до сих пор снимает комнату в коммуналке, меняет работу каждые полгода и живет как птица небесная — ни гнезда, ни запасов. Но пустой конверт — это даже для него перебор.
— Может, позвонить ему? — предложила она. — Просто спросить, что случилось.
— Я уже звонила, — отрезала Ирина. — Он трубку не берет. Наверное, стыдно. И правильно! Пусть сидит и думает, как меня перед людьми опозорил.
Людмила Васильевна посмотрела на невестку внимательнее. Ирина, конечно, девушка хорошая, работящая, но вот эта ее манера превращать каждую мелочь в трагедию мирового масштаба... День рождения прошел неделю назад, а она до сих пор кипит.
— Иришка, ну что ты как с цепи сорвалась? — попыталась она смягчить обстановку. — Подумаешь, конверт. Главное же — люди собрались, повеселились...
— Мама, ты не понимаешь! — Ирина вскочила из-за стола и принялась нервно ходить по кухне. — Мы с Сергеем две недели готовились! Я пять килограммов мяса купила, три торта заказала, шампанское ящиками таскала! А твой Володя явился в потертых джинсах, нажрался первым и еще умудрился рассказать моей начальнице анекдот про... — она запнулась, — ну, в общем, неприличный!
Сергей кашлянул в кулак и отвернулся к окну. Людмила Васильевна мысленно застонала. Володя и анекдоты — это отдельная история. Он был из тех людей, которые искренне считали, что любую ситуацию можно разрядить шуткой. Обычно получалось наоборот.
— Так что ты хочешь? — спросила свекровь. — Чтобы он извинился?
— Хочу, чтобы ты с ним поговорила, — твердо сказала Ирина. — Объяснила, что так себя не ведут. А то он думает, что ему все можно.
Людмила Васильевна кивнула, хотя внутри все сжалось. Разговаривать с Володей было занятием неблагодарным. Он выслушает, согласится со всем, а через неделю опять что-нибудь выкинет. Но выбора не было — если не успокоить Ирину, она устроит такой бойкот, что семейные праздники превратятся в поле боя.
На следующий день Людмила Васильевна поехала к младшему сыну. Володя жил на другом конце города, в старой пятиэтажке без лифта. Свекровь поднималась на четвертый этаж, хватаясь за перила и проклиная свои суставы. Зачем он снимает комнату в таком бараке, когда мог бы пожить у нее? Но нет, свобода дороже.
Дверь открылась не сразу. Володя стоял на пороге в трениках и застиранной футболке, растрепанный и явно не ожидавший визита.
— Мам? — он протер глаза. — Ты чего так рано?
— Рано? Уже два часа дня! — Людмила Васильевна протиснулась мимо него в узкий коридор. — Ты еще спал?
— Ну... ночью работал, — Володя зевнул и почесал затылок. — Заказ срочный был.
Людмила Васильевна прошла в комнату и остановилась. Господи, как тут жить можно? Кровать не заправлена, на столе гора посуды, на полу валяются провода, какие-то коробки, старый компьютер в разобранном виде. Пахло застоявшимся воздухом и чем-то электрическим.
— Володь, ты хоть окно открывай иногда, — вздохнула она, направляясь к подоконнику.
— Мам, не надо, тут все настроено, — запротестовал сын, но было поздно. Людмила Васильевна уже распахнула форточку и принялась собирать грязные чашки со стола.
— Сиди, я тебе щас чаю сделаю, — буркнула она. — И поговорим.
Володя упал на кровать и накрылся подушкой. Людмила Васильевна пошла в крохотную общую кухню, где на двух конфорках одновременно кто-то варил пельмени и жарил рыбу. Соседи по коммуналке — тощая девица с фиолетовыми волосами и пожилой мужик в трениках — даже не повернулись.
Через десять минут чай был готов. Людмила Васильевна вернулась в комнату с двумя кружками и пакетом печенья, который предусмотрительно прихватила из дома.
— Ну, рассказывай, — сказала она, усаживаясь на единственный стул. — Про конверт.
Володя приподнялся на локте и виновато улыбнулся:
— А, это... Мам, я правда забыл! Честное слово! Собрался, положил конверт в карман, а деньги оставил дома на столе. Думал уже в дороге — черт, ну вот опять! Но что делать, назад не поедешь же. Решил, что потом отдам, при встрече.
— Володя, — Людмила Васильевна посмотрела на него с укором, — ты хоть понимаешь, какой скандал устроила Ирина? Она теперь тебя вообще видеть не хочет!
— Да ладно, мам, — Володя махнул рукой. — Она всегда из-за каждой фигни бузит. Я же не специально! Просто голова забита была, работа горела...
— Какая работа? — свекровь оглядела комнату. — Ты опять сайты кому-то делаешь?
— Не сайты, программу пишу, — поправил Володя с гордостью. — Для одной фирмы. Автоматизация склада. Заплатят прилично, если все вовремя сдам.
Людмила Васильевна кивнула, хотя не очень понимала, что такое автоматизация склада. Володя всю жизнь чем-то таким занимался — то сайты, то программы, то еще какую-то ерунду в компьютерах ковырял. Денег особо не зарабатывал, но и не жаловался.
— Хорошо, — сказала она. — Но Ире надо извиниться. По-человечески. Позвони ей, скажи, что действительно забыл, и передай деньги через Сергея.
— Мам, да у меня сейчас денег нет, — Володя почесал нос. — Вот когда заказ сдам...
— Володь! — Людмила Васильевна аж подскочила на стуле. — Ты сколько должен был подарить?
— Ну... пять тысяч планировал, — пробормотал он.
— Пять тысяч у тебя нет?!
— Мам, я же говорю, работа еще не оплачена! А так я на мели. Квартиру оплатил, за интернет, вот еще комплектующие купил для компа... — он махнул рукой на коробки у стены.
Людмила Васильевна закрыла лицо руками. Господи, ну почему он такой? Сорок два года, а живет как студент! Ни жены, ни детей, ни нормальной работы. И еще умудряется влезать в долги неведомо зачем.
— Володь, — она вздохнула, доставая из сумочки кошелек. — На, вот тебе пять тысяч. Отдашь, когда заработаешь. А Ире скажешь, что это от тебя.
— Мам, не надо, я сам...
— Возьми и не спорь, — отрезала она. — И позвони Ирине сегодня же. Извинись нормально, без этих твоих фокусов.
Володя взял деньги, посмотрел на них, потом на мать и вдруг обнял ее:
— Мам, ты лучшая. Прости, что я такой растяпа.
— Да ладно уж, — Людмила Васильевна похлопала его по спине. — Только больше так не делай. Ирина, знаешь, какая — она тебе этот конверт до пенсии припоминать будет.
Володя позвонил Ирине в тот же вечер. Людмила Васильевна сидела у себя дома и нервно ждала результата. Через час позвонил Сергей:
— Мам, все нормально. Володька извинился, сказал, что деньги передаст завтра. Ирка вроде успокоилась.
Свекровь выдохнула с облегчением. Ну слава богу. Скандал исчерпан.
Но не тут-то было.
Через два дня Людмила Васильевна зашла к Сергею и Ирине, чтобы отдать им банку варенья. Ирина встретила ее на пороге с каменным лицом:
— Проходите, Людмила Васильевна. Я как раз хотела с вами поговорить.
«Опа, — мелькнуло у свекрови, — что-то пошло не так».
Они уселись на кухне. Ирина налила чай, но пить не стала. Просто сидела и смотрела так, будто собиралась объявить войну.
— Вы знаете, что ваш Володя мне передал? — спросила она тихо.
— Деньги, — осторожно ответила Людмила Васильевна.
— Деньги, — кивнула Ирина. — Пять тысяч. В конверте. Знаете, в каком конверте?
— В каком?
— В том самом! — невестка хлопнула ладонью по столу. — В том самом пустом конверте, который он принес на день рождения! Он его даже не выбросил! Просто сунул туда деньги и передал через Сергея!
Людмила Васильевна на секунду растерялась, а потом не выдержала — фыркнула. Потом фыркнула еще раз. А потом расхохоталась так, что слезы на глаза навернулись.
— Ирочка, ну прости Христа ради, — выдавила она сквозь смех, — но это же так ... по-володькински! Он же не со зла, он правда такой!
— Это не смешно! — возмутилась Ирина, хотя на ее губах уже появилась предательская улыбка. — Он издевается надо мной!
— Да не издевается он, просто у него в голове все через одно место, — Людмила Васильевна вытерла глаза. — Ты думаешь, он специально тот же конверт взял? Да он просто другого не нашел!
Ирина фыркнула, потом рассмеялась сама. Сергей, который все это время молча сидел у окна с газетой, тоже ухмыльнулся.
— Ладно, — сдалась невестка, — пусть. Но в следующий раз, если он придет с пустым конвертом, я его сама этим конвертом по голове стукну!
Людмила Васильевна кивнула, хотя внутренне уже приготовилась к худшему. С Володей никогда не знаешь, что он выкинет в следующий раз.
Прошло три месяца. У Сергея случился день рождения. Людмила Васильевна пришла к ним с тортом и букетом гвоздик, Ирина накрыла стол (на этот раз поскромнее — всего одна утка и салаты), позвали друзей, родственников. Володя, естественно, тоже был в списке гостей.
— Только если он опять с пустым конвертом придет, я его вообще в дверь не пущу, — предупредила Ирина.
— Не придет, не придет, — успокоила ее Людмила Васильевна, хотя сама не была уверена.
Володя появился ближе к вечеру, когда гости уже вовсю сидели за столом. Он вошел в прихожую, небрежно повесил куртку на вешалку и протянул Сергею... пакет. Обычный полиэтиленовый пакет из магазина.
— С днюхой, брат, — сказал он, хлопнув Сергея по плечу.
Сергей заглянул в пакет и вытащил оттуда... носки. Три пары обычных черных носков.
Все замолчали. Ирина уставилась на носки так, будто это были три дохлые крысы. Людмила Васильевна схватилась за сердце.
— Это что? — медленно произнесла Ирина.
— Носки, — невозмутимо ответил Володя, усаживаясь за стол. — Серега вечно жалуется, что у него все носки с дырками. Вот я и купил. Хорошие, турецкие, в два раза дороже обычных.
Повисла такая тишина, что было слышно, как капает кран на кухне. Гости переглядывались. Сергей крутил в руках носки с видом человека, который пытается понять, не разыграли ли его.
— Володя, — Ирина заговорила очень спокойно, что было страшнее любого крика, — ты подарил моему мужу носки.
— Ну да, — кивнул тот, накладывая себе салат. — А что, плохой подарок? Практичный же!
— Носки! — невестка повысила голос. — Носки за сто пятьдесят рублей!
— Не за сто пятьдесят, за четыреста! — возмутился Володя. — Я специально в хороший магазин ездил!
Людмила Васильевна закрыла глаза и про себя прочитала молитву. Она не знала, что хуже — пустой конверт или носки за четыреста рублей.
— Володь, — Сергей положил носки на стол и посмотрел на брата, — ты серьезно?
— А что? — искренне удивился тот. — Я же помню, ты на прошлой неделе говорил, что тебе носки нужны. Вот я и купил. Хорошие, кстати, эластичные, не сползают.
Ирина встала из-за стола и молча вышла на балкон. Гости делали вид, что ничего не произошло, и углубились в свои тарелки. Сергей потер лицо руками.
— Володька, — тихо сказал он, — это мой день рождения. Тридцать восемь лет. Понимаешь?
— Ну и что? — Володя пожал плечами. — Подарок же должен быть полезным, а не для галочки. Ты эти носки точно носить будешь, а какую-нибудь статуэтку засунешь в шкаф и забудешь.
Людмила Васильевна встала и пошла на балкон к Ирине. Невестка стояла, обхватив себя руками, и смотрела в темноту.
— Людмила Васильевна, — сказала она не оборачиваясь, — я больше не могу. Все. Хватит. Ваш Володя — это какое-то наказание. Я с ним больше не общаюсь.
— Ирочка...
— Нет! — она повернулась, и в ее глазах стояли слезы. — Я понимаю, что у людей бывают проблемы с деньгами. Но это же форменное издевательство! Носки! За четыреста рублей! На день рождения взрослого мужчины!
Свекровь вздохнула. Что тут скажешь? Ирина права. Володя перешел все границы.
— Я с ним поговорю, — пообещала она.
— Не надо, — отрезала невестка. — Я уже поняла — он такой есть и таким останется. Просто пусть больше не приходит. Ни на мои дни рождения, ни на Сергеевы, ни на Новый год. Все. Я свое терпение исчерпала.
Вечер закончился натянуто. Володя так и не понял, что натворил. Он съел свою порцию утки, выпил компот и уехал домой, весело попрощавшись со всеми. Гости разошлись, обсуждая по дороге «странного брата именинника».
Людмила Васильевна осталась помогать убирать со стола. Сергей молча складывал посуду в раковину. Ирина яростно заворачивала остатки салатов в пленку.
— Сереж, — сказала свекровь, — не держи зла на брата. Он правда не со зла.
— Мама, я не держу, — устало ответил сын. — Но Ирка права. Володька иногда такие вещи выкидывает... Ты помнишь, как он на свадьбу к дяде Коле пришел?
— Не напоминай, — поморщилась Людмила Васильевна.
