Реки – один из самых очевидных природных ориентиров для проведения границ: именно поэтому города, стоящие на двух берегах, так часто оказываются разделенными. Французская революция породила концепцию «естественных границ Франции», одна из которых должна была проходить по Рейну. Примерно в это же время Россия проводила свои новые границы по рекам без всяких революций. На севере – по Турнеэльвену, а на юге – по Пруту и Дунаю.
В результате Бухарестского мирного договора, закрепившего присоединение Бессарабии к России, разделенным оказалось местечко Унгены в среднем течении Прута в 15 км от древней молдавской столицы Яссы:
Большая часть Унген оказалась в России, меньшая – в Молдавском княжестве, позже – Румынии.
Важным событием в истории Унген стало строительство Бессарабской ветви Юго-Западной железной дороги (1875 г.), после которой местечко начинает бурно развиваться:
А вокзал станции Унгены, построенный уже в советское время, и поныне поражает своими масштабами заезжих путешественников. Румынская станция Унгены-Прут по другую сторону границы гораздо скромнее. Соединяет две станции послевоенный мост через Прут, гордо именуемый мостом Эйфеля, потому что французский инженер участвовал, как утверждается, в проектировании оригинального моста, построенного в 1877 г.:
Не удалось выяснить вопрос о том, были ли Унгены административно объединены в 1918-40 гг., когда обе части села находились в Румынии. Но городом они стали после присоединения Бессарабии к СССР.
На трех картах разных периодов мы видим три разных русских названия населенного пункта: Унгени (1913):
Унгены (1980-е):
и Унгень (наши дни):
Последнее явно следует некоей молдавской норме транслитерации, которая распространяется на картографов и железнодорожников, веля последним называть столичный вокзал «Кишинэу». Кто знает, кто эту норму ввел – просьба просветить.
(В последнем случае забавно, что аналогичные топонимы в Румынии передаются с -ни на конце).