Звёздный компаньон Маленького принца
Я никогда не думал, что моя жизнь изменится из-за пса. Тем более из-за пса, который умеет разговаривать. Тем более из-за пса, который утверждает, что он с другой планеты и что ему нужно срочно найти Маленького принца, потому что тот, понимаешь ли, потерялся где-то в космосе, а без него, этого самого принца, все звёзды могут погаснуть.
Я сидел на кухне, пил остывший чай и смотрел на него. Пёс сидел на табуретке напротив — как-то умудрился забраться, хотя табуретка для него была маловата — и внимательно следил за мной умными, совершенно человеческими глазами. Он был небольшой, лохматый, с рыжеватыми подпалинами на лапах и огромными ушами, которые то и дело смешно шевелились, когда он прислушивался к чему-то, чего я не слышал.
— Ты мне скажешь что-нибудь? — спросил я наконец. — Или мы так и будем сидеть в тишине?
— Я думал, ты привык к тишине, — сказал пёс. Голос у него оказался низкий, немного хрипловатый, как у старого актёра, который переиграл сотню спектаклей и теперь отдыхает на пенсии. — Ты же всегда один сидишь по вечерам. Телевизор не включаешь. В телефон не смотришь. Просто сидишь и смотришь в стену. Я за тобой три дня наблюдал.
Я поперхнулся чаем.
— Ты за мной три дня наблюдал?
— Ну да, — пёс пожал плечами. Или сделал движение, похожее на пожатие плечами. Сложно сказать, когда перед тобой сидит лохматое существо с ушами локаторами. — А что мне ещё делать? Я ждал, когда ты заметишь. Но ты не замечал. Люди вообще редко замечают что-то необычное. Вы слишком заняты своей обычностью.
Я отодвинул кружку. Мне было сорок три года, я работал бухгалтером в маленькой фирме, которая торговала запчастями для сельхозтехники, у меня была двухкомнатная квартира в спальном районе, бывшая жена, которая вышла замуж за другого и жила теперь в Краснодаре, и взрослая дочь, которая звонила раз в месяц и говорила: «Пап, ты как?». Я не верил в чудеса. Я не верил в говорящих собак. Я вообще ни во что не верил, кроме того, что можно потрогать и посчитать.
— Ты меня извини, — сказал я осторожно. — Но у меня, кажется, крыша едет. Я разговариваю с собакой.
— Я не собака, — обиженно сказал пёс. — То есть я собака, конечно, но не простая. Я звездный компаньон. Меня так и зовут — Комп. Сокращённо от Компаньон. Я путешествую с Маленьким принцем по планетам. Только вот беда...
Он замолчал. Уши у него поникли.
— Что за беда?
— Мы потерялись, — сказал Комп. — Не в смысле, что я не знаю, где он. Я знаю, где он. Он на Земле. Где-то совсем рядом. Но он... он не помнит, кто он. Понимаешь? Он забыл. Каждый раз, когда он возвращается на Землю, с ним случается эта штука. Он становится обычным мальчиком. Забывает про свою планету, про розу, про меня. А мне без него нельзя. Я его компаньон. Я должен быть рядом.
— И что я могу сделать? — спросил я. — Я бухгалтер. Я в космосе ни разу не был, даже в самолёте летал всего два раза, и оба раза меня укачивало.
— Ты можешь помочь мне его найти, — просто сказал Комп. — Ты здесь живёшь, ты знаешь этот город. А я тут три дня брожу и ничего не понимаю. У вас всё такое... одинаковое. Дома, машины, люди. Как вы тут ориентируетесь?
Я посмотрел в окно. За окном был обычный спальный район, обычная девятиэтажка напротив, обычные ряды машин вдоль бордюров. Да, наверное, со стороны это выглядело лабиринтом.
— Ладно, — сказал я. — Допустим, я тебе поверю. Допустим, я соглашусь помочь. С чего начнём?
Комп спрыгнул с табуретки — легко, почти беззвучно — и подошёл к окну. Встал на задние лапы, передними упёрся в подоконник. Со стороны это выглядело так уморительно, что я невольно улыбнулся.
— Видишь ту звезду? — он ткнул носом в небо. За окном темнело, и в разрывах облаков действительно проглядывала одна яркая точка. — Это моя. То есть наша. Планета Маленького принца. Она сейчас видна только нам двоим. И ещё тем, кто помнит.
— Кто помнит что?
— Кто помнит, что был ребёнком, — сказал Комп. — Взрослые её не видят. Они вообще звёзд не видят, им фонари мешают.
Я смотрел на эту точку и думал: «Боже, я сошёл с ума. Окончательно и бесповоротно. Сорок три года, бухгалтерия, кредит за машину, и вот я стою у окна и слушаю говорящего пса про звезду, которую видят только дети».
И в этот момент звезда мигнула.