История была действительно эпичной. Володя явился на свадьбу двоюродного брата с букетом ромашек, сорванных у дороги, и бутылкой дешевого вина. Когда ему намекнули, что так не принято, он искренне удивился: «Зачем тратить деньги на цветы, которые завянут через три дня?»
— Знаешь, мам, — Сергей вытер руки полотенцем, — я тоже устал. От его выходок, от оправданий, от того, что приходится краснеть перед людьми. Может, Ирка и права. Может, пусть посидит дома, подумает.
Людмила Васильевна кивнула, но на душе было тяжело. Она понимала обоих — и Ирину с Сергеем, которым надоело стыдиться за родственника, и Володю, который искренне не понимал, что делает не так.
Прошло еще два месяца. Володю действительно перестали приглашать на семейные праздники. Людмила Васильевна встречалась с ним сама, иногда заходила к нему с передачками. Он не обижался, продолжал возиться со своими компьютерами и даже как-то обмолвился, что заработал прилично на очередном заказе.
А потом случился Новый год.
Людмила Васильевна, Сергей и Ирина отмечали втроем — тихо, без гостей. Накрыли стол, включили телевизор, встретили бой курантов. Ирина была довольна — никаких неожиданностей, никаких неприятных сюрпризов.
Ровно в час ночи раздался звонок в дверь.
— Кто это может быть? — удивилась Ирина.
Сергей пошел открывать и вернулся с озадаченным лицом:
— Мам, это тебе.
На пороге стоял Володя. Запыхавшийся, в пуховике нараспашку, со странной коробкой в руках.
— С Новым годом! — выпалил он. — Я вам подарок принес!
— Володь, — Людмила Васильевна растерялась, — зачем ты так поздно?
— Да я хотел раньше, но не успел доделать, — он протянул коробку. — Вот, для вас. Все-всех.
Ирина вышла в прихожую и скрестила руки на груди:
— Володя, мы же договорились...
— Ир, ну подожди, — он поставил коробку на пол и открыл. — Смотри!
Внутри лежал... ноутбук. Не новый, явно б/у, но почищенный и в рабочем состоянии.
— Это что? — недоверчиво спросил Сергей.
— Ноутбук, — гордо объявил Володя. — Я его сам собрал. Ну, не собрал, а восстановил. Купил на разборке за копейки, поменял железо, поставил нормальную систему. Он теперь как новый! Ирка, помнишь, ты жаловалась, что твой старый тормозит? Вот, пользуйся!
Людмила Васильевна посмотрела на Ирину. Невестка стояла и молчала, глядя на ноутбук. Потом подняла глаза на Володю:
— Ты это... серьезно? Для меня?
— Ну да, — он почесал нос. — Я же слышал, как ты Серёге говорила, что надо новый покупать. А зачем покупать, если можно восстановить? Тут процессор хороший, память добавил, даже видеокарту воткнул приличную. Для работы за глаза хватит.
— А сколько это стоит? — осторожно спросила Ирина.
— Да фигня, — отмахнулся Володя. — Тысячи три вложил, остальное сам сделал. Но он реально работает отлично, я проверял!
Повисла пауза. Ирина смотрела на ноутбук, потом на Володю, потом снова на ноутбук. Сергей и Людмила Васильевна переглянулись.
— Спасибо, — наконец сказала невестка тихо. — Это... очень неожиданно.
— Да не за что, — Володя улыбнулся. — Ладно, я пойду, заодно к маме еще заеду. Мам, ты домой когда?
— Завтра утром, — ответила свекровь.
— Окей, тогда зайду завтра. У меня для тебя тоже подарок есть.
Он помахал рукой и убежал вниз по лестнице. Людмила Васильевна, Сергей и Ирина остались стоять в прихожей, глядя на коробку с ноутбуком.
— Ну, — произнес Сергей, — он это... молодец.
— Да уж, — кивнула Ирина. — Хотя мог бы и раньше принести, а не в час ночи.
Но в ее голосе уже не было прежней злости. Скорее усталость и какое-то недоумение.
Наутро Людмила Васильевна вернулась домой и обнаружила у себя на пороге еще одну коробку. На ней была приклеена записка криво написанным почерком Володи: «Мам, это тебе. Не благодари. С Новым годом! В.»
Свекровь открыла коробку и ахнула. Внутри лежал электрочайник. Не простой, а с кучей кнопок и функций. Термостат, таймер, какие-то режимы... Людмила Васильевна покрутила его в руках и прочитала инструкцию. Оказалось, этот чайник мог поддерживать температуру воды, кипятить по расписанию и даже издавать мелодии, когда вода готова.
