— Сын, нам нужно поговорить.
Тишина, из-за закрытой двери доносится только звук клавиатуры. Артем снова в наушниках, он всегда в наушниках, когда Татьяна хотела поговорить с ним.
Она постучала громче. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы мать увидела его хмурое лицо.
- Чего тебе?
- Я нашла покупателей на квартиру. Ты уже определился, где будешь жить?
Он посмотрел на нее так, будто она просила его прыгнуть с моста. Хотя Татьяна просила всего лишь съехать и выписаться. Она хотела переехать в другой город к родным. Артем же взрослый мужчина, фактически не разговаривающий с матерью развода с его отцом.
— Мама, ну началось, — он закатывает глаза и захлопывает дверь.
Этот диалог повторялся в квартире Татьяны последние несколько лет. С той лишь разницей, что сначала она спрашивала робко, а под конец — устало и обреченно. Сын неизменно уходил в свою комнату и включал наушники.
***
Эту маленькую квартиру с печным отоплением они купили с мужем, когда сыну было лет семь. У Артема сразу появилась своя комната, он рос, ходил в школу, получил профессию, уже начал работать.
Только вот брак у родителей трещал по швам. Муж пил, пропадал ночами, заводил романы на стороне. Татьяна терпела много лет, ради сына, как она потом объясняла знакомым. Артем отца обожал, считал, что все, что делает отец, это правильно.
Когда сыну исполнилось 22, Татьяна решилась на развод.
И здесь случилось то, чего она не ожидала. Сын, ради которого она столько лет сохраняла семью, отнесся к ее решению враждебно.
— Ты чего, мать? Столько лет терпела — и сейчас невмоготу стало?
Он не спросил, как она себя чувствует, не поинтересовался, сколько ночей она проплакала на кухне. Артем просто не принял ее выбора.
Татьяна предложила сыну переехать к отцу, если он так переживает. В ответ — молчание. Он ушел в свою комнату и закрыл дверь.
С того дня они стали соседями, Артем сказал, что будет оплачивать коммуналку и помогать с дровами, но это осталось только на словах. Он врезал в дверь замок в свою комнату, питался отдельно.
***
Квартиру после развода Татьяна отсудила себе, бывшему мужу выплатила компенсацию, стала единоличной собственницей. Сын остался жить с ней.
Какое-то время теплилась надежда: может, наладятся отношения? Может, повзрослеет и поймет?
Но взросление не наступало.
Сын работал, имел стабильный доход, но в бюджет семьи не вкладывался, ни копейки. Платежи за свет, отопление, воду — все ложилось на Татьяну. Квартира, как и частный дом, требовала дров, уборки снега, ремонта. Сын не участвовал ни в чем.
У него была своя комната. Он купил себе отдельную кастрюлю, отдельные тарелки, свой маленький холодильник. Покупал еду только для себя, готовил только себе и ел, закрывшись на ключ.
Сначала Татьяна пыталась восстановить отношения: стучалась — он не открывал, звала ужинать — он не выходил, просила поговорить — он надевал наушники.
Так прошло несколько лет.
Подруги говорили:
- Таня, да выгони ты его, раз такой самостоятельный, пусть за жилье платит, а то живет на все оплаченном, в тепле, а ты дрова носишь, колоть нанимаешь, за воду платишь.
А как выгонишь? Он же сын, кровинка.
***
Татьяна решила продать квартиру и переехать в другой город: там родные, подруги, а здесь она никому не нужна.
Но покупатели, увидев, что в квартире прописан и проживает взрослый сын, отказывались от сделки. Кому нужна проблема с возможным выселением?
Татьяна предлагала сыну деньги: на первый взнос за аренду, на обустройство, тот отказывался, молча уходил в комнату.
Тогда она пошла к юристу:
- Что модно сделать?
- Вписать через суд.
- Но он же сын, член семьи, не выпишут, я читала и в интернете консультировалась.
- Формально вы не сдавали ему комнату, денег не брали. Значит, по закону это не наем, а безвозмездное пользование, как чужому человеку дали пожить. По Гражданскому кодексу вы имеете право в любой момент отказаться от такого "одолжения", предупредив за месяц».
Татьяна направила сыну официальное уведомление.
- Освободи жилье до 15 апреля 2025 года.
Ответа не последовало. Она пошла в суд.
***
В суд идти было страшно, как она будет рассказывать людям, что собственный ребенок стал ей чужим?
- Расскажите, как вы живете, — попросила судья.
И она рассказала: про дрова, которые сама покупает, и сама нанимает людей колоть (он даже нос не высунет помочь, про счета за свет, которые оплачивает только она (у него своя техника работает круглосуточно), про то, как год уговаривала его съехать по-хорошему.
— Я предлагала ему деньги, — голос дрогнул. — На первое время, на аренду. Он отказался, молча ушел в комнату.
Потом вызывали подруг Татьяны, они подтвердили:
— Да мы у Тани бываем довольно часто, видим следующее: Артем приходит, закрывается и не выходит. Дрова она одна носит, печь топит, за газовые баллоны платит и за свет, а он только пользуется всем.
— Конфликтные отношения, — кивала вторая свидетельница. — Ни заботы, ни помощи.
Сын на суд не пришел. Просто не явился, хотя знал, его извещали.
Прокурор, молодая женщина, слушала и все больше хмурилась. Потом встала и сказала:
— Считаю требования о выселении обоснованными. Факт родственных отношений сам по себе не дает права пользования жильем. Если нет общего хозяйства, нет взаимной заботы, нет семейных отношений в юридическом смысле — это просто сожительство. Собственник вправе распоряжаться своим имуществом.
Судья читал решение долго, скучно, с цитатами из законов Татьяна почти не вслушивалась.
— Расторгнуть договор безвозмездного пользования... Признать утратившим право... Выселить без предоставления другого жилого помещения...
….ответчик был уведомлён об отказе истца от договора, при этом у ответчика отсутствуют законные основания права пользования жилым помещением, однако, в отсутствие у него законных оснований для проживания в жилом помещении, ответчик квартиру не освободил, членом семьи истца применительно к положениям ч.1 ст.31 ЖК РФ не является, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что договор безвозмездного пользования жилым помещением прекращён, ответчик утратил право пользования спорным жилым помещением, соответственно его право пользования квартирой прекращено, ответчик подлежит выселению. При этом суд отмечает, что факт родственных отношений сам по себе не может служить основанием для сохранения за ответчиком права пользования жилым помещением, поскольку помимо родственных отношений необходима совокупность и иных юридических фактов, которая в рамках настоящего спора не установлена. Родственные отношения между сторонами в соответствии с положениями действующего жилищного законодательства не свидетельствует о наличии между сторонами семейных отношений применительно к положениям ст.31 Жилищного кодекса Российской Федерации…
Получив решение, копию Татьяна положила на кухонный стол. Вечером пришел сын, увидел бумагу, прочитал и ушел в свою комнату, щелкнул замок.
Как всегда.
Татьяна вздохнула, исполнительный лист она получит, приставы дадут ему срок, чтобы освободить жилье добровольно, потом будут выселять принудительно.
Знакомые Татьяны говорят: он так и не пришел поговорить, не попросил прощения, не предложил помочь по дому, не попытался наладить отношения. Просто закрылся в комнате и ждал.
— Что он там ждет? — пожимают плечами соседи. — Чуда? Мать уже все решила. Она свое оттерпела.
***
Наверное, вы сейчас думаете: какая жестокая мать, родного сына выгнала на улицу.
Может быть, Татьяна ночами не спала, думала, ждала, что придет утром и скажет:
- Мама, прости, давай по-человечески?
А утром она вставала и снова видела закрытую дверь и понимала: нет, не придет.
P.S. Решение суда вступило в законную силу. Сын за это время так и не выехал. Теперь у Татьяны на руках исполнительный лист, и дальше дело за приставами.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Решение от 1 июня 2025 г. по делу № 2-564/2025, Зейский районный суд (Амурская область)