ГЛАВА ПЕРВАЯ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ВМЕСТЕ У НАС БОЛЬШЕ ШАНСОВ ВЫЖИТЬ
Тарвин стоял у старого дубового стола, и время, казалось, застыло — словно муха в янтаре. Юноше недавно исполнилось восемнадцать: он только‑только окончил гимназиум, где проявил себя прилежным, вдумчивым учеником. Его пытливый ум жадно впитывал знания — от точных наук до древних преданий. В чертах лица читалась унаследованная от отца твёрдость: прямой нос, чётко очерченные скулы, волевой подбородок. Серые глаза, обычно живые и любознательные, сейчас были полны задумчивости и тревоги. Волосы, светло‑каштановые, чуть вившиеся на концах, он зачёсывал назад — привычка, оставшаяся со школьных лет.
Каждая вещь в кабинете лежала на своём месте — так, как было в то хмурое утро, когда отец, застегнув дорожный плащ, переступил порог, чтобы отправиться со своим караваном на юг. С тех пор здесь ничего не трогали: ни мать, ни слуги, ни Тарвин. Этот кабинет превратился в молчаливый памятник — не комнате, где работал отец, но ему самому.
Слева находилась аккуратная стопка книг. Переплёты из потёртой кожи, золотые тиснённые буквы на корешках слегка потускнели от времени. Здесь были и торговые реестры, и путевые заметки, и старинные атласы, и даже пара томов по алхимии… Отец любил повторять: «Знание границ не знает». Верхние книги покрывал тонкий слой пыли, но линии складок на страницах говорили о том, что их недавно листали. Тарвин знал: мать порой приходит сюда, перечитывает записи, ищет знаки, подсказки, намёки на то, куда мог направиться её муж и его отец.
В центре стола лежала карта Ардории — развёрнутая, закреплённая медными уголками. Её края чуть загнулись от частого использования. На пергаменте виднелось множество пометок: буквы, стрелки, кружки, выцветшие чернила. Отец отмечал здесь маршруты, опасные перевалы, места стоянок, источники воды. В одном углу красовалась жирная точка у подножия Барьера, обведённая трижды. Рядом располагалась короткая запись: «Портал — Саурон». Тарвин провёл пальцем по этой надписи. Что она значила? Почему отец выделил её? Вопросы без ответов — как тени в углу комнаты.
Справа стояла чернильница из тёмного стекла, с остатками засохших чернил на дне. Рядом лежало перо, аккуратно уложенное в резную деревянную подставку. На кончике пера виднелось крошечное пятнышко — засохшие чернила. Тарвин помнил, как отец, задумавшись, крутил это перо в пальцах, прежде чем записать очередную мысль. Теперь оно лежало неподвижно, словно ожидая, когда его снова возьмут в руку.
Тарвин медленно обошёл стол, коснулся спинки отцовского кресла. Дерево было холодным. Опустившись на сиденье, он оглядел комнату: полки с редкими артефактами, свитки в медных тубусах, компас на подставке, часы с маятником, замершие на 10:17. Всё это — осколки жизни, которая когда‑то наполняла эти стены.
Он потянулся к карте, развернул её шире. Пергамент чуть захрустел под пальцами — старый, но ещё крепкий, пропитанный воском по краям, чтобы не обтрепался. Перед глазами возникли линии маршрутов, нанесённые отцовской рукой. Тарвин проследил пальцем путь от города до Барьера — медленно, вчитываясь в каждую пометку.
Перевал Теневых Ветров… Там даже летом туман стоял такой, что руку перед собой не увидишь. А зимой — вовсе гиблое место: ветры воют, словно души неприкаянные. Отец отметил три безопасные тропы, но две из них уже завалены — Тарвин сам видел это, когда прошлым летом ходил с караваном отца.
Дальше лежала река Мгла. Неширокая, но коварная: дно в острых камнях, а вода ледяная, обжигающая холодом. На карте отец отметил крестиком брод, где глубина не выше колена. Но Тарвин помнил его слова: «В половодье этот брод становится ловушкой. Жди, пока вода сойдёт». Значит, если отправляться сейчас, придётся идти через Чёртов мост. А это лишние дни, лишние риски.
Минуя реку, дорога вела к заброшенной крепости Старого Короля. На карте — кружок с вопросительным знаком. Отец никогда не объяснял, что там случилось.
Отец выбрал не самый быстрый маршрут. И самый опасный.
«Что произошло у Барьера, отец?» — мысленно спросил Тарвин.
Ответа не было. Но он знал: чтобы найти отца, ему придётся пройти этим путём. И, возможно, узнать то, что отец так тщательно скрывал — даже от сына
Распахнулась дверь. Тарвин поднял голову — в комнату вбежала Лина.