Не как самолёт, не как спутник. Как-то иначе. Тёплым, золотистым светом, от которого у меня вдруг защипало в груди. Я не мог этого объяснить, но я вдруг почувствовал: она правда есть. Она правда ждёт.
— Ну что, — сказал Комп. — Пойдём искать моего мальчика?
Я кивнул. И мы вышли в ночь.
Три дня мы бродили по городу. Я брал отпуск за свой счёт, врал начальнику про болезнь, а сам целыми днями ходил с лохматым псом по дворам, скверам, детским площадкам. Комп нюхал воздух, прислушивался к чему-то, иногда замирал на месте и смотрел в одну точку, а потом говорил: «Нет, показалось».
— А как мы его вообще узнаем? — спросил я на второй день. Мы сидели в парке на лавочке, ели пирожки с капустой, которые я купил в ларьке. Комп умудрялся есть пирожок, держа его в лапах, и при этом не ронять ни крошки. Я перестал удивляться.
— Он выглядит как обычный мальчик, — сказал Комп. — Лет десяти-одиннадцати. Светлые волосы, большие глаза, и он всегда смотрит в небо. Даже когда идёт по улице. Даже когда разговаривает с кем-то. Он всегда ищет свою звезду.
— Это все дети так делают, — заметил я.
— Нет, — Комп покачал головой. — Дети смотрят в небо, когда хотят увидеть что-то. А он смотрит в небо, потому что хочет, чтобы небо увидело его. Понимаешь разницу?
Я не понимал. Но кивнул.
— И ещё, — добавил Комп. — Он не может пройти мимо того, кто грустит. Он обязательно остановится, спросит, что случилось, и попробует помочь. Это главный признак.
— Много в наше время таких детей, — усмехнулся я. — Которые к грустным подходят.
— Вот именно, — серьёзно сказал Комп. — Поэтому мы его и найдём.
На третий день мы зашли в тупик. Облазили весь город, обошли все парки и скверы, заглядывали во все дворы. Комп начал заметно падать духом. Его уши совсем обвисли, хвост волочился по земле, и даже пирожки его больше не радовали.
— Может, его нет в этом городе, — предположил я. — Может, он в другом месте?
— Он здесь, — упрямо сказал Комп. — Я чувствую. Совсем рядом. Но что-то мешает. Как будто стекло между нами.
— Какое стекло?
— Не знаю, — он вздохнул. — Иногда, когда Маленький принц забывает, кто он, вокруг него образуется такая... плёнка. Он сам её создаёт, чтобы не вспоминать. Потому что вспоминать больно. Там, на его планете, осталась роза. Он её очень любит, но не может к ней вернуться, пока не выполнит своё предназначение.
— Какое предназначение?
— Помогать, — просто сказал Комп. — Он для этого путешествует. Чтобы помогать тем, кто забыл, что они не одни. Но иногда он так устаёт, что сам забывает.
Мы сидели на лавочке у набережной. Волга была тёмной, тяжёлой, в ней отражались огни моста. Я смотрел на эту воду и думал о своей жизни. О том, как я жил последние десять лет. Работа — дом — работа. Вечера в одиночестве. Телевизор для шума. Никого, кто спросил бы: «Ты как?» — и правда захотел бы услышать ответ.
— А ты? — вдруг спросил Комп. — Ты чего такой грустный всё время?
Я вздрогнул. Пёс смотрел на меня в упор своими умными глазами.
— Я не грустный, — сказал я. — Я обычный.
— Обычных не бывает, — отрезал Комп. — Бывают те, кто помнит, что они живы, и те, кто забыл. Ты забыл.
Я хотел возразить, но не нашёл слов.
— Ты тоже потерялся, — тихо сказал Комп. — Не так, как мой мальчик. Ты потерялся в своей квартире, в своей работе, в своих привычках. Ты уже не помнишь, зачем вообще встаёшь по утрам.
— Я помню, — сказал я. — Чтобы жить.
— А зачем жить?
Вопрос повис в воздухе. Я смотрел на реку и понимал, что у меня нет ответа. Просто нет. Я жил по инерции. Потому что так надо. Потому что мама родила, потому что надо работать, потому что надо платить за квартиру. А зачем — я правда не знал.
— Ладно, — я встал. — Пошли искать твоего принца. Хватит сопли жевать.
На четвёртый день мы нашли его.
Это был обычный двор в обычном спальном районе. Девятиэтажки, детская площадка, лавочки с бабушками. Мы с Компом шли мимо, почти потеряв надежду, как вдруг пёс замер.
— Он там, — сказал Комп шёпотом.
Я посмотрел. На скамейке, в самом углу, сидел мальчик. Светловолосый, худенький, в лёгкой куртке не по погоде. Он сидел неподвижно и смотрел вверх. В небо. Хотя на небе не было ничего, кроме серых облаков.
— Точно он? — спросил я.
— Да, — Комп дрожал. — Я чувствую. Пойдём.