«Господи, — подумала она, — ну зачем мне это?»
Но потом представила, как Володя выбирал этот чайник, читал характеристики, думал, что бы такого подарить матери, чтобы ей было удобно... И улыбнулась.
Через неделю она встретилась с Ириной на рынке. Невестка выглядела спокойнее, даже поздоровалась первой:
— Людмила Васильевна, а ноутбук, кстати, реально хороший. Я вчера весь вечер за ним сидела, ни разу не завис.
— Вот и хорошо, — обрадовалась свекровь. — Может, помиритесь с Володей?
Ирина задумалась:
— Знаете, я тут думала... Может, он не издевается. Может, он правда не понимает, как надо. Просто у него в голове по-другому устроено.
— Точно не понимает, — подтвердила Людмила Васильевна. — Он у меня с детства такой. Все не как у людей.
— Ладно, — вздохнула Ирина. — Пусть приходит. Но если в следующий раз принесет носки, я их ему на голову надену.
Людмила Васильевна рассмеялась. Кажется, мир в семье восстановлен.
Прошло еще полгода. Володя снова стал захаживать к брату, правда, теперь осторожнее. На день рождения Ирины он принес сертификат в книжный магазин — видимо, наконец усвоил урок. Ирина была довольна.
А еще через месяц Володя вдруг объявил, что женится.
Людмила Васильевна чуть с ног не упала от неожиданности:
— Ты на ком?!
— На Кате, — сообщил сын. — Мы с ней три месяца встречаемся. Она программист, работаем иногда вместе. Нормальная баба, не истеричная.
— А где свадьба? Когда? — засыпала его вопросами мать.
— Да какая свадьба, мам, — отмахнулся Володя. — Мы просто в ЗАГС сходим, распишемся и все. Зачем лишние траты?
Людмила Васильевна хотела было возразить, но вовремя прикусила язык. С Володей спорить бесполезно. Главное — баба нашлась. Хоть какой-то порядок в его жизни появится.
Свадьба действительно прошла скромно — расписались, пошли в кафе впятером (Володя, Катя, Людмила Васильевна, Сергей и Ирина). Катя оказалась тихой девушкой в очках, которая на все вопросы отвечала односложно и постоянно что-то проверяла в телефоне.
— Она на тебя похожа, — шепнула Ирина Сергею. — Тоже немного не от мира сего.
— Да ладно, может, у них все получится, — пожал плечами муж.
Прошел год. Володя с Катей переехали из коммуналки в однушку на окраине. Катя оказалась девушкой практичной — заставила мужа устроиться на нормальную работу с окладом, навела в квартире порядок и даже начала откладывать деньги на машину.
Людмила Васильевна вздохнула с облегчением — кажется, младший сын наконец остепенился.
А потом случился день рождения Кати. Володя позвал всех в гости — впервые за много лет он сам устраивал праздник.
Людмила Васильевна, Сергей и Ирина пришли с цветами и тортом. Катя встретила их радостно, накрыла стол, достала домашние пироги. Все сели, поздравили виновницу торжества.
А потом Володя встал, прокашлялся и достал из кармана... конверт.
Ирина замерла с вилкой в руке. Сергей закрыл глаза.
— Котик, — сказал Володя, протягивая конверт жене, — это тебе.
Катя открыла конверт и вытащила оттуда... листок бумаги. Прочитала и расплылась в улыбке:
— Вова, ты серьезно?!
— Серьезно, — кивнул он гордо.
— Что там? — не выдержала Ирина.
— Сертификат на курсы английского, — объяснила Катя. — Я давно хотела подтянуть язык, а они дорогие. Вова накопил и купил!
Людмила Васильевна посмотрела на младшего сына и вдруг поняла: он изменился. Не стал идеальным, нет. Но научился думать о других. Пусть неумело, пусть странно, но научился.
— Молодец, Володь, — тихо сказала она.
— Мам, ты чего? — удивился сын.
— Да так, ничего, — смахнула она непрошеную слезу. — Просто горжусь тобой.
Ирина посмотрела на Сергея, тот пожал плечами. Катя налила всем компот. Володя разрезал пирог.
А Людмила Васильевна сидела и думала: вот оно, счастье. Не в деньгах, не в идеальных подарках. А в том, что твои дети, пусть и через пень-колоду, но находят свой путь. И пусть Володя всю жизнь будет чудаковатым — зато теперь рядом с ним кто-то есть. Кто-то, кто его понимает и принимает таким, какой он есть.
И этого достаточно.