В полумраке её фигура казалась особенно стройной: тонкая талия перехвачена ремешком, простое платье подчёркивало гибкость силуэта. Но больше всего Тарвину нравились её волосы — густые, тёмно‑каштановые, с рыжеватыми отблесками, будто в них запутались лучи закатного солнца. Они были собраны в тугую косу, но несколько непокорных прядей выбились и падали на лицо, придавая ей чуть озорной вид.
— Ты точно решил идти… туда? — спросила Лина, не тратя времени на предисловия.
Её зелёные глаза смотрели прямо и пронзительно, словно пытались разглядеть в душе Тарвина то, что он сам ещё не осмеливался признать. В этом взгляде плескалась целая буря: беспокойство, решимость, едва уловимая тень страха и… надежда.
Тарвин удивлённо взглянул ей в глаза. Лицо Лины — тонкое, с высокими скулами и прямым носом — казалось особенно серьёзным. Обычно на её губах играла лёгкая улыбка, а в уголках глаз собирались весёлые морщинки, когда она смеялась.
— Туда — это куда? — спросил он.
Лина чуть приподняла бровь, словно удивляясь самому вопросу. Она шагнула ближе и остановилась у стола, где лежала развёрнутая карта Ардории. Пальцы девушки скользнули по пергаменту и задержались на жирной точке у подножия Барьера.
— К Барьеру, конечно же, — произнесла она, победно окинув взглядом ошарашенное лицо Тарвина. — Думаешь, в твоём доме хоть что‑то остаётся тайной? Слуги шепчутся. Мама твоя ходит с заплаканными глазами. Ты вот изучаешь маршруты и записи отца.
Тарвин помолчал. Она была права: в этом доме секреты жили недолго.
— Да, я иду туда, — наконец произнёс он. — Отец возвращался с Юга. Путь проходил мимо Барьера. Груз — синяя глина из южных болот. Обратно караван не вернулся. И никаких следов…
Лина присела на стул и скрестила руки на груди. Поза вышла одновременно расслабленной и напряжённой — как у хищника перед прыжком.
— Как думаешь, что могло произойти? — спросила она, глядя Тарвину прямо в глаза.
— Не знаю, — ответил он, не отводя взгляда.
Лина чуть приподняла бровь — движение было едва заметным, но Тарвин знал: девушка никогда ничего не делает просто так. Наверняка она догадывалась, что у него есть кое‑какие мысли по этому поводу.
— Три месяца назад в приграничных селениях начали пропадать люди, — продолжил Тарвин, медленно подбирая слова. — Не поодиночке — семьями. Скот и вещи — всё на месте. Только пустые дома и следы… странные следы.
Лина нахмурилась — между бровями пролегла тонкая морщинка.
— Откуда ты узнал?
— Слышал разговор воинов из Стражи. Они встретили старика из деревни у перевала. Так вот, он сказал: «Он шёл, как тень, но тень была живая. И за ним тянулся холод».
Лина тихо выдохнула. В этом звуке Тарвин уловил то, чего не слышал раньше — не просто тревогу, а страх. Да, именно страх, хоть девушка изо всех сил старалась его скрыть.
— Кто это мог быть? — прошептала Лина.
— Этого никто не знает, — вздохнул Тарвин. — Но я нашёл одну зацепку. Возможно, она связана с пропажей каравана. Посмотри сюда. — Он ткнул пальцем в запись на карте: «Портал — Саурон».
Лина склонилась к пергаменту и наморщила лоб.
— Что это может означать?
— Если бы я знал… — Тарвин провёл рукой по лицу, сгоняя усталость. — Кстати, а тебе не знакомо это имя — Саурон?
Лина задумалась, потом тряхнула головой — рыжие блики в её волосах вспыхнули, словно языки пламени.
— Что‑то знакомое… Где‑то я уже слышала это имя… — Она замолчала, пытаясь вспомнить; брови сошлись на переносице. — Нет, не помню.
— Жаль, — бросил Тарвин, хотя и не слишком удивился. Имена, подобные этому, обычно всплывали лишь в самых тёмных уголках памяти.
Он свернул карту и засунул её в тубус. Медный клапан щёлкнул — звук получился резким, будто выстрел, разорвавший тишину комнаты.
— Я должен найти отца… Если он ещё жив, — твёрдо произнёс Тарвин.
Лина встала и поправила ремень с мешочками зелий.
— Тогда я иду с тобой, — твёрдо заявила Лина.
— Это опасно, — возразил Тарвин, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Я знаю, — спокойно ответила она. — Но ты не пойдёшь один.
Тарвин отрицательно покачал головой.
— Нет, — произнёс он чётко, глядя ей в глаза. — Это слишком опасно.
Лина упёрлась в него сердитым взглядом. В её глазах не было ни капли сомнения — только упрямая решимость.
— Вот именно. Но ты не забывай, что я маг, хоть и начинающий. А магия тебе может помочь в поисках отца.
Тарвин стиснул зубы, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как приказ, но и не оставляли места для споров.
Следующая глава выйдет во вторник 17 февраля 2026 года
13.02.2026
С уважением Павел https://author.today/work/546053