Мы подошли ближе. Мальчик обернулся. У него были большие, очень светлые глаза, почти прозрачные. Он посмотрел на нас без удивления, как будто ждал.
— Комп, — сказал он тихо. — Ты меня нашёл.
Пёс рванул к нему, запрыгнул на скамейку, принялся лизать лицо, руки, всё подряд. Мальчик смеялся — тихо, счастливо, и гладил его по лохматой голове.
— Я знал, что ты придёшь, — говорил он. — Я знал, что ты меня не бросишь. Я просто... я просто забыл дорогу. А ты помнишь?
— Всегда помню, — бормотал Комп между поцелуями. — Всегда.
Я стоял в стороне, чувствуя себя лишним. Потом мальчик посмотрел на меня.
— Спасибо, — сказал он. — Вы помогли Компу меня найти. Без вас бы он ещё долго бродил.
— Не за что, — я пожал плечами. — Я... я просто шёл рядом.
— Вы шли рядом, потому что хотели помочь, — сказал мальчик. — Это самое главное.
Он встал. Комп послушно спрыгнул со скамейки, встал рядом с ним.
— Мы пойдём, — сказал мальчик. — Нам нужно навестить ещё много планет. Там есть те, кто ждёт.
— А как же... — я запнулся. — Как же ты попадёшь обратно? На свою планету?
Мальчик поднял голову к небу. В разрыве облаков снова показалась та самая звезда — золотая, тёплая, живая.
— Она всегда меня ждёт, — сказал он. — Главное — не забывать, что ты кому-то нужен. Хотя бы одной звезде. Хотя бы одной розе. Хотя бы одному псу.
Он улыбнулся мне — той улыбкой, от которой у взрослых людей щиплет в глазах.
— А вы? — спросил он. — Вы помните, кто вас ждёт?
Я задумался. Дочь? Она звонит раз в месяц. Бывшая жена? У неё новая семья. Друзья? Давно разбежались. Коллеги? Им плевать.
— Кажется, никто, — сказал я честно.
Мальчик посмотрел на меня долгим взглядом.
— А собака? — спросил он. — У вас есть собака?
— Нет.
— Заведите, — сказал он просто. — Собаки умеют ждать. И они никогда не забывают, кто им нужен.
Он погладил Компа по голове. Пёс лизнул его руку.
— Нам пора, — сказал мальчик. — Спасибо вам. И помните: вы не одни. Даже если вам так кажется.
Они пошли по дорожке в сторону арки. Я смотрел им вслед, и мне вдруг стало так пусто, как не было давно. Компа я знал всего четыре дня, но он стал... другом. Единственным за последние годы.
— Постойте! — крикнул я. — А как же я?
Мальчик обернулся. Улыбнулся.
— А вы теперь знаете дорогу, — сказал он. — Просто смотрите на звёзды. И помните, что вы кому-то помогли. Это уже много.
Они скрылись в арке. Я постоял минуту, другую, потом развернулся и пошёл домой.
Прошёл месяц. Я вернулся на работу, досидел отпуск, потом снова работа. Всё было как раньше. Но что-то изменилось.
Я стал замечать вещи, которых раньше не замечал. Как солнце встаёт по утрам — сначала розовое, потом золотое. Как пахнет дождь — не просто мокрым асфальтом, а чем-то ещё, свежим, живым. Как дети смеются во дворе — звонко, заливисто, будто колокольчики.
Я перестал сидеть по вечерам в тишине. Стал выходить на балкон, смотреть на звёзды. Их было много. Совсем не одна. И все они светили по-разному.
А потом я пошёл в приют и взял собаку. Маленькую, лохматую, с рыжеватыми подпалинами на лапах и огромными ушами, которые смешно шевелились, когда она прислушивалась.
Я назвал её Компа. В честь одного пса, который однажды перевернул мою жизнь.
Она не разговаривает. Но когда я прихожу с работы, она встречает меня в дверях, виляет хвостом и смотрит так, будто я — самый важный человек на Земле. И я начинаю в это верить.
Иногда по ночам мы выходим с ней на балкон и смотрим на звёзды. Я показываю ей ту, золотую, и говорю: «Там живёт один мальчик и его пёс. Они путешествуют по планетам и помогают тем, кто забыл, что они не одни».
Компа слушает, наклоняя голову то вправо, то влево. Потом лижет мне руку. И мы идём пить чай.
Дорогой читатель, вот такая невероятная история приключилась со мной. А тебе когда-нибудь казалось, что мир вокруг шепчет тебе какую-то тайну? Может быть, ты тоже встречал кого-то, кто пришёл из ниоткуда и ушёл в никуда, оставив после себя только тёплое пятно в груди? И если бы однажды к тебе пришёл говорящий пёс и попросил помощи — ты бы пошёл за ним? Даже если бы это значило перевернуть всю свою привычную жизнь?