В обыденном сознании укоренилось представление о том, что страх выполняет преимущественно сигнальную функцию, побуждая индивида к избеганию потенциально опасных ситуаций. Соответственно, добровольное стремление к риску нередко интерпретируется нами либо как безрассудство, либо как проявление бессознательной тяги к саморазрушению – наследие психоаналитической традиции, усматривавшей в подобном поведении влечение к смерти.
Однако в академической психологии последних десятилетий, а также систематическое наблюдение за людьми, чей образ жизни включает регулярное взаимодействие с опасностью, свидетельствуют об ином.
Люди, практикующие прыжки с парашютом, восхождения на труднодоступные вершины, скоростной спуск на велосипеде по горным склонам или даже более экстремальные виды активного отдыха, демонстрируют не столько пренебрежение к жизни, а напротив – выраженную приверженность её наиболее интенсивному переживанию. Феномен поиска подобных ощущений, представляет собой устойчивую характеристику личности, определяющую потребность в новых, разнообразных и интенсивных переживаниях. Добавим к этому готовность идти на физический, социальный или финансовый риск ради получения такого опыта.
Систематическое изучение данного конструкта началось во второй половине ХХ века в рамках исследований сенсорной депривации. В ходе экспериментов, предполагавших длительное пребывание в условиях обеднённой стимуляции, обнаружился устойчивый индивидуально-психологический феномен: часть испытуемых уже спустя непродолжительное время начинала демонстрировать признаки выраженного дискомфорта, двигательного беспокойства и эмоциональной лабильности, тогда как другие сохраняли состояние относительного спокойствия на протяжении многих часов. Дальнейший анализ позволил идентифицировать латентную переменную, объясняющую данные различия – потребность во внешней стимуляции, вариативность которой имеет устойчивые нейробиологические корреляты.
Структура поиска ощущений включает четыре относительно независимых, но взаимосвязанных компонента.
- Первый компонент – поиск приключений и риска – проявляется в устойчивом влечении к видам активности, сопряжённым с физической опасностью, при этом субъективная ценность такой деятельности непосредственно связана с наличием элемента риска, а не вопреки ему.
- Второй компонент – поиск новых впечатлений – представляет собой стремление к неизведанному, будь то в сенсорной модальности (Необычная пища, эстетические переживания), когнитивной сфере (новые идеи, нетривиальные концепции) или социальном взаимодействии (Общение с неординарными личностями, погружение в непривычную культурную среду).
- Третий компонент – расторможенность – характеризует способность индивида к спонтанным, нерегламентированным действиям, низкую чувствительность к социальным запретам и санкциям, а также готовность к реализации импульсивных побуждений.
- Четвёртый компонент – чувствительность к скуке – определяет меру переносимости монотонии, повторяемости, предсказуемости; индивиды с высокими значениями по данному параметру испытывают выраженный дискомфорт в ситуациях, характеризующихся отсутствием динамики и новизны.
Поиск ощущений не тождественен безрассудству или склонности к неоправданному риску. Эмпирические данные свидетельствуют о том, что опытные альпинисты, серферы, парашютисты и представители иных экстремальных профессий демонстрируют выраженную способность к объективной оценке угроз и систематической минимизации рисков посредством совершенствования навыков, тщательной подготовки и строгого соблюдения протоколов безопасности.
Риск в их деятельности выступает не самоцелью, но неизбежным фоном, на котором разворачивается процесс достижения мастерства и переживания предельной концентрации – состояния, обозначаемого в психологии как «поток». Характерно, что многие из них подчёркивают: экстремальные ситуации предоставляют уникальную возможность для самопознания и самооценки, позволяя верифицировать собственные компетенции в условиях, исключающих симуляцию и самообман.
В контексте психического здоровья и психологического благополучия поиск ощущений демонстрирует неоднозначные, но в целом позитивные корреляции. Лица с высокими показателями по соответствующим шкалам сообщают о более высоком уровне удовлетворённости жизнью, субъективном благополучии и меньшей частоте тревожных и депрессивных расстройств по сравнению с генеральной популяцией. Данный феномен объясняется не отсутствием стрессогенных воздействий, а специфическим копинг-стилем: индивиды, ориентированные на поиск ощущений, склонны интерпретировать потенциально угрожающие ситуации не как опасность, требующую избегания, а как вызов, предполагающий активное совладание.
Разумеется, указанное не означает, что поиск ощущений следует рассматривать как универсально адаптивную стратегию, а экстремальные виды активности – как обязательную практику для всех. На одном полюсе располагаются индивиды, нуждающиеся в интенсивной, зачастую рискованной стимуляции для достижения оптимального уровня активации, на другом – те, чья потребность в новизне и возбуждении удовлетворяется в рамках повседневной, нормативной активности. Проще говоря, каждому своё. Принципиальным является не конкретное содержание деятельности, а её способность удовлетворять потребность в новизне и сложности, обеспечивая тем самым поддержание оптимального психологического тонуса и субъективного благополучия.
Автор: Можаров Роман Михайлович
Психолог, Семейный психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru