В одном из предыдущих размышлений я уже касался взглядов Ги Дебора и Бён-Чхоль Хана, рассматривающих развитие нашего общества — от «общества спектакля» к «обществу усталости». Сегодня подобные концепции уже не кажутся абстрактным философствованием или мрачным прогнозом. Многие из нас ощущают это на себе и вынуждены искать свой путь взаимодействия с новой реальностью. Когда последний раз вы давали себе возможность просто скучать, по-настоящему проголодаться или посидеть спокойно, никуда не торопясь? Наверняка вы испытывали FOMO (боязнь упущенных возможностей) и в то же время — полную апатию и невозможность выбирать.
Почему я об этом пишу? Как и вы, я не знаю «правильных» ответов. Мне помогает рефлексия, наблюдение и самонаблюдение — попытки нащупать «дух времени» и понять, как с ним быть. В этом смысле мне показался полезным эклектичный и интуитивный опыт Дженни Оделл, описанный в её книге «Как ничего не делать: сопротивляясь экономике внимания» (в русском переводе — «Время тишины»).
Оделл описывает предельно личную историю узнавания черт современности. Через теорию и практику современного искусства, политический и экологический дискурс, с привлечением философии и психологии, она приходит, в общем-то, к полному согласию с Бён-Чхоль Ханом, который пишет: «С исчезновением расслабления “уходит дар прислушивания” и “исчезает сообщество слушающих”... “Дар прислушивания” основывается именно на способности к тихому, созерцательному вниманию, к которому у гиперактивного эго нет доступа».
Оделл переводит эту теорию в плоскость практики, снабжая её многочисленными примерами из повседневности, где наше «гиперактивное эго» намеренно стимулируется и лишается «созерцательного внимания» вездесущими алгоритмами, поведенческим маркетингом и императивным дизайном.
Что же для нас это значит? Конечно, такие рассуждения могут натолкнуть на мысль о луддизме или отшельничестве как способе сохранить своё «Я» в мире тотальной манипуляции. Однако ни Хан, ни Оделл не проповедуют такого подхода. Фиксируя сложность современности, они — как и мы сейчас — пытаются отыскать приемлемые способы взаимодействия с новой повседневностью, а иногда и противодействия её наиболее агрессивным практикам. Кража нашего внимания экономикой, по мнению Оделл, — не данность. Мы способны управлять своим вниманием по своему усмотрению, возвращая себе агентность в собственной жизни. Тем более что апроприация нашего внимания возможна в основном тогда, когда мы говорим о его достаточно поверхностной форме. Развивая осознанное и волевое управление вниманием, Оделл предлагает, например, практику углублённого наблюдения за природой и птицами, критическую пересборку понятия «продуктивности» и бдительное отслеживание рыночной логики в повседневности.
Какое отношение это имеет к экзистенциализму и терапии? На мой взгляд, самое прямое. Экзистенциальная терапия по своей сути сфокусирована на бытии человека в мире. Она не даёт универсальных инструкций по «цифровой гигиене», но помогает человеку задать себе фундаментальные вопросы: на что на самом деле я хочу тратить своё внимание — этот важнейший ресурс моей жизни? Что моё текущее «расфокусированное» состояние говорит о моих ценностях и кризисах? Как, оставаясь в мире, найти или создать в нём те самые «убежища» для подлинного бытия и внимания — к себе, Другому, настоящему моменту?
Искать нужные вопросы, а с ними и возможные ответы, продолжим в следующих наблюдениях.
