Эскиз, который продавец считал «ученической каракулей», оказался пропавшим экспериментом Мане и стал поводом для громкого спора о том, что считать подлинным бунтом в искусстве На лондонской распродаже старой мебели скучающий торговец вытащил из ящика пожелтевший лист. На обороте громоздилось неловкое «É.M.». Покупатели лишь хмыкали, пока один коллекционер не заметил знакомый нервный штрих. Оказалось, что это пропавший ранний набросок Эдуарда Мане — тот самый, о котором упоминал его друг Фантен-Латур в письмах. Листок казался почти дерзким: грубые линии, смазанные тени, намёк на будущую революцию 🎨. Эксперты спорили: шедевр или смелая проба пера? Но главное — рисунок показал Мане не гладким салонным провокатором, а художником, который ошибался, срывался, искал. И эта честность неожиданно стала его новой сенсацией.
КАК ИСЧЕЗНУВШИЙ НАБРОСОК МАНЕ ВНЕЗАПНО ВСПЛЫЛ НА ПЫЛЬНОЙ ЛОНДОНСКОЙ РАСПРОДАЖЕ И ПЕРЕВЕРНУЛ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЕГО РАННЕМ БУНТАРСКОМ ПЕРИОДЕ
ВчераВчера
~1 мин